Чтение онлайн

– Нью-стрит, – сказал мистер Хейл. – Главная улица Милтона. Белл часто описывал мне ее. Тридцать лет назад эту узкую дорогу расширили и преобразовали в большой проспект, и в результате это значительно повысило в цене его земельную собственность. Фабрика мистера Торнтона должна располагаться где-то поблизости, поскольку он является арендатором мистера Белла. Интересно, что этот джентльмен начинал карьеру с работы в обычном магазине.

– Папа, где наша гостиница?

– В конце улицы. Что мы будем делать? Устроим себе ланч или сначала осмотрим дома, которые отметили в колонке объявлений «Милтон таймс»?

– Сначала займемся поиском жилья.

–

Прекрасно. Я только посмотрю, не оставлено ли мне письмо от мистера Торнтона. Он обещал прислать дополнительные сведения о домах, которые сдаются в аренду. А потом мы можем отправиться по адресам. Я предлагаю использовать кеб – так мы не потеряемся и не опоздаем на вечерний поезд.

Писем для мистера Хейла не было. Они поехали осматривать дома. На оплату аренды они могли выделить только тридцать фунтов в год. В Хэмпшире за такие деньги предлагали дом с множеством комнат и красивым садом. В Милтоне даже скромная квартира с двумя гостиными и четырьмя спальнями была слишком дорогой для них. Они прошли по всему предлагаемому списку, отвергая каждое жилье, которое смотрели. Затем отец и дочь в отчаянии переглянулись.

– Папа, думаю, мы должны вернуться ко второму варианту – к коттеджу в пригороде Крэмптон. Там три гостиные. Помнишь, мы еще посмеялись, говоря, что лучше бы там были три спальные комнаты? Но я все распланировала. Первая комната на первом этаже будет вашим кабинетом и нашей столовой. Маме, как вы понимаете, мы отдадим самую светлую комнату – то помещение наверху, которое обклеено скверными голубыми и розовыми обоями. Зато оттуда открывается хороший вид на равнину с излучиной реки или канала – я толком не разглядела, что именно. В доме на уровне первого пролета лестницы, как раз над кухней, находится маленькая комната. Я могу взять ее себе. А вы с мамой устроите спальню в большой комнате за гостиной, и тот встроенный шкаф станет вам роскошной гардеробной.

– А где разместятся Диксон и девушка, которая будет помогать нам по хозяйству?

– Подождите минуту. Я и не знала, что так хороша в вопросах благоустройства. Диксон поселится… давайте посмотрим… рядом с гостиной. Я думаю, там ей понравится. По крайней мере она не будет так много ворчать по поводу лестниц, как делала это в Хелстоне. А девушке дадим мансарду со скошенной крышей – ту, что над вашей спальней. Как вам такое решение?

– Я не против. Пусть так и будет. Но обои! Кому понадобились такие цвета и тяжелые карнизы?

– Не беспокойтесь, папа! Мы поговорим с хозяином и попросим его сменить обои в двух комнатах – в гостиной и вашей спальне. Мама в основном будет находиться там. А безвкусные узоры в кабинете мы закроем вашими книжными полками.

– Думаешь, так будет лучше? Тогда я провожу тебя до гостиницы, а затем отправлюсь к этому мистеру Донкину и договорюсь с ним об аренде. К тому времени, когда ты отдохнешь и закажешь нам ланч, я уже вернусь. Попробую выпросить для нас новые обои.

Маргарет промолчала, хотя всем сердцем надеялась, что ее отцу повезет. Она никогда не общалась с людьми, предпочитавшими дешевые украшения изысканной простоте интерьера, которая сама по себе являлась основой элегантности. Отец сопроводил ее до гостиницы и, оставив у подножия лестницы, пошел по адресу владельца дома, который они выбрали. Когда Маргарет хотела войти в их гостиничный номер, она услышала за спиной торопливые шаги посыльного.

