Чтение онлайн

Не той, которая замораживает и после ночей, дней, месяцев, лет оставляет в волосах свой покрытый инеем след. А той, которая, окрепнув с первым поцелуем, пробуждает твердость желания и одним трепетом ресниц отвергает само даже предположение, что мы когда-нибудь можем расстаться…

Мягкие губы поднимаются вверх по ложбинке… легко касаются пульсирующей жилки на шее… дыхание… жаркое от страсти дыхание, как морской ветер, разносит волны желания по истосковавшему по тебе телу… И морские волны уносят… уносят… уносят в мир страсти и желания…

— Иди ко мне… Подари мне радость

видеть тебя… ощущать каждой клеточкой кожи твое тепло…

Мое тело становится похожим на ковер из поцелуев…

— Знаешь, чем пахнет счастье? Твоим телом. Детством и нежностью. Чем-то непередаваемо родным. Самым любимым. Знаешь, какая на ощупь нежность? Дай мне руку. Вот такая. Как твои пальчики, как твои ручки. Когда они зажимают мою руку, когда они разбегаются по всему телу. Знаешь, как выглядит ласка? Посмотри на себя в зеркало. Жаль, что ты не можешь видеть себя именно сейчас, но ты поверишь мне, если я скажу, что ласка — это когда вокруг совсем темно, а я слышу твой шепот. А знаешь, какой вкус у любви? Вкус твоих губ. Сорванных в шуме дня, подаренных в тишине ночи. Украденных. Таких родных.

— Я все знаю, — шепчу я и смеюсь. — Ты учишь меня и открываешь мне чудеса этого мира. Наверное за это я люблю тебя.

… А потом, после, еще долго лежать рядом с тобой, изредка чувствуя на своих плечах нежность твоих губ. Затем пойти вместе в душ, сделать на двоих легкий завтрак, накормить им друг друга и уйти, не важно куда, важно что вдвоем, держа друг друга за руку и улыбаясь от того, что рядом — ты, и ты никуда не исчезнешь… Я сумасшедшая, да? А мне это и не важно, потому что не хватает мне тебя до безумия. Даже в своих снах я постоянно теряю тебя, нахожу и снова теряю. Но там я тебя все же нахожу… Что бы я ни делала, я не смогу нормально дышать, я не смогу улыбаться, ведь я не чувствую твоих нежных рук, обхватывающих меня сзади, оберегая от всех опасностей… Ведь я не вижу твоих глаз…

— Я понял сразу, как только тебя увидел…

— Что понял?

— Что наконец-то нашел. Ту, кого искал так давно.

— Девушку с портрета? «Прекрасную мыслями и ликом»?

— Нет. Тебя.

Он обнимал меня так, будто боялся, что не сможет больше ко мне прикоснуться… Его руки как будто пытались запомнить очертания моего тела… Глаза пытались вобрать меня всю… И сердце мое отрывалось от груди и ухало куда-то в пустоту.

— Какой добрый ангел принес тебя тогда на мой концерт? Страшно подумать, что мы могли бы никогда не встретиться!

— Костик… Я же старше тебя на четыре года!

— Чушь какая…

— Для женщины это очень много значит, поверь мне.

— Ты просто не о том думаешь.

— О чем же мне надо думать?

— Думай, пожалуйста, обо мне…

И я думала о нем постоянно, думала даже гораздо больше, чем он того заслуживал — если считать за его вину то, что своим появлением в тот ненастный осенний вечер он все перевернул в моей жизни с ног на голову… И я боялась влюбиться в него. Я так часто повторяла это: «Не буду, не буду влюбляться!» — что, целиком поглощенная этой молитвой, просто не заметила, что мир без него становится бесцветен. Что в отсутствие Кости мне не хватает

воздуха, тепла… Самой себя!

— Ты скоро уедешь. Твой отпуск заканчивается. И я не увижу тебя больше — никогда!

— В следующий раз, когда тебе захочется сказать такую глупость, ты лучше спой что-нибудь.

— Разве ты не уедешь?

— Я уеду. Но ты будешь видеть меня так часто, что в один прекрасный день расплачешься, раскапризничаешься и скажешь, что я тебе надоел.

— Разве я капризная?

— Пока нет. Но обязательно станешь.

— Почему?

— Потому что я буду тебя очень баловать…

— Ты не сможешь это делать, будучи все время в разъездах. Между нами, как поется в хороших песнях, ляжет океан…

— Ты поедешь со мной.

— С ума сошел? Кто меня отпустит? Я работаю. У меня разгар учебного года!

— Ты не будешь работать. Жены «известных музыкантов» не работают.

— Ты…

— Не я, а ты. Ты — выйдешь за меня замуж.

— Дурачок. Ты сам не знаешь, что говоришь, дурачок.

— Ты выйдешь за меня замуж?

— Не надо об этом, я прошу тебя. Пожалуйста…

— Ты выйдешь за меня замуж? Выйдешь? Выйдешь?

— …

Я решила ответить ему отказом.

Почему?

Пытаясь ответить на этот вопрос, я загнала саму себя в тупик. А бежала я долго, упорно, с уверенностью в том, что это бегство от нового чувства меня спасет — ведь я не хочу погружаться в пучину нового чувственного переворота… Особенно сейчас, когда мне стало так интересно жить! Когда мне — боже, ведь об этом я ни разу не подумала! — когда мне просто с самой собой стало вдруг интересно!

Я бежала от нового чувства, пока не поняла, что бежать мне больше некуда… И бегство меня не спасло. От себя ведь не убежишь! Может, это комплекс неполноценности? Может, вульгарная трусость? Может, инстинкт самосохранения (когда-то мне сделали очень больно, и я не хочу это повторить)? А может, я попросту глупа? Или я просто его не стою? И поэтому я, наверное, никогда не найду в себе силы решиться стать частью его жизни, его судьбы.

Но ведь уже тогда, когда я увидела его в первый раз на сцене консерватории, во мне что-то вздрогнуло! Наверно я уже тогда поняла, что попалась. Как так могло случиться? Он совсем не в моем вкусе, но в нем есть… Что? То, что Светка называет «породой»? Да, наверное, это в нем есть… Этакий отблеск голубой крови, который чувствуется и отражается во всем — во взгляде, в осанке, в походке, в голосе. Это есть в Косте, и с каждым днем мне труднее перед этим устоять. Но не это главное, все равно не это…

Я отвесила себе мысленно две, три, четыре пощечины и мысленно запретила влюбляться — но это так мало помогло! Что же меня так манит к Васенину, что? Эта пропасть любви, в которой каждый день звучит музыка — это совершенно новая мелодия, которую не может слышать никто, кроме меня и… и его! — и не знаю как спастись от этой сладкой муки! Я растворяюсь в нем. И начинаю тихо сходить с ума.

— Что меня так притягивает к Косте? Что? Что?! — несколько раз громко спросила я себя, стоя у зеркала в тиши своей пустой квартиры.