Сделай выбор
Шрифт:
— Наверное, вы решили понаблюдать за подозрительным мальчишкой, — произнесла медленно. — Поняли, что я ничего не знаю ни о магии, ни о СОМе...
— Верно. И это значило только одно — твои родители все это время скрывались в закрытом мире.
— Вы не стали упоминать о знакомстве с моим отцом, — продолжила я, чувствуя, как все кусочки паззла встают на свои места. — Более того, подговорили Данира с королевой, чтобы и они молчали. Только зачем?
— В воспитательных целях, — ухмыльнулся преподаватель. — Вы, адепт, постоянно забываете, что находитесь в Академии. Здесь тайны прошлого, личные драмы и опасные приключения — все проблемы учащихся решают
Моя челюсть с грохотом обрушилась на пол. Так вот, в чем оказывается дело? Никаких заговоров, королевских интриг и суперсилы. Просто методика обучения!?
— К тому же, — продолжил мужчина. — За все это время мне так и не удалось раздобыть информацию о своем друге. Так что, признаю, в вашем путешествии на родину были замешаны и личные мотивы. То, что Артэл мертв, стало ясно сразу. Он бы никогда не отпустил своего ребенка в другой мир, да еще без какой-либо поддержки, но вот в то, что он не оставил после себя даже весточки мне или Даниру, верилось с трудом.
— Тем не менее, так и оказалось, — ядовито усмехнулась я.
— Напротив. Как раз сегодня мне удалось убедиться в правильности своих домыслов. Послание существует, и намного ближе, чем кажется. Ну же, адепт, включите наконец голову и вспомните, что сказал вам брат.
— Да не крала я ничего! — вновь взбеленилась я. — Честное слово! Сами же слышали, он сумасшедший, вот и нес всякую чушь!
— Уверены? Хорошо подумайте, Николетта. Как вы смогли попасть в Междумирье? Как прошли через иллюзию и оказались в Академии? Вспомните, что вам удалось унести из своего мира? Возможно, это какая-то сумка или предмет гардероба. Что Олег мог постоянно носить с собой как напоминание об отце?
В горле вдруг пересохло. Перед глазами стали мелькать картинки, как я, испуганная, растрепанная, хватаю первую попавшуюся куртку и выбегаю из квартиры. Как в ней же плетусь по ночному лесу, и как, накинув кожанку брата, стучусь в ворота Академии. По коже побежали мурашки.
— Куртка? — выдохнула едва слышно.
— Скорее то, что в ней спрятано, — сказал мужчина и поднялся со стула. — И думаю, сейчас мы в этом убедимся.
В комнату общежития я влетела похлеще урагана. Все друзья как раз находились здесь, но не успел Лео радостно вскрикнуть, а Кайл с Фрэдом подняться с постелей, когда в спальню вслед за мной зашел магистр Рокл и одним взмахом руки выставил всех парней из помещения. Еще и полог тишины повесил для надежности. Ишь, какой предусмотрительный.
Куртка оказалась втиснута между кофтой Леоттина и безразмерным свитером Фрэди. Выудив ее из шкафа, я стала ощупывать подкладку на предмет потайных карманов. Ректор все это время стоял рядом. Наконец пальцы наткнулись на что-то твердое. Рвала ткань с каким-то особым удовольствием, а когда на свет появился старенький, явно ношенный кулон, чуть ли не застонала в голос. Это был тот самый артефакт, который вручил мне отец перед смертью. Олег все-таки его не выбросил. Вот только... Неужели брат постоянно держал кулон при себе?
— Позволишь? — Магистр протянул руку и аккуратно вынул из моих пальцев артефакт. Бережно поднес к губам, что-то пробормотал, затем удовлетворенно кивнул и отдал находку обратно.
— Теперь крепко сожми АПП в руках, — распорядился он, и я поспешила последовать его словам. А в следующую секунду в моих ладонях вспыхнул яркий свет. Он пульсировал,
— Привет, дорогой друг, — вдруг послышался низкий, глухой голос. — Как ты?
— Папа? — пискнула я, глядя на размытый силуэт.
— Знаю, прошло уже много времени, но надеюсь, ты еще не забыл своего боевого товарища? — Кажется, это была запись. Что-то по типу нашего земного магнитофона, но на магический лад. — Если ты слушаешь это сообщение, то меня уже нет в живых. Ребенок, который доставил тебе артефакт — моя горячо любимая дочь. Пожалуйста, позаботься о ней, как когда-то заботился обо мне.
— Кто еще о ком заботился, — криво улыбнулся магистр Рокл.
— Данир, тебе наверняка интересно, что же случилось со мной после исчезновения. Не буду скрывать, вы с Ривом оказались правы. Та женщина… — на мгновенье запись запнулась. — Женщина, ради которой я бросил все, что только имел, была беременна не от меня.
Из горла вырвался нервный смешок. То есть как, не от папы? Хотите сказать, Олег — не его сын?
— Неправда ли иронично? — горько усмехнулась фигура. — Но самое печальное ждет впереди. Помнишь Клятву? Тот забытый обряд, который мы с тобой нашли в книге Знаний. Я все-таки провел его до конца.
При упоминании обряда вскинулась не только я, но и ректор. Помню, прошлым летом король уже рассказывал об этой старинной вещице. Однако ее вроде бы уничтожили...
— Знаю, сейчас ты смотришь эту запись, злишься, считаешь своего друга влюбленным дураком, но так оно и есть. Я действительно был влюблен, и моя любовь жаждала чего-то особенного, доказательств глубины наших чувств. А что может быть убедительнее, чем запретная магия?
— Действительно дурак, — тихо проговорил ректор.
— Вот только в книге не было описано тех последствий, что настигли меня и супругу после разрыва. С каждым днем вдали друг от друга мы слабели. Под конец десятого дня начали выпадать волосы и ресницы, на семнадцатый тело покрылось коростой. Путем проб и ошибок мне удалось выяснить, что у клятвы были свои правила: по ним возлюбленные не должны были находится порознь. Два дня — вот тот срок, на который позволялось расставаться без ущерба здоровью. То же касалось и деторождения. Мы больше не могли иметь детей, кроме как друг от друга. Тогда я и жена заключили соглашение. По нему каждый из нас обязался не вмешиваться в личную жизнь другого, несмотря на совместное проживание. И еще кое-что... — От плохого предчувствия засосало под ложечкой. — Спустя несколько лет я купил дочь.
Комната погрузилась в тишину. Молчал ректор, молчала я, пытаясь осмыслить слова отца. Фигура человека выдержала паузу и продолжила:
— Мне всегда хотелось семью, но строить ее с людьми, к которым не чувствуешь любви, невозможно, а потому я отдал втайне прихваченные золотые супруге, и она согласилась зачать и выносить от меня ребенка. Так родилась Николетта.
Световое изображение моргнуло и пошло рябью.
— Что ж, вот и вся история неудачливого попаданца. Несколько месяцев назад я заболел. Врачи не знают, что со мной. Возможно, еще одно последствие клятвы, или долгое пребывание в закрытом мире дает о себе знать, но что известно абсолютно точно — до того дня, когда артефакт накопит в себе достаточно магии для перемещения, я не доживу. А потому, прошу, присмотри за Никой. Она — единственное, что у меня осталось. И передавай привет Риву. Уверен, он до сих пор ждет моего возвращения.