– Прошу прощения, госпожа. Джентльмен так быстро ушел, что я не успел рассказать ему о визите мистера Торнтона. Этот господин появился сразу после вашего ухода. А вы, как я

понял, планировали вернуться через час. Я так ему и сказал. Поэтому он снова пришел около пяти минут назад и сообщил, что будет дожидаться мистера Хейла. Он сейчас в вашем номере.

– Благодарю вас. Мой отец скоро вернется, и вы сможете доложить ему об этом лично.

Маргарет открыла дверь и вошла в комнату – бесстрашная и горделивая, что было присуще ее натуре. Она не чувствовала смущения, поскольку привыкла в Лондоне к общению с другими людьми. Какой-то человек пришел по делу к ее отцу. И раз уж он делал им одолжение, Маргарет собиралась вести себя с ним вежливо и любезно.

А вот мистер Торнтон был смущен. Вместо скромного священника среднего возраста в номер с достоинством вошла юная леди, совершенно не похожая на тех женщин, которых ему доводилось видеть. Ее одежда была простой – соломенная шляпка, украшенная белой лентой, темное шелковое платье без оборок и украшений, большая индийская шаль, свисавшая с плеч длинными складками, – но девушка выглядела, словно императрица в своих лучших нарядах. Он не понимал, кто она такая. Ее прямой и открытый взгляд показывал, что его присутствие в комнате не вызывало у нее удивления. На красивом лице не было и следов смущения. Он слышал о дочери мистера Хейла, но думал, что она была маленькой девочкой.

– Я полагаю, вы мистер Торнтон, – сказала Маргарет после краткой паузы, во время которой ее гость мял в руках шляпу. – Присаживайтесь. Отец оставил меня у дверей гостиницы лишь минуту назад. К сожалению, ему не успели сообщить о том, что вы здесь, и он отбыл по спешному делу. Но он скоро вернется. Мне жаль, что вам пришлось приходить сюда дважды.

Обычно мистер Торнтон сам управлял ситуацией, но эта девушка, казалось, обрела над ним какую-то власть. За миг до ее появления он места себе не находил от нетерпения, поскольку терял время в будний день. Однако теперь он покорно сел на стул, внимая ее просьбе.

– Вы знаете, куда направился мистер Хейл? Возможно, я смогу догнать его.

– Он пошел к мистеру Донкину, который живет на Кэньют-стрит. Это владелец небольшого дома, который мой отец хотел бы снять на некоторое время.

Мистер Торнтон знал о вышеуказанном доме в Крэмптоне. Он видел объявление в газете и осмотрел жилье, выполняя просьбу мистера Белла. Он обещал своему арендодателю помогать мистеру Хейлу. Кроме того, ему было интересно познакомиться с бывшим священником, который отказался от церковной службы по моральным причинам. Мистер Торнтон считал, что дом в бедном пригороде вполне соответствовал небогатой семье, приехавшей с юга. Но теперь, увидев Маргарет, красивую, с ее превосходными великосветскими манерами, молодой фабрикант почувствовал стыд. Как он мог думать, что этот вульгарный домишко будет хорош для Хейлов? Ведь он и сам недовольно морщился, осматривая его.

Маргарет никогда не гордилась своей внешностью, однако изогнутая верхняя губа, твердый подбородок, благородная посадка головы и движения, полные мягкого женственного вызова, всегда создавали у незнакомых людей впечатление чрезмерной надменности. Она очень устала и с большой радостью прервала бы разговор и отдохнула, как советовал отец. Но ей приходилось вести себя, как подобает настоящей леди, и учтиво общаться с этим не слишком хорошо одетым и небрежно причесанным мужчиной. Впрочем, после первого, скорее неприятного знакомства с милтонскими улицами и горожанами она не ожидала ничего другого. Ей хотелось, чтобы он поскорее ушел, а не сидел тут, отрывисто отвечая на ее замечания.