Чтение онлайн

— Постой, постой, — Билл оживился. На полных щеках его проступили ярко-розовые пятна, а на лбу выступила испарина, — … Но ведь деньги куда-то уходили?

— Сейчас акции перепродают друг другу брокерские конторы. Там рост на каждой совсем небольшой и много их не покупают. Разница в цене — копейки, они почти на уровне инфляционного обесценивания рынка. А вот первые сделки по допэмиссиям, это когда пустые цифры продавались в первый раз — финансы шли через цепочку счетов — в долгосрочный займ Евроазиатского правительства, в какой-то там государственный фонд. Другими словами — никуда не уходили. Никто их не получал. Вот так. Просто внутренний циклический процесс. Ну и решили ничего

не менять. Можно в первом приближении считать, что деньги перешли из одного кармана в другой. Вреда — никакого. Пользы — тоже. По-крайней мере — на первый взгляд. Но, согласись, Билли, ведь так не бывает…

— Бывает, как видишь… — Билл разочаровано вздохнул. Из сказанного он понял мало. Лишь — что никто ничего не нарушил и не украл. Толку время тратить на пустую болтовню. — … И чего тебе неймется? Работы нет? Так я тебе подкину.

Он сурово насупил брови. Вот салабон, пока весь департамент с ног сбивается, этот интеллигент копается в белиберде.

— Их не должны были покупать…

Билл не слушал уже, погрузившись в свои мысли. Сейчас он вскинул взгляд на Джека и раздраженно переспросил:

— Кого?

— Что. — Поправил новоявленный профессор экономики. — Акции. Не мог уйти такой объем, за такие деньги и в такие сроки. Все безвредно, за исключением странной детали. Не должно было такое количество нулей раствориться само в себе. У меня ощущение, что сговор таки был на уровне… — Джекки заглянул в папку, которую притащил подмышкой. — Десяти тысяч фирм, играющих на бирже. Я не знаю, как можно организовать подобное — но они целенаправленно скупили акции и сейчас перекидывают их друг другу. Это саботаж. Или бессознательная истерия. В любом случае — странности на лицо.

— Так. Заканчивай пудрить мне мозги. Пиши отчет. Я отправлю его в ФБР. И все. Не наша задача. Ни по масштабу, ни по сути.

— Можно, я хотя бы пару этих брокеров проверю. Ну, чисто для успокоения нервов…

— На все — тебе два дня. Делай что хочешь, отчет мне на стол через двое суток. И чтобы я про эту ересь больше ни разу не слышал…

— Понял, босс…

Кабинет встретил утренней свежестью кондиционированного пространства, горячим чаем из автоматического подстаканника и кипой электронных поздравлений. Вадик поддел мышкой первое попавшееся и медленно потащил в корзину. На экране всплыл вопрос про уверены-данные-будут-потеряны. Ну да…

На счету — новая сотня юникредитов. А полчаса назад продалась часть тех акции, что случайно купил. И все шито-крыто. Финансовых потерь нет и никто не будет копаться. Остальные — пусть висят, рост их достаточен, чтоб держать у себя на балансе, хоть и с натяжкой. В крайнем случае — рейтинг моей торговой эффективности снизится на два пункта. Так и мать его так. Пошли нафиг, буржуи. Максимум — премии лишат. А я через пару месяцев к категории "В" в "Сенсимилье" перейду и не нужны мне ваши жалкие премиальные.

Покотов сладко потянулся. Пойти ноги размять, что ли… С Леночкой парой слов перекинуться. Двойная коллега, как-никак. Вадик усмехнулся. Интересно, она по какой категории работает? Я бы ей даже уровень "С" не доверил. Впрочем, может, у них там есть какие-то спецоблегченные задачи. Для блондинок.

