Сфера
Шрифт:
— О'кэй.
— Значит, гравитация это искривление пространства и ничего более…
Но все не так-то просто.
— Я и не сомневался, — вздохнул Норман.
Вернувшийся в кают-компанию Гарри посмотрел на разложенные по столу апельсины, но не сказал ни слова.
— Когда ты бросаешь шарик в вазу, он не только движется по спирали, но и увеличивает скорость, верно?
— Да.
— Но при возрастании скорости время замедляется. Эйнштейн доказал это еще в начале столетия, это значит, что искривление пространства
— Терпеть не могу игр, — сказал Гарри.
— Ты знаком с бейсболом? — спросил Тед Нормана.
— Конечно.
— Представь ситуацию: отбивающий передает центровому, мяч летит по прямой, скажем, полсекунды.
— Представил.
— Затем он бросает мяч по кривой и тот летит шесть секунд. Траектории полета кажутся очень различными, но в пространстве-времени они одинаковы.
А если я попрошу тебя послать мяч по кривой, чтобы центровой поймал его через полсекунды?
— Это невозможно, — сказал Норман.
— Ударь сильнее.
— В таком случае, он улетит еще выше.
— О'кэй… Тогда пошли его по прямой, чтобы он долетел за шесть секунд.
— Это тоже невозможно.
— То есть, из-за гравитации, ты не можешь сделать с мячом, все что захочешь? В этом заключена взаимосвязь пространства и времени. Мы уже согласились, что гравитация есть искривление пространства и времени. Любая бейсбольная игра проходит в таком же искривленном пространстве, как в этой вазе… Вот, посмотри, это Земля, — он прикоснулся двумя пальцами к противоположным сторонам апельсина. — Здесь подающий, а здесь принимающий.
Перекати шарик от одного к другому — и ты найдешь, что он приспособился к изогнутой поверхности вазы… Если ты пошлешь шарик слегка, он просто перекатится, а если сильно, он поднимется к одному краю, скатится и вбежит на противоположную сторону — но ты не сможешь сделать с ним все, что заблагорассудится, поскольку его движение ограничено этой вазой.
— Отчасти, я это воспринимаю, — сказал Норман. — Но при чем здесь путешествие во времени?
— Мы полагаем, что гравитационное поле Земли сильное… на самом же деле, оно очень слабое и пространство-время вокруг нашей планеты почти не искажается — но в других местах вселенной оно искривляется, как «русские горки», и тогда происходят всевозможные искривления времени. В частности, если рассмотреть «черную дыру»… — он осекся.
— Да, Тед, «черную дыру»?
— Боже мой, — прошептал Тед.
— Вот именно, Тед. Впервые в жизни ты можешь оказаться на верном пути, — сказал Гарри, поправив сползающие очки.
Они достали лист бумаги и принялись чертить всякие каракули.
— Но
— …нет-нет. Она вращается…
— …угловое ускорение служит гарантией, что…
— …но ты не учитываешь…
— …да нет же, силы притяжения…
— …разорвут тебя на части…
— …но если ты пересечешь границу…
Как только выдержали их нервы? Они замолчали, производя в уме собственные расчеты.
— Так как же насчет «черной дыры»? — спросил Норман, но его никто не слушал.
Тут щелкнул селектор и послышался голос Барнса:
— Внимание, всем собраться в кают-компании.
— Мы уже здесь, — отозвался Норман.
— У меня все, — сказал Барнс и селектор умолк.
Глава 14
КОНФЕРЕНЦИЯ
— Я получил шифровку из Гонолулу, — сказал Барнс. — Адмирал Сполдинг приказал спешно свернуть все работы и подняться на поверхность.
Замечательно, подумал Норман, мы и так уже зашли слишком далеко.
Его совсем не привлекала перспектива провести в этой ржавой консервной банке целых семьдесят два часа.
— Я думал, — сказал Тед, — что мы действуем по прямому указанию президента.
— Разумеется, так оно и есть, — сказал Барнс. — Но возникла угроза шторма.
— В самом деле? — удивился Гарри.
— Скорость ветра на поверхности пятнадцать узлов — похоже, Тихоокеанский циклон надвигается прямо на нас и через сутки достигнет этих широт… На дне мы ничего не почувствуем, но на поверхности придется круто. Все корабли поддержки полным ходом уйдут в порты Тонги.
— И мы останемся одни?
— На сорок восемь часов максимум. Это не проблема, но Сполдинг печется о нашей безопасности. Я должен узнать ваше мнение: остаться и продолжить исследования или уйти?
— Остаться, несомненно, — сказал Тед.
— Бет?
— На корабле нет неизвестной формы жизни… уходим.
— Норман?
— Парни из НАСА справятся с этой задачей намного лучше… уходим.
— Гарри?
— Да ну его ко всем чертям… уходим.
— Основания?
— Назовем это интуицией.
— Не могу поверить, что это твои слова, — сказал Тед. — Ведь у нас только что появилась интересная гипотеза…
— Нашли время для спора, — решительно пресек его Барнс. — Я должен отослать наше окончательное решение в течение двенадцати часов.
— Черт побери, — выругался Тед.
Норман взглянул на Барнса. Капитан не выглядел расстроенным, скорей наоборот… Барнс искал предлога уйти, — подумал он, — и он его получил.
— Мы успеем сделать еще одну ходку… Сейчас отдохнем пару часов и вернемся на корабль. У меня все.
— Я хотел бы сказать…
— Это все, Тед. Голосование окончено.
Когда они уходили в спальный отсек, Барнс сказал:
— Бет, ради Бога, не надо нажимать никаких кнопок.