Сделка
Шрифт:
Заговор все же сработал, но отдачей сдерживаемого потока Келлфера бросило вперед, на широкую круглую площадку. Оказавшись в центре, он обернулся, ища глазами Даора. Тот стоял у самой скалы, изучая узкий, похожий на вход в пещеру, проем. Волосы он зачем-то собрал на затылке в тугой и гладкий пучок, и сейчас выглядел не так угрожающе, как обычно. Вид у друга был заинтересованный: не создавая слышимых заговоров, он водил рукой на расстоянии ладони от расколотого черного монолита.
Вокруг были только камни и туман, и как бы Келлфер ни старался выцепить из темноты хоть что-то, все мешалось: острые утесы и холодная мутная изморозь
— Каменные сады Разлома, — сказал Келлфер мрачно.
— Разумеется, они, — кивнул друг. — Единственные врата, которые пускают демонов в наш мир. Я был уверен, что защита еще работает.
— Ей полторы тысячи лет, — заметил Келлфер. — Давно иссякла. И разве она не от выходцев с других континентов?
— Побочный эффект, за которым наши предки скрыли основной, — покачал головой Даор. — Поверь, я знаю.
Конечно, друг знал. Отец его отца должен был прорываться сквозь эти врата — тогда, когда сильнейшие шепчущие Империи Рад еще не закрыли своей кровью ему путь.
— Тебе тяжело здесь находиться? — уточнил Келлфер, ища на лице друга признаки утомления.
— Нет, — просто ответил черный герцог. — А демону — да.
— Его нельзя упустить, — предупредил Келлфер.
— Не упустим.
— Тут шептать сложнее.
— Ты быстр в переделке заговоров, — отозвался Даор, будто хотел поддержать друга. — Нам сюда. Там свет, который мы ищем.
— Свет? — уточнил Келлфер.
— Демон все-таки не здесь, — пояснил Даор. — Не может целиком пройти, не теряя силу. А там, где он находится, очень светло. Ты видел трещины?
Келлфер покачал головой. Это казалось невозможным — общаться с существом, не находящимся в том же мире. Келлфер даже подумал, что друг ошибается, что случалось крайне редко. Однако привыкший быстро адаптироваться к любым условиям, шепчущий тут же прикинул арсенал возможных действий.
— Если повезет, и сможем выманить его к нам, это поможет его схватить?
— Не уверен, что он купится, — отозвался Даор, продолжая ощупывать проем. — Попробуем. Он будет намного сильнее нас, даже если попадет в ловушку, так что ни о какой победе и ни о каком удержании сейчас речь не идет. Не теряй головы.
— Даор, я младше тебя, но я не мальчишка, — осадил друга Келлфер.
— Ты прав, это было лишним, — легко признал Даор. — Не вижу никакой защиты. Вообще ничего, кроме камней.
— Он хочет, чтобы мы вошли, — усмехнулся Келлфер. — Это же ловушка. Ты со мной?
— Ни за что не пропущу, — блеснул зубами в широкой улыбке Даор.
Келлфер вдруг с досадой понял, что друг воспринимает происходящее как игру. Это ничего не меняло, он и не рассчитывал на сочувствие, но почему-то резануло глубоко внутри. Опережая Даора, на ходу обволакиваясь измененными защитными заговорами, Келлфер ступил на узкую как звериный лаз закрытую тропу. Чтобы идти по ней, ему приходилось чуть разворачивать плечи, такой
Демон ждал. Келлфер знал, что не может почувствовать на таком расстоянии дыхания, и все же воздух тек ритмичными толчками. Директор Приюта Тайного знания, один из сильнейших шепчущих континента, Келлфер не был пуглив, и все же предпочел бы не приближаться к существу подобной мощи, но сейчас выбора не было — Илиана угасала, и как бы он ни ненавидел порождение других миров, только оно могло остановить ее у самого порога смерти. Ее влажное от испарины лицо, сомкнутые в безмолвном страдании губы, лихорадочно ищущие что-то на постели руки, тихий отчаянный стон гнали его вперед, в самую пасть того, что могло его сожрать.
«И пусть сожрет, — думал Келлфер, перешагивая ручей и следы давнего завала. — Но сначала спасет ее и Келлана».
Свет приближался, и становилось все холоднее, хотя пар изо рта еще не шел. Почти невидимое свечение почему-то немного резало глаза, как обычно щиплет их мороз, Келлфер то и дело крепко зажмуривался, чтобы сбросить это непонятное напряжение.
Щиты ни на что не реагировали, будто он прогуливался по собственному саду. Так просто было обрушить гору или создать сжимающиеся тиски, пока они были зажаты в этом каменном мешке! Но демон не защищался и не нападал. Это внушало робкую надежду, так что Келлфер перебирал в уме, что мог бы предложить иномирному, опасному существу, немного досадуя, что не успел обсудить предстоящую сделку с Даором.
«Демоны питаются всем, что дает людям силу, — как-то сказал ему Син. — Наш мир для них — как накрытый стол. Единственное, что спасает нас — Альвиар очень сложно обнаружить».
Если питающийся силой дух подчинил Вера и теперь хотел подчинить Келлфера, им было о чем поговорить — не так высоко Келлфер ставил свое служение в Приюте, чтобы не согласиться помогать демону есть других людей. Сделок Келлфер не боялся никогда, и не было ни одной, которую он не смог бы повернуть себе на пользу.
«Кроме той, что заключила Илиана с Дарисом, — подсказал ему вкрадчивый внутренний голос. — С ней ты не сделал ничего».
Илиана была виновата лишь в том, что выбрала жизнь перед лицом смерти — и что захотела стать его женой. Ни в чем более. Воспоминания обезумевшей Дариды были весьма однозначны: если бы Келлфер не любил девушку, Дарида просто забыла бы о ней как о не стоящей внимания простушке. Оставить за собой оскорбленную влюбленную женщину, сохранить жизнь заслужившему смерти врагу — все это были непростительные ошибки, но самым страшным было то, что расплачивался за них не Келлфер.
Очир сокрушенно объяснял, что не может пробиться к напуганной девушке: стоило ему сунуться в ее беспокойный разум, и он оказывался перед ней, талантливым духовным целителем, абсолютно беспомощным. Илиана подминала его под себя, и Очиру еле удавалось вынырнуть из кошмара, суть которого он Келлферу не раскрывал.
«Сын удерживает ее, — подтвердил целитель слова Даора. — Чудесный мальчишка, очень сильный, пойдет в маму. Смерть пришла за ней, но он не дастся. Потрясающая воля к жизни. Но пожалуйста, поторопись, я почти не справляюсь».