Чтение онлайн

Время 19:44. Реконструкция личного разговора. Смысловая вероятность и лексическая вероятность — прежние.

— Але, это кто?

— Ядвига Станиславовна, это Хватов.

— Езус-Мария, какой еще Хват! Ты от Федора, что ли?

— Я от себя. Моя фамилия Хватов, я утром звонил и предупреждал, что еще свяжусь с вами.

— А, припоминаю. Вы, кажется, из Управления ОСИН… Козлов нашелся?

— Я отвечу на ваши вопросы позже. Сначала ответьте мне: с кем вы разговаривали по телефону в полпятого утра?

— Обманете. Что я, дура? Знаю, как у вас там принято.

— Ядвига Станиславовна, я подозреваю, вам не очень везет

на знакомства в секретных информационных службах. Поэтому выслушайте меня внимательно. Вы ошибаетесь, если думаете, что нас интересуют хищения и прочие шалости такого рода. Сейчас я вам раскрою маленькую государственную тайну: я занимаюсь делом об уничтожении одного важного программного дублера.

— Ну и занимайтесь на здоровье! Я-то тут при чем?

— Помолчите пока… Ни Козлов, ни вы нам не нужны. Слово офицера-программиста. Нам важно знать, звонил ли сюда кто-нибудь из людей, проходящих по нашему делу. Например, ваш бывший муж Брук. И о чем был разговор. Дело в том, что факт телефонного звонка не вызывает сомнений. Вы взрослый человек, специалист, можно сказать, и должны понимать, что прохождение сигналов регистрируется контрольной аппаратурой. Судя по всему, Ядвига Станиславовна, у вас и так хватает неприятностей. Зачем вам наживать новые?

— С чего вы взяли, что у меня неприятности? Мне нечего скрывать. Кроме Козлова, ночью никто не звонил, честно. И вообще, ни к каким делам я отношения не имею, ни к вашим, ни к Федькиным. Спросили бы толком, я бы вам сразу сказала. А с Янеком… то есть, с бывшим мужем… я уже давно любовь кончила.

— Вы уверены, что звонил именно Козлов? Не могли спутать?

— Да нет же, там такие темы были, не спутаешь.

— Вот это прокол… Извините, я немного нервничаю.

— Я тоже. Сегодня уже целую коробку транквизола съела.

— Сейчас я задам чуть-чуть странный вопрос. Мог ли Козлов носить кольцо Ивана Брука?

— Да что вы! У Янека не было никаких колец, он и на обручальное едва раскошелился. А с Федором они, мягко говоря, не поддерживали лирических отношений… Причем здесь кольцо?

— Золотое кольцо с вензелем. Вензель состоит из букв «Б» и «И».

— У Козлова такое есть! Он любит побрякушки, фраер.

— А почему на кольце инициалы вашего бывшего мужа? «Б» — Брук, «И» Иван. Не понимаю.

— «БИ» — это Бинарный, у него такой дурацкий псевдоним. Кстати, его отчество Авангардович. Достойный сын своего придурковатого папаши.

— Значит, не Брук… Ядвига Станиславовна, мне кажется, теперь я могу сказать, где находится Козлов. Раз уж обещал…

— Где?

— В некотором роде, нигде. А юридически говоря, в морге. Так что примите мои соболезнования.

— Что за чушь!

— Очевидно, он разбился в автомобиле.

— В автомобиле… Вы врете! Я не верю!

— Козлов звонил вам из машины и сразу после разговора попал в аварию. Мы все время полагали, что в машине находился Брук, так как на месте происшествия были найдены его информационная карта, упомянутое кольцо, кое-что еще. Кроме этого, автомобиль был взят лично Бруком вчера вечером у приятеля. Правда, не вполне ясно, как в машине оказался Козлов, но если вы говорите, что это он вам звонил, и что он носил такое кольцо…

— Нет! Нет! (В реконструкции — звуки всхлипываний), Говорит, засыпался в своем ресторане, модуль сдох, пар пускает… говорит, смываюсь… попросил товар запрятать получше, а я ему — «сам прячь, не то выброшу в коллектор» — а он — «жди, сейчас приеду…» жду, жду, его нет, ну, утром я и унесла все из дома… думала, плюнул он… Что делать? Езус-Мария, что делать? Просила его, не связывайся с этими биомодулями!..

