Чтение онлайн

— Тихо, тихо, — шепнул я успокаивающее заклятье. — Понял тебя, — прошли мы мимо горгулий, охраняющих вход в школу. — И правда чудно у нас учёба проходит. Диковинно. — Улыбнулся я, вновь вспомнив поцелуй берегини и голенькую Журавушку.

— И тебя это не беспокоит? — Не мог он понять улыбку на моём лице. Как ему объяснить, что и хорошего было немало? Скольким людям мы помогли в Верколе? Или здесь: в Лукоморье, спася от Бармалея и семьи Годуновых? Благодарные лавочники до сих пор засыпают меня подарками: носками, кухонной утварью, едой и другим добром. Складировать

уже некуда.

— Беспокоит, но что поделать? Нам ничего не изменить, смирись уже. Остаётся только учиться, набираться опыта и готовиться к грядущему. К худшему, — философски пожал я плечами, обняв его. Поддерживая. Похоже ему это нужно. Пелена с глаз спала. Понял теперь, что не в сказке.

— Как говорит мой отец, и я полностью с ним согласен — наше общество застоялось. Подгнило, — решил высказаться Миша. — Больших войн давно не было, а злость всё копилась и копилась. Веками. Мы ненавидим друг — друга. Неравенство, что царит среди обычных магов и потомственных. — Понизил он голос. — Нас ненавидит церковь. Ведьмаки. Многие волшебные создания. Быть большой войне всех, между всеми... — Напророчил он хмуро.

— Хватит! — Прекратил я этот пессимистичный трёп, обняв уже обоих парней. — Главное мы вместе! Мы друзья и ничему это не изменить. Так?

— Да, брат. Так, — поддержали они меня. — Не разлей вода.

— Справимся. Ааааа! — Завизжали мы как девчонки, пройдя мимо фонтана с русалками. Самая вредная из статуй окатила нас ледяной водицей. И всё из-за Лёхи, что отказался причесать ей волосы гребешком в начале учебного года, вот она обиду и затаила.

— На! — Взмахнул он руками, наложив на неё иллюзию старухи в гнойниках по всему телу. — Виииии! — Завопила она в гневе, попытавшись покинуть фонтан и избить нас. Цепь не дала, иначе нам могло и не поздоровиться. У всего здесь есть второе, скрытое дно. Статуи — это защитники школы. Армия директора. Силушка в них не маленькая.

— Блиииин... — Вымокли мы до нитки, отряхнувшись как собаки. — Побежали в душ? — Предложил Михаил, понял, что сказал и стремглав бросился к комнате с зеркалами, толкаясь локтями и делая нам подножки. Душевая в комнате была всего одна. В общих купаться мы стеснялись. Слишком обидные замечания делали нам рисунки на кафельной плитке, стоило раздеться и встать под струю горячей воды. И кому пришло в голову нарисовать живые портреты сто одной женщины из гарема Султана Сулеймана в уборной мальчиков?

— Йхууу! — Обогнал я их, запершись в уборной. Только посмеялся над их угрозами врезать мне как выйду. Не честно понимаешь, победил?! Раз они летать не умеют, я что, должен поддаваться?

Ванна у нас была шикарная. Круглая, метра три в поперечине, открыл я кран, из которого пошла горячая вода вперемешку с пеной. А набиралась как быстро! Без магии не обошлось, разделся я и мягко съехал по эмалированной спинке бортика на дно, оттолкнув плавающую в воде уточку, крякнувшую от обиды.

Тут мне на плечи легли тёплые женские руки, что стали массировать плечи, голову. Нежно, приятно. Тело покрылось мурашками.

— Вам хорошо господин? — Спросили за спиной грудным

голосом.

— Да. Ммм... Продолжай, — не испугался я, а был доволен. Кто это? Добрый дух, банница — дальняя родственница банника, только женского полу. Ну, я так думаю. Она всегда завернута в полотенце. Но фигурка точно женская, как и голос. Вот почему мы так любим, мыться у себя.

Обожает нам угождать. Массаж делает, спинку трёт, голову моет и вытирает насухо. Недавно научилась работать бритвой. Кожа теперь мягкая, как у младенца. Забыл о щетине.

Главное её не злить. Не плевать на кафельную плитку. Не приводить девушек сюда — ревнует и устраивает всяческие каверзы. И самое главное: почаще и погромче её благодарить! Она это любит, как и все девушки.

— Спасибо Марфуша, ты прелесть. — Одевал я уже выстиранные и высушенные вещи.

— Вам спасибо господин Андрей. Приходите почаще. Мне подружки о новом массаже рассказали — тайским называется. Попробуете, может понравится? — Зарумянилась она вся, скрытая клубами пара.

— Хорошо. Вечером тогда, — вышел я из нашей ванны счастливый и распаренный, не догадываясь, что меня ждёт сегодня. Оказалось, её научили эротическому массажу, а не обычному. Ну, дела!

— Чего так долго? — С подозрением уставились на меня парни. — Массаж? — Спросили они хором.

— Не, он вечером. — Отмахнулся.

— Ааааа... — Многозначительно они переглянулись, на что я не обратил внимание. Оказывается, ребята уже опробовали на себе все его прелести, только мне не сказали. Стеснялись.

— Обедать идём?

— Пошли. Заодно запишемся на лекции. Вывесили новые списки. Приедут серьёзные маги со всей Руси. — Вышли мы из комнаты, направившись к зеркалам.

— И чему учат? — Посторонился я, пропуская мимо себя ручного медведя, что катил по полу полную бочку мёду, если верить этикетке на той. Хотя пахнет бражкой. Странно...

— Внутреннему безмолвию. Созданию оберегов, обрядам. — Пожал Миша плечами.

— Свечной магии, — добавил Лёха.

— Интересненько... — Углядел я в толпе школьников шоколадку. — Я догоню, — оставил я парней, направившись за ней. — Давай помогу? — Перехватил я кипу бумаг из её рук и улыбнулся.

— Чего надо? — Выхватила она свои вещи обратно. — Гад! — Не забыла, похоже...

— Эээ... — Шагал я с ней рядом, шаг в шаг. — Скоро новогодние каникулы, вот я и хотел поинтересоваться, нельзя ли отправиться на них раньше? Нужно перевезти свой гриб — Митьку. Не подскажешь? Пожалуйста? — Попросил я со всем уважением.

— Можно. Пишешь заявление и вали на все четыре стороны, — хлопнула она передо мной дверью приёмной. И не заметил, как дошли сюда, развернулся я обратно. И, правда, покушать пора, заурчал у меня живот. А рулады, какие выводит! Будто в утробе завёлся доисторический монстр.

— И как теперь до дома добираться? — Спросил я сам себя, стукнув по лбу ладошкой. Совсем забыл, что шар уничтожен. Нужно искать замену и срочно. «Кузя» сейчас не в состоянии уследить за упырями. Боюсь, если не потороплюсь — быть беде. Разбегутся. Людей жрать будут.