Шарада
Шрифт:
У меня перехватывает дыхание. Перед глазами все плывет. Сердце останавливается. Кости!
— Они пролежали там долгое время, милая… но остались зубы. Они провели анализы и…
Он делает шаг мне навстречу, но в нерешительности останавливается.
— Сколько?
Сколько, сколько, сколько?
— Десять лет, — отвечает он.
Лили издает всхлип, но я ничего не могу поделать. Десять лет. С тех пор, как она уш-ла. Моя мама была мертва с тех пор, как оставила меня, и я не знала. И я ненавидела ее за то,
Но все это время я ненавидела ее.
«Не всегда есть только черное и белое, Принцесса». Слова Кольта врезались мне в память.
— Мне так жаль, малышка, — говорит дядя.
Моя тетя, мамина сестра, цепляется за меня. Притягивает к себе в объятие и плачет у меня на плече.
— Мамочке нужно кое-что сделать, Шайен. Я отведу тебя к тете Лили. Ты же хочешь увидеть тетю Лили, да?
— Нет… Я хочу остаться с тобой. — Я хватаюсь за ее руку. Умоляя. — Я так скучаю по тебе, когда ты уходишь. Я буду хорошей. Когда мы пойдем гулять, я не буду плакать. Я даже останусь одна дома, чтобы показать тебе, что я могу.
Я буду большой девочкой. Я не буду выходить из комнаты во время вечеринок. Я не буду звонить 911, если испугаюсь. Я не буду волноваться, как всегда это делаю.
— О, сладенькая моя. Не плачь. Тебе будет весело с тетей Лили. Ты не можешь пойти туда, куда идет твоя мамочка.
Я обхватываю ее руками за талию и, уткнувшись в живот, плачу. Плачу, потому что она оставляет меня, а мне больше ничего не хочется кроме, как пойти с ней.
Она не говорила, что вернется. В девятилетнем возрасте я ее потеряла. Ее даже не бы-ло рядом, когда два года до этого я нуждалась в ней.
«Не всегда есть только черное и белое, Принцесса».
«Ты не можешь пойти туда, куда идет твоя мамочка».
Это могло означать то, что она знала, что не вернется домой… или это могло вылететь у нее из головы. Она так поступила, потому что думала, что ей не нужно мне это говорить, потому что я и так должна знать, что она вернется.
Но я никогда так не думала. Я ненавидела ее.
— Ты понимаешь, что мы тебе говорим? — спрашивает дядя. Он выглядит таким ма-леньким. Впервые я запоминаю его вот таким, и от этого мне хочется убежать.
Мне удается вырваться из рук тети. Я до сих пор не плачу. Мне приходится держать руки вместе, чтобы они не тряслись.
— Она мертва. С тех пор, как ушла.
Раньше она уходила и на несколько дней подряд. Даже на пару недель. Разве это по-вод предполагать самое плохое? Что она планировала бросить меня и больше не возвра-щаться?
— Полиция расследует это дело. Они предупредили нас, что мы, скорее всего, никогда не узнаем о том, что с ней случилось, — голос
— Где? — умудряюсь прохрипеть я.
— Шайен… — начинает моя тетя.
— Лили, она уже достаточно взрослая, чтобы знать. — Он смотрит на меня, как всегда, без каких-либо глупостей. — Уилсонвилл. В лесу.
Соседний город. Она уезжала? Выезжая из города, она проколола шину? Кто-то оста-новился помочь? Она по собственной инициативе пошла в лес?
— Мне нужно идти.
У меня сдавливает грудь, так сильно, что я едва могу говорить. Я вырываю свой теле-фон у нее из руки, что сделать довольно трудно, так как пальцы у меня хотят просто сжать-ся.
— Что?! Ты не можешь уйти. Только не после всего этого. Я хочу, чтобы ты осталась дома, Шайен!
— Я не могу. — У меня снова плывет перед глазами. Я слишком часто дышу и в то же время не могу вдохнуть достаточное количество воздуха. Не паникуй. Пока не уйдешь. — Меня кое-кто ждет. Я должна… я не могу. Мне нужно идти.
— Подожди, дорогая. Не закрывайся от меня. Ты должна хоть кого-то впустить.
Слова Лили близки к тому, что сказала Энди. От этого грудь у меня сжимает еще сильнее.
Я выбегаю за дверь. Позади Лили зовет меня по имени. Дядя и тетя стоят в дверях, когда я выезжаю с подъездной дорожки. Только проехав милю, я съезжаю на обочину у бордюра. Я едва успеваю открыть дверцу, когда меня вырывает на дорогу.
Сейчас темно, не слышно ни звука, кроме моих позывов к рвоте. Кости. Лес. Мы, ско-рее всего, никогда не узнаем.
Она была вот так одна? К ней кто-то подкрался? Ее забрали против ее воли?
Я хлопаю дверцей, сдерживая слезы. Сдерживая панику. Я завожу машину, жму на газ и уезжаю.
Глава 13
Кольт
— Кольт. Чувак, к тебе та цыпочка с вечеринки, — сквозь дверь моей спальни кричит Адриан.
Черт. Вот уж на что я не настроен сегодня, так это на разборки с Принцессой. Хотя я немного удивлен. Не ожидал снова увидеть ее. Не знаю, что я чувствую сейчас по поводу ее прихода.
Я открываю дверь.
— Я не хотел впускать ее, на случай, если ты не один.
— Но при этом тебя не остановило то, что я мог быть здесь с кем-то, сказав, что ко мне еще кто-то пришел?
Адриан подмигивает.
— Только потому что девчонка с вечеринки выглядит по-другому.
— Ее зовут Шайен. — Не знаю, почему, черт возьми, я это сказал. Я обхожу Адриана и направляюсь к двери. — Ты закрыл перед ней дверь? Ну ты и придурок!
В ответ мне раздается лишь его смех. Я распахиваю дверь. Она выглядит иначе, чем обычно: волосы собраны на затылке, на ней выцветшие шорты и футболка. Она никогда не позволяла никому видеть себя в такой одежде. Не знаю, почему, но я чувствую напряжение.