Чтение онлайн

– Рад это слышать.

Хотя управляющий собирался задать ей миллион вопросов, но все они носили личностный характер и он не решился озвучить их вслух. Повисла недолгая пауза, девушка потопталась на месте, а Павел искал в голове повод, вытянуть из нее еще несколько слов, чтобы насладиться ее приятным тонким голосом, присутствием и вниманием.

– Я беспокоился. – Неловко произнес Павел.

– Не стоило, мне и вправду было не хорошо, но теперь я в полном порядке.

В Рации, раздался женский голос, взывающий к помощи и присутствии Лизы. Девушка извинилась и вышла.

Павел посетовал на свою несговорчивость, и прикрыл глаза рукой. Этот короткий диалог растеребил его сердце, напоминая о том, как пусто стало в его жизни без девушки, о которой он думал и никак не мог забыть.

Возможность быть рядом с ней, пусть даже в качестве руководителя, удерживало его от того, чтобы не уволиться, и не окунуться с головой в свою непосредственную сферу деятельности. Бесы больше не мешали ему вернуться к карьере успешного адвоката, но он тянул время, сам не понимая, зачем ему это нужно. Он надеялся на время, ведь это самое лучшее лекарство…

Глава 39

Лиза неуверенно постучала в дверь, и голос изнутри пригласил войти. Ее появление в кабинете стало для Павла неожиданностью.

– Я хотела Вам кое-что сказать. Не знаю, стоит ли, но раз уж я здесь, стало быть, я должна поделиться. Вы ведь тоже имеете непосредственное отношение ко всему этому.

Павел удивленно вскинул брови, и машинально пригладив волосы, попросил ее присесть.

– Нет, нет, так мне будет легче. Успею убежать – тихо добавила девушка, от чего у мужчины засосало под ложечкой.

Павел соскучился по ее чувству юмора, и как бы он не хотел к ней приблизиться, все же она не давала повода даже для малейшей близости.

Он изучал, ее округлившееся личико, подметил настороженный взгляд, и с нетерпением ожидал, что же она собирается ему рассказать.

– С той ночи, прошло почти три месяца, и мне кажется,…я поступаю неправильно, я… - Лиза все больше приходила в волнение, это было заметно по ее голосу, рукам, перебирающим кнопки рации, и опущенным ресницам. Начало Павлу уже не нравилось, он нахмурился, и сложил губы в тонкую полоску. Лиза увидела это выражение лица, и еще больше растерялась. Она стала путаться в словах, пыталась отойти от темы, не решаясь сказать то, что следовало еще пару месяцев назад.

– Говорите Лиза, что Вы тянете быка за рога?

– Я не могу говорить, когда ты едва не срываешься на крик, - сказала девушка с дрожью в голосе. Она уже подумывала над тем, не сбежать ли ей прямо сейчас, оставив, все как есть.

Павел и в правду, говорил сквозь зубы, не понимая, что его раздражает больше. То, что Лиза жалеет о проведенной в его объятиях ночи, или то, что до сих пор не может толком объяснить суть своего прихода.

Когда Лиза набрала в легкие воздух, дверь кабинета распахнулась, и две миловидные дамы прошествовали мимо девушки. Одна из них, как успела подметить Лиза, была в возрасте, но весьма ухоженная и недешево одета. Вторая, была похожа на топ модель, ростом примерно в сто восемьдесят сантиметров, с густой, и темной копной волос, с огромными, медового оттенка глазами и более чем стройным телосложением.

– Мама, что ты тут делаешь? – Павел вышел из-за

стола и приобнял мать, поцеловав ее в щеку.

– Разве ты не рад нас видеть? – с толикой досады спросила Дарья, отстраняясь от сына.

– Я тебе всегда рад, просто ты не предупредила. По какому поводу визит?

– Ты давно не навешаешь нас с отцом, вот я и решила, раз гора не идет к Магомеду, то мы сами к тебе придем. Кстати, - она сделала паузу, и развернулась к своей спутнице.

– Хочу тебя кое с кем познакомить.

После этих слов, она поманила девушку незнакомку, та миловидно улыбнулась и медленными шагами прошествовала к Павлу. Лиза, собиралась незаметно покинуть комнату, но Павел взглядом пригвоздил ее к месту.

– Я думаю Вам лучше пройти в ресторан, если Вы еще не обедали, самое время опробовать новые блюда нашего заведения. Я присоединюсь к вам через минуту. Павел выпроводил своих гостей за дверь, не забыв мило улыбнуться новой знакомой, а Лиза нахмурив брови наблюдала как он провожает их взглядом.

– Так что ты хотела мне сказать? – обратился он к Лизе, убирая кое-какие бумаги в стол.

– Я хотела сказать, что увольняюсь. А теперь извините, мне тоже пора.

– Что? Как увольняешься? Ты…как так? Дело во мне? Ты не можешь уволиться, Лиза!

Лиза не ответила ни на один из его вопросов, и едва он опомнившись, догнал ее в коридоре, как вокруг них образовалась масса народу и девушке удалось выскользнуть из его рук. Он поспешил на встречу с Дашей, Лиза занялась работой, и в этот же вечер на его стол опустился листок с заявлением об увольнении по собственному желанию. И как бы он не старался привлечь Лизу к этому делу, и как не выпытывал у нее ответы, Лиза с тем же усилием избегала его присутствия, игнорировала вызовы и не давала никаких объяснений. Она ушла, сказав коллегам, что нашла более высокооплачиваемую и приемлемую работу.

Ниточкой воспоминаний, о ее присутствии и объектом раздражений стал Максим. Он не редко ловил на себе косые взгляды управляющего, пока тот, выдержав еще месяц, не покинул свой пост. Генеральный директор гостиницы, под влиянием внушения, принял его уход как должное, для всех остальных это стало неожиданностью.

Павел несколько раз, не сдерживая своих чувств, звонил Лизе, но та сменила номер. Новый он не потрудился узнать. Его машину можно было заметить поздним вечером на улице неподалеку от дома Елизаветы Юрьевной, но выйти и постучать в дверь Павел не решался.

После месяца скитаний в поисках себя, он с головой погрузился в работу. Газеты пестрили заголовками о том, что блестящий юрист возобновил род своей деятельности, и теперь с новой силой принялся выигрывать судебные процессы. Отбоя от желающих воспользоваться его услугами не предвиделось. Люди шли за помощью и получали ее, если он считал это нужным. Отец и мать снова возгордились своим отпрыском, не думая о том, что он отдается своей работе целиком и полностью, игнорируя личную жизнь. Мать безуспешно пыталась все это время свести его с девушками, отец едва не лопался от гордости за сына, а все остальные не хотели видеть в нем ничего кроме машины правосудия.