Серебряная доля
Шрифт:
– Ладно, - махнул рукой Лойт.
– Разрешаю потратить тебе на это недоразумение, - он красноречиво ткнул в сторону копира, который как раз пытался незаметно стянуть еще какую-нибудь бумажку, - хоть весь день, но чтоб в понедельник оно работало безо всяких фокусов!
– Понятно, - Сийри потупилась.
– Постараюсь.
Копир тем временем азартно, пока не отобрали, дожевывал какой-то журнал. Сийри облегченно выдохнула - он оказался пустой. Но, все-таки, оставалось непонятным,
Внешне копир представлял собой массивный пенек на узловатых корнях-лапах. На первый взгляд, это было совершенно неподвижное сооружение, тупо моргающее пронзительно-желтыми глазками в складках коры. Но девушка уже знала, насколько шустро копир умеет бегать, если вдруг в его деревянный корпус придет какая-нибудь идея. Верхняя часть пенька откидывалась, как на шарнире - туда-то, по идее эльфийских изобретателей, пользователь помещал копируемый документ. Его дубликат, если копир того желал, появлялся из щели ниже "пасти". Пасти - потому, если копир чувствовал себя "не в настроении", бумага почти мгновенно превращалась в изжеванные лоскуты, бесследно исчезая где-то внутри пенька.
– Ну, что с тобой делать?
– Сийри, присев на корточки рядом с устройством, потрепала его за крышку. Копир издал довольное урчание, прижаашись к девушке - точь-в-точь, как собака.
– Порубят на дрова же!
Пенек, грустно скрипнув, одним махом втянул в себя остатки журнала. Девушка тяжело вздохнула, положила руки агрегату на крышку, закрыла глаза и сосредоточилась. Перед ее внутренним взором привычно возникла ярко-зеленая схема, больше напоминающая осьминога. Схема плавно пульсировала: Сийри, присмотревшись, поняла: салатовый сгусток в центре, от которого во все стороны паутинками расползались малахитовые нити - это полупереваренная бумага, поглощенная нынешним утром.
Девушка мысленно потянулась к нитям, активно пожиравшим добычу, но тут же ойкнула - паутинки оказались болезненно горячими, как руки тяжелобольного человека. На миг прервав контакт, она выхватила из ближайшей стопки пачку черновиков, она стала по одному скармливать их копиру, с удовлетворением наблюдая, как салатовое пятно мало помалу разрастается и густеет.
Скормив всю пачку, Сийри снова "потрогала" нити-питатели. На сей раз ее обдало легкой прохладой, похожей на дуновение вечернего ветерка. На миг девушке показалось: на нее повеяло тонким ароматом лилий.
Учебник, уже прочитанный добрый десяток раз, не внес ясности: в нем не говорилось ни слова по поводу наладки зачарованных предметов. Сийри уже хотела отложить его в сторону, попытавшись в который раз обновить копирующие чары, как ее взгляд упал на предисловие к главе "Зачарование". Девушка мысленно обозвала себя идиоткой: та черным по белому говорилось: даже магия не способна создавать "все из ниоткуда", а потому любые чары требуют подпитки - магией или материей.
Отбросив книжку, Сийри метнулась к сонно застывшему в углу копиру, пытаясь припомнить заклятие, которыми определялся уровень чар на предмете, и ахнула: если
– Сийри, обед! Ты идешь?
– девушка с трудом услышала голос подруги, словно та говорила сквозь ватное одеяло, и отрицательно помотала головой.
– Не хочу отвлекаться, Нит. Возьми для меня пару булочек.
– Желудок испортишь, - Нита осуждающе помотала головой, но более ничего не сказала.
К моменту, когда порыжевшее солнце нехотя присело на вершину Щеголька, кинув на пол комнаты косые отблески, Сийри устало села на стул и нервно захихикала. Она чувствовала себя потрясающей, невообразимой, клинической идиоткой: целый месяц безрезультатно долбиться в дверь, подбирать отмычки, заглядывать во все щели - только чтобы вдруг понять: дверь открывается внутрь, а вовсе не наружу.
– Лойт Малич, готово, - Сийри с трудом встала, почувствовав, как гудят ноги и ломит спину. Привычно пробормотав заклинание проверки резерва, девушка ничуть не удивилась, увидев на запястье "56/3247".
– Так в чем дело?
– Лойт Малич даже отложил в сторону газету, которую традиционно изучал перед уходом с работы.
– Он оказался просто голодный, - девушка нервно захихикала.
– Мы же не нашли инструкций, но я железно уверена - там четко говорилось: кормить копир макулатурой хотя бы раз в три дня.
– Так-так-так… - начальник задумчиво побарабанил пальцами по столу.
– Кормить, значит. А если не кормить - он сам себя обеспечивать начинал? Интересное решение.
– Эльфы - большие оригиналы, - пожала плечами Сийри.
– Несомненно, - Лойт Малич выудил из стола какой-то документ.
– Это - ваша ведомость на зарплату. Если верить твоим словам, "сытый", - начальник иронично усмехнулся, - копир тут же выдаст мне дубликат. Пожалуй, я так и сделаю.
Сийри напряглась: она, конечно, в своих словах была уверена, но не настолько, чтоб рисковать месячной зарплатой - девушка уже видела пару раз, как Гуннар с Лойтом Маличем не платили ни копейки, когда, по их мнению, работники этих денег просто "не заслужили". Впрочем, на попятную тоже идти не хотелось - Сийри вдруг поняла: не вынесет, если всю свою оставшуюся жизнь ей придется, вместо магии, заниматься одними отчетами.
– Да, я уверена, - девушка постаралась сказать это уверенно, но начальник, без сомнения, услышал дрожащие нотки в ее голосе.
– Все пройдет, как положено.
Копир даже не вздрогнул, когда деревянная крышка накрыла драгоценный документ.
Пару секунд агрегат думал, Сийри постаралась припомнить какую-нибудь молитву, а на лице начальника все явственнее проступало разочарование. Но в итоге пенек встряхнулся, его глазки засверкали, а из щели выползла точная копия зарплатной ведомости.