Шторм
Шрифт:
Он смотрел на меня через свои солнцезащитные очки, и я смогла увидеть в них свое отражение.
Я кивнула, боясь заговорить. Терпеть не могу слышать страх в собственном голосе. Он дотянулся до заднего сидения и погладил собаку.
– А ты в норме, Нико?
– Собака заскулила и облизала его руку. – Он в порядке, - сказал он, гладя собаку по голове.
Он попытался завести машину, но она не подала никаких признаков жизни. Поверить в это не могу, вот, правда, просто не могу.
– Что...что будем теперь делать? – спросила
– Ну, если ты не хочешь пройтись или проехаться на моей собаке до хижины, мы застрянем здесь.
Страх поднимался во мне огромной волной.
– Что? Что ты хочешь сказать? Нужно выбираться отсюда. Мы можем замерзнуть или проголодаться, ты сам так говорил, и...
– Тсс! – зашипел он на меня, отчего я подпрыгнула. – Просто, блядь, успокойся, ладно? Очевидно, что обе наши машины накрылись. Мы все еще где-то в миле от моего дома, а может и больше. Слишком далеко, чтобы идти пешком в такую бурю, особенно, когда на тебе эти «трахни меня» шпильки.
– Ты можешь уже отстать от моих туфель, пожалуйста?
– Пофиг. Буря, скорее всего, закончится ночью или уже завтра, поэтому нам придется просто остаться здесь, пока тут не проедет снегоочиститель, тогда нас подвезут. А пока, нам повезло, что я заехал в продуктовый магазин по дороге к хижине, и у нас достаточно еды и напитков, чтобы переждать.
Чтобы переждать? Что, черт возьми, он имеет в виду?
– … у меня на заднем сидении есть большое одеяло, поэтому мы сможем оставаться в тепле. Оно достаточно плотное и толстое.
Меня начало трясти. Не знаю, от холода это или от страха, а может от всего сразу. Я хочу выйти из грузовика и убраться подальше от этого парня и его собаки, сейчас же. Я умоляла себя не паниковать, хотя и знаю, что это неизбежно. С самого детства я страдала от атак паники, которые могло вызвать что угодно. Без сомнений то, что я застряла в этом грузовике, посреди леса – лучший вариант для одной из них.
Он потянулся через сидение и коснулся моей ноги:
– Эй, с нами все будет хорошо. Не волнуйся.
Я отпрянула от его прикосновения и скрестила руки, обнимая себя.
Я кивнула, но не стала отвечать. И он продолжил говорить:
– Ладно, думаю, нам обоим лучше перебраться на заднее сидение, здесь достаточно места, и мы сможем накинуть на себя одеяло. Я считаю, что это поможет нам оставаться в тепле.
– А что насчет собаки?
Ни за что на свете я не сяду близко к этой твари. Вот бы мой кот был здесь, со мной. Хейло теплый и мягкий, он может сидеть у меня на коленях и мурлыкать, убаюкивая меня.
– … будет сидеть смирно. На нем тонна меха и он создан для такого холода, поэтому с ним все будет хорошо.
Последнее, чего бы мне хотелось, это сидеть на заднем сидении под одеялом с этим длинноволосым с подведенными глазами фриком в ковбойской шляпе. В какую разновидность ада я попала?
– Хорошо, перелезай назад, тогда
Я выругалась себе под нос и привстала, чтобы перебраться на заднее сидение. Я успокаивала себя, забившись в самый угол, пока он подзывал собаку перелезть вперед, а затем сам перебирался назад. У него в руках было огромное, толстое одеяло из флиса, он взмахнул им, чтобы расправить, и положим нам на колени.
– На нем немного собачьей шерсти, но, по крайней мере, оно теплое и чистое.
Я послала ему слабую улыбку:
– Должно сработать.
Заднее сидение расширенной кабины пикапа было довольно большим, к счастью. Я уже несколько лет не сидела в пикапе и не помнила, чтобы у них были такие огромные задние сидения. Наверное, это более новая модель.
– Никогда не сидела на заднем сидении пикапа, здесь неплохо. И просторно, – сказала я, потому что не знала, что еще сказать.
Он улыбнулся своей кривой улыбкой и засмеялся:
– Хм, спасибо?
– Я просто пытаюсь завязать разговор. Это очень неловко.
– Да уж, блядь, плохо дело. Но, похоже, мы застряли здесь на какое-то время, так что придется стать друзьями на несколько дней. Может, начнем с имен… Как тебя зовут?
– Эвелин. А тебя?
– Шторм.
– Шторм? – повторила я. – Ты прикалываешься?
– Да... Когда мама показала отцу фото УЗИ, он сказал, что картинка напоминала ему скопление темных грозовых туч, поэтому они назвали меня Шторм.
– Отстойно, когда приходится объяснять каждому встречному значение своего имени.
– Нет. Вовсе нет. Мне нравится мое имя. По крайней мере, оно не такое скучное, как гребанное Джо или Майкл.
Я вспомнила о Майкле и задумалась, чем он сейчас занимается. Если я не позвоню ему, он начнет переживать обо мне. Может, он поедет меня искать и спасет от этого морозного ада.
Шторм наклонился и начал снимать свое пальто.
– Он довольно-таки намокло. Думаю, лучше снять, чтобы не сидеть как губка, да?
Он сложил его и положил на переднее сидение, затем снял шляпу и поднял очки на голову.
Шторм загипнотизировал мои глаза, они предали меня, пока я старалась отодвинуться от него настолько, насколько это было возможно. У него были темно-каштановые длинные волосы, на несколько сантиметров ниже плеч. Справа две пряди были окрашены в фиолетовый и белый цвета. На нем был черный вязаный свитер с косами, и с закатанными рукавами. Так, что я смогла разглядеть татуировки, которые покрывали его руки, от запястий до плеч. Я видела, что их рисунок выглядывал из-под края его свитера, и тянулся к шее. Никогда раньше не встречала парня, который выглядел бы так, как он. Я смотрела на него, как на экзотическое животное в зоопарке, словно зачарованная. Он встретился со мной глазами, и я быстро отвела взгляд.