— Ладно,

Ядвига Станиславовна, я уверен, что ваши неприятности уже кончились. Кстати, не говорите никому о нашем разговоре.

— Чего?

— Не надо никому рассказывать о том, что я звонил.

— Ой, да идите вы…

ОТКЛЮЧЕНИЕ АБОНЕНТА «ХВАТОВ»,

КОНЕЦ РЕКОНСТРУКЦИИ.

Из черновых записей, обнаруженных полковником Хватовым в разделе Брука И.А. Датировано 11 июня 2018 г.

«…Забавно. Изначально Сеть создавалась всего лишь как система централизованного сбора и обработки информации. Затем были разработаны глобальные модели для изучения экономической ситуации. Но поскольку, на взгляд хозяйственных руководителей, они достаточно верно отражали реальные процессы, было решено на их основе создавать советующие системы, названные в последствии дублерами. Далее этот принцип распространился и на другие сферы нашей деятельности. Таким образом, появилась глобальная советующая система, состоящая из множества взаимосвязанных дублеров. Этой системе ни коим образом не придавались функции управления экономикой! Боже упаси! Результаты диалога с ней должны были участвовать в выработке решений только как рекомендации. Но система по своей внутренней структуре недвусмысленно ориентирована на полноценное управление. И как только люди начинают доверять ее рекомендациям, она незаметно превращается в систему централизованного руководства экономикой со всеми вытекающими отсюда последствиями (см. результаты работы комиссии). Как ни печально, но именно это и произошло. Произошло с железной неизбежностью (см. записи о компьютерном культе).

Само по себе использование рекомендации не есть ни добро, и ни зло. Зло есть преувеличенное, мягко говоря, отношение к ее роли. Если вдруг засомневаешься в правильности рекомендации — все, конец счастливой жизни. Ты обязан сотворить собственный вариант решения и, вдобавок, до конца жизни нести за него ответственность. Гораздо лучше отдаться высшей мудрости глобальных моделей. Что делать в такой ситуации? Бороться с компьютерным идолопоклонничеством, как и с любым другим, несерьезно. Очевидно, в ближайшие пятилетки изменить человеческую сущность не удастся, значит, следует максимально ограничить условия, в которых культ может проявиться.

Увы, в настоящий момент отказаться от советующих моделей невозможно. Вывод: систему надо модернизировать так, чтобы она сама возбуждала человеческий фактор, и чтобы это явилось одним из главных ее принципов. Возможно, придется менять построение диалога, вносить многовариантность и многоступенчатость в выдаче советов, что-нибудь еще придумать. Впрочем, пусть фантазируют те, кому за это платят.

Итак, истоки пресловутой „второй централизации“ вскрыты. Мной, простым чиновником Иваном Бруком. Наверняка, такие нехитрые соображения посещали головы многих, но мне повезло — силой обстоятельств моя голова оказалась в нужном месте и в нужное время. Да, повезло мне…».

Комментарий №18

Гражданин Хватов — в больнице №36 (2-е хирургическое отделение). Сопровождаемый дежурной медсестрой, он входит в одну из палат.

Чтобы проникнуть в больницу, он воспользовался служебным удостоверением. Наверное, в последний раз.

Время 20:16. Реконструкция личного разговора. Смысловая и лексическая вероятность — прежние.

— Вот больной, который назвал себя Бруком Иваном Альбертовичем.

— Спасибо, сестра. Это действительно он… Здравствуйте, Иван.