Чтение онлайн

Мэрсайн, живущая в изолированном мире юпитеров и отпечатанных через два интервала сценариев, никогда не интересовалась судьбой политиков, которые на июньских первичных выборах теряли право на повторное выдвижение своих кандидатур. Неожиданное поражение Хофферта Диллом Дегачи, конечно же, попало в заголовки всех газет, кроме еженедельного бульварного листка, который с религиозной истовостью читала Мэрсайн.

Насколько Виктория помнила, ее мать проявила интерес к выборам лишь один раз — когда президентом был избран Рейган.

— Он

когда-то чуть не стал статистом в нашей телегруппе! — провозгласила Мэрсайн. — Но что-то такое произошло. Я не знаю, что… Думаю, это козни русских или еще кого-нибудь.

Поворачивая на Александрию, Виктория улыбнулась при воспоминании о наивности своей матери.

Если бы она так не походила на нее внешне, то можно было бы подумать, что ее подбросили цыгане грудным младенцем на порог особняка родителей, но забыли записать адрес, чтобы когда-нибудь вернуться и потребовать ее обратно.

Виктория сбавила ход, въезжая на дорожку, ведущую в гараж, и обогнула угол. Ей меньше всего хотелось, чтобы ее место рядом с лифтом было занято другой машиной. Но, увы! Там маячил угольно-черный «мерседес». Он стоял, словно утверждая, что место это искони принадлежит ему.

«Сегодня мне надо было просто сказаться больной», — подумала Виктория, рассуждая, не были ли все эти утренние неприятности некими мудрыми предзнаменованиями, которые пытались довести до ее сведения мириады звезд…

Проезжая мимо «мерседеса», она испытала искушение припарковать свою машину впереди его и тем самым заблокировать незнакомцу выезд.

Хотя места в гараже и не были формально закреплены, тем не менее, сотрудники придерживались молчаливой договоренности занимать каждый день одно и то же место на стоянке.

Совершенно ясно, что нарушил это правило посторонний, ибо только по неведению можно въехать в гараж и занять первое приглянувшееся место.

На сверкающем номерном знаке было начертано «ХАНТЕР-1».

Предположив, что слово это означает род занятий владельца машины [1] , она ухмыльнулась. Номерной знак, оповещающий весь мир о пристрастии владельца машины к охоте на уток и на мать Бэмби, больше подошел бы проржавевшему пикапу, в котором лежало бы зачехленное ружье, а на заднем стекле которого красовался бы флаг Конфедерации.

Что понадобилось подобному типу в гараже одной из самых престижных адвокатских контор Виргинии? К тому же как он мог обладать столь дорогой машиной? Эти тайны не поддавались ее расшифровке. И только потому, что владелец «ХАНТЕРА-1» имел, по-видимому, дело к кому-то из фирмы, Виктория поборола в себе искушение загородить ему путь.

Вместо этого она молча пожелала ему «встретить на пути пару мерзких оленьих

рогов с такой же надписью».

Когда Виктория спускалась на лифте из кафетерия с чашкой кофе в руках, ее толкнули, и кофе выплеснулся ей на свитер. Она еще раз убедилась в том, что сегодня все боги ополчились на нее. Выйдя на своем этаже в столь неприглядном виде, она тут же встретила самого сексапильного, самого потрясающего мужчину, какого ей когда-либо приходилось видеть. Их глаза встретились лишь на мгновение, а затем он уставился на желто-коричневое кофейное пятно, которое своими очертаниями напоминало штат Иллинойс.

Обычно находчивая в затруднительных ситуациях, Виктория на этот раз почувствовала, что лишилась дара речи: она была ослеплена этим высоким Адонисом.

«Этот не про меня», — пронеслось у нее в голове. Виктория умела ценить мужчин. Однако, привыкнув к красавцам Голливуда, она полагала, что обладает достаточным иммунитетом против очарования привлекательных мужчин.

Виктория молча обменялась с незнакомцем местами, отметив, что он первым уступил ей дорогу.

Как сказала бы Мэрсайн, это был идеальный типаж на главную роль в сериале об очередной несчастной любви.

Но кем бы ни был этот великолепный парень, он уже скрылся за дверями лифта. В отличие от документов, которые ждали ее на столе.

— О, вот, наконец, и она! — прогремел голос Джона Джонсона, разговаривающего в коридоре с Уильямсом.

— Это что, новый фасон? — поддразнил Тэтч Викторию, показывая на пресловутое кофейное пятно.

— Да и волосы вроде не Виктории, — заметил Джон. — Может быть, это и не Вик… Как вы думаете, Тэтч?

— Да нет же, это она-а… — протянул Тэтч. Его голубые глаза заискрились. — Так или иначе, а я узнаю ее плутовскую улыбку.

— Советую вам обоим «покусать стену», — раздраженно парировала Викки. Она привыкла к их розыгрышам, но сегодняшний день принес ей слишком много неприятностей, и она была неспособна воспринимать их импровизированный юмор.

— «Покусать стену»?

— Это калифорнийский сленг.

— А, калифорнийский! — вздохнул он. — А что, там по ночам все еще выстраивают фургоны в кольцо, чтобы обороняться от индейцев?

Джон посмотрел на часы.

— Вик, вы живете по расписанию больших шишек? Тех, которые никогда не опаздывают, а лишь задерживаются…

— Какой-то идиот поставил свою машину с дурацким номером на мое место, — ответила она с еще большим раздражением.

— Где же вам тогда пришлось парковаться? В Балтиморе? И что это за дурацкий номер? — спросил Джон.

— «ОХОТНИК-1», — ответила Виктория.

Ее собеседники обменялись быстрыми, полными значения взглядами, которые не прошли мимо внимания молодой женщины.

— Что-нибудь случилось, джентльмены?

— Может быть, вы не все знаете о джентльменах? — спросил Тэтчер. — А то мы можем вам кое-что рассказать… Мы, конечно, не лучшие из них…