Леночка была в растрепанных чувствах. Весь вид ее был глубоко несчастным, в глазах блестели слезы, носик хлюпал, а плечики опустились к земле, как крыша ратуши. Девушка едва-едва сдерживалась, чтобы не зарыдать в голос. — Ноготь сломала? — Не без ехидства спросил Покотов. — Или колготки?.. — Если бы… я б тогда счастливая была… — хлюпнула Леночка, — … Вадим Михайлович, я так напортачила… так напортачила…

Она дрогнула несколько раз и предательская

слезинка вырвалась-таки из под ресниц и прочертила по щеке темную полосочку. — Что там у тебя стряслось?.. — Я, когда вбивала квартальные данные, перепутала кодировку… — девушка шмыгнула носом, — … но это ладно бы… Я его еще отправила по кросснету и не на тот адрес. Две ошибки в адресном коде. Секретные данные ушли неизвестно куда… Мне точно голову оторвут… по самые колени…

Вадим расхохотался и Леночка вскинула на него разобиженный взгляд. Вот козел… впрочем, как и все мужики… — Если ты перепутала кодировку — там получилась сплошная абракадабра. Поэтому никаких секретных данных ты никуда не отправила. Их и с правильной кодировкой разве что пентагон взломать сможет. А так… Кончай распускать нюни. Никому ничего не говори. И я буду помалкивать. Эх, ты… Мата Хари…

Вадим с удовольствием рассматривал миловидное личико девочки. Надутые губки и трогательно-расстроенный вид ей очень шли. — Знаешь, почему у блондинок волосы белые? — Он уселся прямо на секретарский стол и погладил бедняжку по мягкой пышной копне.

Леночка подняла бровки вопросительным домиком. — Чтобы мозг на солнце не закипел.

Лена хмыкнула и улыбнулась. Зря я на него гнала. Единственный нормальный здесь, в этой ужасной компании.

В других фирмах она еще не работала. Потому что устроилась сюда сразу после университета. Но была уверена, что попала в ужаснейшую контору на свете. — Пошли в буфет, сладенького скушаем. Перерыв, как раз…

Вадик ловко спрыгнул со своего насеста и зашагал к двери.

Виктор Иванович побагровел. Он не любил, когда ему перечат. А уж от подчиненных подобного и вовсе не терпел. — И что вы этим хотите сказать?!

Полненький низкорослый человечек с залысинами, туго затянутый в белый лабораторный халат, испуганно замигал. Угораздил же черт. — Виктор Иванович. Я с вами ни в коем случае не спорю… Но вы поймите… Это просто опасно. Выпустить такую махину на волю… — Ты понимаешь, ученая твоя душа, что уже предел. Вычислительные мощности нашего инфоцентра не справляются. А в течение следующего месяца мы должны нарастить «Сенсимилью» в два раза! Ты понимаешь?! Что ты предлагаешь? — Я ничего не предлагаю. Мое дело маленькое. Хотите переложить на «Сенсимилью» задачи инфоцентра — пожалуйста. Но вы понимаете, что получится? — А что получится?! Очень даже эффективно получится. Она сама себя и настраивать будет. И обслуживать. Мы же ее только тормозим своей бюрократией. Словно муравьи слона несут… — Не боитесь, что слон, вырвавшись на волю — муравейник растопчет…

Виктор Иванович беззвучно выругался. Душа твоя мышиная… Ну. почему людишки настолько трусливы… Стоит только создать что-либо значимое, как начинаются повизгивания. Что теперь, остановить рост проекта? Никакими компьютерными мощностями мы «Сенсимилью» не обслужим, это и ежу понятно. Только автономная работа. Идеальная самонастраиваемая система.

— Поясняю для инфузорий… — Главный бывал груб до обидного, но на него давно перестали обижаться. Вздорный старикашка. Все равно кони двинет рано или поздно. — У нас остается главный фактор влияния — экономический. Любое физическое действие нашего слоника — строительство, поставка материалов, обслуживание роботизированных систем — стоит денег. И деньги даем мы. По финансовому плану, которым «Сенсимилья» обосновывает технический проект. Если даже предположить, что она сойдет с ума и начнет… ну не знаю… предположим начнет строить армию киборгов для уничтожения человечества… какие еще идиотические варианты могут быть… ну, пушку там строить, чтобы тебя, Мякушкин, лично застрелить — ей финансов не хватит. Вот смотри…