Секутор
Шрифт:
– Да уж, не деревенщины.
– Смотрите… Ваш ланиста – приятель хозяина, стоит тому шепнуть, и…
– Ой, вот только не надо нас стращать, дед, – нагло отмахнулся Тирак. – Мы ведь и так не знаем, останемся ли в живых хотя бы до лета. Счастье гладиатора переменчиво, знаешь ли…
Управитель замолк, видно, осознал всю глупость угроз.
– И тем не менее, – уходя, обернулся он. – Все ж таки постарайтесь быть повежливее.
– Постараемся, – коротко кивнул Рысь.
На этот раз они недолго оставались одни – вскоре послышался чей-то громкий уверенный голос и в атриум
– А! – увидев гладиаторов, воскликнул он. – Явились не запылились, голубчики.
Юноши поспешно вскочили и поклонились:
– Аве, Децим… Деций… Памнифий…
– Что, этот прижимистый сатир, ланиста Луций Климентий Бовис, при всех его доходах не мог вас как-нибудь поприличней одеть?! – не слушая приветствий, укоризненно воскликнул Памфилий. – И он еще смеет упрекать в скаредности меня, саму щедрость! Аргис! Аргис! – Всадник хлопнул в ладоши, и в тот же миг в атриум вбежал старик-управитель.
– Я здесь, хозяин.
– Возьми этих оборванцев, – Памфилий указал на опешивших гладиаторов. По их-то мнению, они были одеты не так уж и плохо: по указанию ланисты Лупус выдал им почти новые туники и пенулы. – И одень их так, чтобы мне не стыдно было перед гостями – без сомнения, лучшими людьми города!
Поклонившись, управитель кивнул юношам:
– Идемте.
Вслед за стариком Рысь и Тирак направились в гардеробную, расположенную справа от атриума. В узкой, но длинной комнате не было окон, лишь тускло горел изящный светильник на небольшой треноге. Взяв его в руки, управитель зажег еще несколько, так что в комнате стало заметно светлее.
– Ну… – Аргис задумчиво подошел к полкам. – Даже не знаю, что вам и подобрать. Впрочем, вы, кажется, рослые юноши. Ну-ка, иди сюда ты… – он подозвал Рысь. – Раздевайся. Ну, быстрее же!
Рысь быстро стащил с себя пенулу и серенькую, почти новую тунику, а потом с помощью старика-управителя облачился сначала в тунику светло-голубую, облегающую, полупрозрачную, а поверх нее – в синюю, просторную, складками, с вытканной по подолу золоченой каймой. Грубые башмаки на ногах заменили изящные сандалии с высокой оплеткой. Рысь украдкой глянул в медное, почти во всю стену зеркало – ну настоящий молодой господин! Всадник или, бери выше, сенатор! Если б не длинные волосы, и не сказать, что раб. Стрижка, изысканная прическа – примета свободных людей, это следует отметить: если вдруг бежать, то первым делом посетить цирюльника. Точно так же преобразился и Тирак – в палевой нижней и ярко-желтой верхней тунике с красным узорчатым поясом он выглядел истинным аристократом. Еще бы волосы уложить правильно, но уже не до того, некогда.
– Вот вам еще. – Аргис взял стоявшие в углу короткие копья и протянул гладиаторам. – Берите и пошли. Встанете в дверях столовой в красивых позах и будете приветствовать гостей. В случае драки вмешаетесь, растащите буянов, только смотрите никого не пораньте.
– Слушай, – на ходу шепнул приятелю Рысь, – а ты случайно не знаешь, как это – «в красивых позах»?
– Не знаю, – покачал головой
– Вот уж кого не надо! – засмеялся Рысь, и иллириец, обернувшись, подмигнул ему:
– Кажется, где-то рядом слышался женский смех. Думается, в этом доме полно красивых девчонок!
– Полно, – вдруг погрустнел ант. – Только, как видно, не про нашу честь.
– Ничего, парень! Ведь совсем скоро мы станем сильно знамениты, и уж тогда поглядим, чьими будут девчонки в любом городском доме!
Столовая-триклиниум была еще пуста, когда ведомые домоправителем гладиаторы встали на свой почетный пост у дверей. Пока снаружи, но с появлением гостей они должны были перейти внутрь – Памфилий хотел, чтобы их не только видели, но и разглядывали и задавали вопросы хозяину. Хвастать так хвастать!
По всем помещениям дома из кухни тянуло такими вкусными запахами – отварного обжаренного мяса, рыбы, специй, – что у ребят невольно побежали слюни. Они, конечно, подкрепились перед уходом просяной кашей, да что там эта каша для молодых организмов?
Первым выразил общую мысль иллириец. Потянув носом воздух, он шумно сглотнул слюну и заявил, что хорошо бы было поесть:
– А то стой тут голодным да зыркай, как другие жрут!
– Да, – тут же согласился Рысь, – одним зырканьем сыт не будешь.
Тирак понизил голос:
– Кухня-то, похоже, рядом.
– Думаешь, стоит сходить на разведку?
– Почему бы и нет? Ты глянь, даже посуды еще на столах нет – кубков там всяких, бокалов.
– Обычно их после приносят… Впрочем, наверное, ты прав.
– Да не «наверное», а точно! Давай-ка я быстренько сбегаю.
– Нет, думаю, обоим не стоит, уж лучше кинем жребий.
Рысь сжал руку в кулак:
– По пальцам. Чет – я, нечет – ты.
– Давай, – азартно согласился Тирак. – И-и раз-два…
Он выбросил три пальца, Рысь – пять.
– Ну что ж, – ант улыбнулся. – Пойду прогуляюсь. Ежели что, скажешь – живот прихватило.
– Да уж найду что сказать… Ты только недолго там.
Рысь, усмехнувшись, пошел прямо на запах, словно вышколенный охотничий пес. Еще ориентировался по теплу: ага, в этой стороне холодно, значит, нет печки, не кухня, а вот тут уже теплее, теплее, теплее… А запах! Ухх!
– Сальве, уважаемые, – заглянув на кухню, громко приветствовал Рысь.
Судя по расставленным тарелкам и соусникам, собравшиеся вокруг печи люди – здоровенный мужик с разбойничьей кривоносой рожей, пара молодых рабов, совсем еще мальчишек, и две девушки – только что собрались перекусить и, завидев чужого, испуганно вздрогнули.
– Гостям в триклиниум, господин, – встав, поклонилась одна из девушек.
– Какой я вам господин?
Кривоносый с досадой хлопнул себя по ляжкам:
– Вот так всегда! Только сядешь пожрать, как тут же кто-нибудь явится. Судя по прическе, ты из новых рабов, парень?
– Я гладиатор, – скромно опустил глаза Рысь.
Все как жевали, так и застыли, аж зубы клацнули:
– Гладиатор?! То-то сморю, я тебя уже где-то видел… Постой, постой… Не тот ли ты парень, что сражался с тигром? Ну да!