Чтение онлайн

Гномы из соседнего купе тихо присвистнули. Видимо, их тоже поразила эта история.

–  Да уж… - сочувственно вздохнула Сийри.
– Выходит, он не совсем врал?

–  Не совсем, - улыбнулась женщина, глянув на сладко спящего ветерана.
– У него в голове все перепуталось - когда свое рассказывает, а когда просто придумывает.

Но вы не обижайтесь. Пожалуйста.

–  Хорошо, - покивала Сийри.
– Не будем.

Гномы едва слышно зашептались - через минуту к женщине подошел бородатый эмиссар.

–  Вот, возьмите, - пробормотал он, сунув ей

в руку отливающий алым пузырек.
– Должно помочь.

–  Горное масло!
– ахнула она.
– Его ж в продаже с прошлого года не было!

–  Свежее, - хмыкнул гном.
– Как будет минутка - натрите его хорошенько. Только не затягивайте - масло не аптечное, по жаре испортится в момент.

–  Спасибо… - прошептала женщина, в ее глазах стояли слезы.

–  Не за что, - усмехнулся даритель.
– Нам тоже охота покоя.

–  Горное масло?
– удивленно поинтересовалась Сийри.

–  Лучшее лекарство от нервов на свете, - подтвердила Нита.
– В общаге его в каждой комнате держали. Помнишь, я тебя еще накануне защиты диплома натирала?

–  Так это оно?
– расплылась в улыбке Сийри.
– Да, шикарная вещь!

Внезапно ветеран, пошевелившись, что-то забормотал. Как потом утверждала Сийри, больше никогда она не видела, чтобы все - абсолютно все пассажиры вагона замерли в самых невероятных позах. Казалось, они не то, что стараются не шевелиться, а даже не дышать.

Женщина кошкой прыгнула к постели ветерана и осторожно капнула ему на висок из бутылочки. Старик мгновенно умолк, перевернулся на другой бок, тут же заснув еще бдительней, а в воздухе повис тонкий аромат чабреца. По вагону пронесся еле слышный вздох, и все вернулись к своим делам.

–  Здорово, - подвела итог Сийри.

Утро оказалось хмурым. Сонные пассажиры, зевающий проводник - казалось, даже оранжево-красное солнце не выспалось и, кутаясь в пышные одеяла из серых облаков, до конца оттягивает момент, когда надо будет отбросить их в сторонку, начав светить по-настоящему.

Нита проснулась первой. Перегнувшись через разделитель между полками, она осторожно потормошила подругу:

–  Вставай, дорогая, петушок пропел давно!
– та недовольно заворочалась и, потянувшись во весь рост, насколько это позволяла полка, простонала:

–  Как неохота вставать… Под утро сон самый сладкий.

–  Потом доспим, - засмеялась девушка.
– Пора, скоро санитарная зона. Я - умываться.

Сийри с трудом оторвалась от подушки. Казалось, в голове перекатываются тяжеленные булыжники, а в глаза кто-то налил клею. Протерев глаза, она взглянула вниз - ветеран лежал в той же позе, как его оставили вчера ночью - тихо сопел, не обращая внимания на суматоху, и вовсе не думал просыпаться. Завистливо вздохнув, девушка, спрыгнув в проход, принялась сворачивать постель, с трудом сдерживаясь, чтоб не заснуть стоя.

–  Иди мыться скорее,

набегут - будешь весь день неумытая!
– услышала Сийри довольный нитин голос.

–  Не дождешься, - хмыкнула девушка.

К ее возвращению ветеран все- таки проснулся. Сейчас он шарил по вагону очумевшими глазами, явно не соображая, где он находится и что, собственно, происходит. Дородная тетка-внучка ловко валяла его тело, как громадную куклу, шустро приводя ветерана в одето-приличный вид. К моменту возвращения Сийри на Фирса Люциановича как раз надевали новенькие парадные порты.

Нита уже закончила убирать свою постель. Ее руки как раз шарили в сумке в поисках еды. Сийри, благодарно приняв последний бутерброд, присела на полку напротив почтенного старца.

–  Кончилось… - Нита, дожевав свою пайку, еще раз глянула в сумку, печально вздохнув.

–  Что?
– встревожилась подруга.

–  А все. Колбаса, хлеб, зелень. Даже пирожки. Это - последнее, - вздохнула девушка.

–  Ничего страшного, - засмеялась Сийри, - не в лесу же. Сейчас как выйдем, сразу все разведаем. Кстати, а куда дальше?

–  В порт. Сухогруз "Ласточка", отход сегодня вечером в семь. Места, увы, третьего класса, - вздохнула Нита, в очередной раз проглядев выданные им в деканате документы.
– Между прочим, мы намеревались сходить в Институт.

–  С тобой забудешь, - хмыкнула подруга.
– Главное, на пароход бы не опоздать.

–  Не волнуйся, - уверенно отозвалась Нита, обводя глазами уже ставший привычным вагон, - Думаю, надо бы путеводитель купить.

–  А смысл?
– поинтересовалась девушка.
– Здесь мы только до вечера, а для Маскона мы тут точно ничего не достанем. Порт - не иголка, так доберемся.

Нита покивала, соглашаясь с аргументами, и выглянула в окно.

–  Подъезжаем, похоже!

Действительно, вдоль путей уже вовсю разрослись заборы, склады, платформы, депо и все то, что сопутствует любому крупному железнодорожному узлу. Утреннее солнце заливало эту картину своим оранжевым светом: несмотря на всю свою обыденность, пейзаж за окном отчего-то казался до невозможности романтичным. Сийри поняла: скоро расстанется с последней ниточкой, связывающей ее с городом, в котором она прожила всю свою жизнь - с этим вагоном и поездом. Девушка, глубоко вздохнув, вытащила вещи из отделения над полкой. Нита понимающе посмотрела на нее:

–  У меня тоже было такое ощущение, когда на учебу приехала. Впрочем - ничего не мешает нам туда вернуться - хотя бы в отпуск, верно?
– она ободряюще потрепала подругу по плечу. Та немножко грустно улыбнулась, и девушки поспешили к выходу.

–  Спасибо вам за все. Это было незабываемое путешествие, - улыбнулась Сийри проводнику и, подхватив сумки, легко выпрыгнула на дощатый перрон. Нита, тоже кивнув железнодорожнику, последовала за подругой.