Сердце, молчи
Шрифт:
Салли негодующе вскинула голову и оттолкнула его руку.
— Давайте разберемся во всем по порядку, мистер Маккензи, — заговорила она, прибегнув к спасительному тону учительницы, и по легкой усмешке Макса догадалась, что он это понял. — Во-первых, я ни в чем таком вас убедить не пытаюсь. Во-вторых, моя реакция на ваше поведение никакая не уловка. В-третьих, моя мораль — это свод правил, которые я выработала в течение всей своей жизни и которых придерживаюсь независимо от взглядов друзей и знакомых, близких мне по возрасту, то есть моих сверстников. Вы меня поняли?
—
— Выходит, вас интересует только это? Я уже сказала, что мы играли. Мы оба играли, потому что здесь был журналист.
— А в другой раз?
— В аэропорту? Почти то же самое. Позвольте напомнить: к вам привязалась ваша поклонница Хенни Керзон и от нее нужно было отделаться. Как и от журналиста из «Кроникл уикли». — Сейчас годится любое объяснение, подумала она, лишь бы сбить его с толку, сделать все, чтобы он не догадался, как обожгли ее сердце его поцелуи. Нет, надо этот огонь погасить, пока не поздно. А говоря проще, надо бежать от Макса куда глаза глядят. — Как бы то ни было, — добавила она, исподлобья поглядев на него, — вам незачем было целовать меня после его ухода. Вы ведь слышали, как он убрался.
— А... — Макс загадочно улыбнулся. — Когда вы лучше меня узнаете, то поймете, что я терпеть не могу незаконченных дел. Предпочитаю во всем ясность; и в данном случае уяснил для себя — признаться, не без удовольствия, — что между нами что-то начинается... Однако нам пора. — Он встал и подал ей руку. — Я провожу вас в номер.
В лифте он деловито заявил, что намерен весь следующий день провести за письменным столом.
— Так что завтра вы свободны. Увидимся за обедом.
— Вы будете писать? — спросила она, подумав, что это заявление плохо согласуется с предшествующим.
Он кивнул.
— В таком случае и на мою долю, наверное, достанется много работы?
Они подошли к ее номеру. Как выяснилось, Макс остановился в соседнем. Он взял ее ключ, открыл дверь, потом вложил ключ ей в ладонь и сжал пальцы. Она с грустью обнаружила, как, даже при таком безобидном прикосновении, участился ее пульс.
— А вам не терпится поработать на меня, — улыбнулся он, и вновь по ее телу пробежала нервная дрожь. — Отвечу вам так: пока и сам не знаю. Возможно, к концу дня стол окажется завален грудой разорванных страниц.
Салли разбудил телефонный звонок. В полной уверенности, что Максу понадобилась ее помощь, она мгновенно подскочила к столику рядом с кроватью и подняла трубку.
— Решил позвонить вам с утра, Салли. Вы хорошо спали? Надеюсь на это, потому что у меня к вам серьезное предложение. Ну как, вы уже на ногах, соня?
Редактор «Стар энд джорнал! — застонала Салли. Проклятье, когда он от нее отвяжется?
— Мистер Уинтертон! — взволнованно воскликнула она. — Вы напрасно тратите деньги. Я отвечу вам, как и вчера: нет. Прошу вас, забудьте, что я когда-то хотела сотрудничать в вашей газете.
— А я-то специально
— Уточняю: это не мой жених, — перебила его Салли. — Я его секретарь...
— Неужели? А как же он сказал, что ему на редкость повезло — встретил, мол, великолепную женщину, согласную разделить с ним всю оставшуюся жизнь? Цитирую статейку Биллинга. Март со смаком расписал все в подробностях и раззадорил читателей. Бьюсь об заклад, его «Кроникл» решила вести свою игру. А я хочу получать новости прямо с пылу с жару. Простите меня за это выражение.
— Нет, — по-прежнему упорствовала она.
— Ну хорошо, вам понравится, если я сделаю вас ведущей журналисткой «Стар энд джорнал»?
— У меня же нет опыта. Вы что, шутите?
— Отнюдь. Вы, с вашим образованием, по крайней мере хоть знаете, как надо писать на хорошем английском, а большинство так называемых журналистов на это не способны. Так что повторяю: мне хотелось бы получить от вас эти статьи, Салли. Скажу и еще кое-что. Ваш дядя задал мне хорошую взбучку. Кстати, он также поздравляет вас с помолвкой. Ведь речь идет о помолвке с великим человеком.
Салли застонала, на этот раз вслух.
— Когда вы дадите мне окончательный ответ? Подумайте, Салли. Если ваша помолвка — розыгрыш, как вы утверждаете, то скоро он раскроется. Вам это понятно? Вы вернетесь домой и будете искать работу. Сообщите мне все достойное внимания о вашем так называемом женихе, и работа у меня в газете вам гарантирована. Согласны?
Нет! — хотелось ей закричать, но она закрыла глаза, заставив себя оценить ситуацию трезво, повинуясь только разуму и логике. Это верно, по возвращении ей понадобится работа. В Англии Макс не станет пользоваться услугами секретаря. В конце концов, она заменяет здесь другую женщину. В равной степени верно и то, что если она примет предложение издателя, то осуществит свою давнюю мечту и станет журналисткой.
— Я... — начала было она.
— Значит, вы согласны. Отлично! — Дерек не скрывал своей радости. — Молодец, Салли. Наш контракт скоро будет подписан. У вас в отеле есть факс?.. Есть? Прекрасно. В ближайшее время обратите внимание на документ, перевязанный розовой ленточкой. Он будет адресован вам.
— Нет! — Крик ее прозвучал, вероятно, оглушительно даже с расстояния в двенадцать тысяч миль. — Не надо никакого контракта и никаких документов!
Последовало недолгое молчание, затем Дерек произнес:
— Я вас понял. Все останется между нами, я не скажу ни единого слова, способного навредить нашей тайной сделке. Хорошо, будем считать это джентльменским соглашением. Надо же: кто-то впервые назовет меня джентльменом, — пошутил Дерек и повесил трубку.
Завтрак не слишком подкрепил силы Салли. Жаль, ведь предстояло многое хорошенько обдумать. Она вернулась к себе в номер и стала размышлять, как поступить. Рука сама тянулась к трубке, хотелось набрать номер Макса, но вместо этого она повернулась к зеркалу, расчесала волосы и, выйдя из отеля, отправилась бродить по залитым солнцем улицам.