Чтение онлайн

Он вздохнул, отвернувшись и уставившись в стену на несколько мучительных мгновений.

Я бы не стала винить его, если бы он отказался. Ни в малейшей степени. Но это было бы больно.

Если я не смогу найти поддержки у своих соотечественников, что тогда останется? Я действительно буду предоставлена самой себе.

— Я посмотрю, что можно сделать, — сказал он, складывая карту. Когда она превратилась в аккуратный квадрат, он отнес ее в шкаф и положил на верхнюю полку. Вне досягаемости Джонаса.

— Спасибо. — Мой выдох был

слышен, когда я встала со стула, а затем задвинула его.

Он проводил меня до двери, помахав на прощание, когда я уходила.

Я возвращалась в свои покои, когда шум во дворе заставил меня повернуть в противоположном направлении. Воздух наполнился радостными возгласами, за которыми последовал мужской смех.

Мимо меня пробежали другие, которым не терпелось узнать, из-за чего такой ажиотаж.

Я ускорила шаги, попадая в суматоху. Но в тот момент, когда я вышла во внутренний двор, я резко остановилась, почувствовав, как по коже пробежали мурашки.

Верховный жрец стоял перед группой улыбающихся детей. Их лица светились благоговением и удивлением, когда они наблюдали, как он подбрасывает в воздух гирлянду из листьев, заставляя ее кружиться все выше и выше.

Дети хлопали в ладоши и хихикали, пока он собирал все больше и больше листьев. Достаточно, чтобы разделить спираль на крошечные веночки, которые помещались у них на головах.

Родители улыбались, а их дети смеялись.

Маленькая девочка с черными локонами пробежала мимо меня в гущу событий, проталкиваясь вперед, где она дернула жреца за рясу и указала на свою голову, требуя свой венок. Как можно было находиться так близко? Как можно было касаться его? Разве его магия не воздействовала на детей таким же образом?

Ощущение ползучести усиливалось по мере того, как его магия усиливалась, и все больше листьев разлеталось в разные стороны.

Жрец оторвал взгляд от детей, его бездонные глаза встретились с моими, как будто он точно знал момент, когда я вошла во двор.

Я развернулась, чтобы уйти, но только для того, чтобы врезаться лицом в стену.

Нет, не в стену. В мужчину, от которого пахло пряностями и землей. Кожей и ветром.

Рэнсом.

— Полегче. — Сильные руки обхватили меня, удерживая от падения на задницу.

Я выскользнула из его объятий, не доверяя себе, что нахожусь так близко, учитывая, что произошло, когда я в последний раз была в этих объятиях.

Его волосы были влажными, а одежда чистой. Борода вернулась, но меча не было. Его кожа приобрела сероватый оттенок, а карие глаза затуманились. Он выглядел усталым и больным, готовым упасть в обморок и проспать несколько дней.

— Ты вернулся, — сказала я.

— Скучала по мне, моя королева?

Да.

— Ни в малейшей степени. Что он здесь делает? — Я указала большим пальцем через плечо на Востера.

— Развлекает детей. И помогает мне выжить. Пока что.

—

Сегодня он вытягивал из тебя Лиссу, не так ли?

— Вытягивал. — Рэнсом кивнул. — Я немного устал. Так что, если тебе все равно, давай отложим спарринг на другой раз.

— Конечно. — Я отошла в сторону, собираясь уйти, когда он схватил меня за руку.

Грубые мозоли ласкали мою ладонь. Он переплел наши пальцы так быстро, как будто делал это тысячу раз до этого.

— Прогуляешься со мной? Это помогает рассеять туман.

— Хорошо. — Он не сопротивлялся, когда я разжала пальцы, и сжала обе руки перед собой, когда мы направились прочь со двора.

— Готов, когда будешь готова ты.

— Готова к чему?

— К вопросам, какие бы ни крутились в твоей прекрасной головке.

Я чуть не рассмеялась. Почти.

— Где ты останавливаешься, когда бываешь в Эллдере?

— В покоях под твоими.

И теперь я не сомкну глаз. Я буду слишком поглощена мыслями о нем подо мной.

— Ты уверен, что не хочешь отдохнуть?

— Уверен.

Мы шли в ногу друг с другом, наш шаг был нежным и легким, как осенний ветерок.

— Ты говорил с кем-нибудь из целителей о Лиссе? — спросила я.

— После того, как меня укусили, я обратился к целителю. Он сказал, что мне повезло, что я остался жив, и что должен возблагодарить богов. Когда я начал замечать изменения, я пошел к нему снова. Он сказал, что это пройдет. Он не хотел признавать, что понятия не имел, что со мной происходит. Он был лучшим целителем в Туре. Если он не знал, что делать, то никто не знал. После этого я пошел к Верховному жрецу.

— И тогда он начал выделять инфекцию из твоей крови?

— Не сразу. Ему потребовался почти год, чтобы приспособить свою магию к инфекции.

— Приспособить?

— Это его слова, не мои. Он сказал мне, что, когда Востеры молоды, они должны учиться магии. Он может повелевать ветром и водой, потому что он научил свою магию манипулировать жидкостями. Он научился использовать кровь в узах. Ему потребовался год, чтобы овладеть магией Лиссы. С тех пор он использует то, что ему нужно, чтобы попытаться определить ее элементы. И достаточно, чтобы это не поглотило меня целиком. Он оттягивает неизбежное.

— Почему он не может просто забрать все?

— Это связано со мной. Это стало частью самого моего существа. Если забрать все — это стянет концом.

— Связано с тобой. Как магия крови.

— Да.

Когда он сказал мне, что Востер идентифицировал элементы Лиссы, клыка фенека и коракина, я подумала, что, возможно, это обычное дело. Что эту заразу создал алхимик.

И если это так, то должно быть лекарство.

Но Лисса не была похожа на другие болезни. Другие инфекции не влияли на скорость, скрытность или силу человека. Это была магия. Если Верховный жрец не смог избавить от нее тело Рэнсома, возможно, лекарства на самом деле не существовало.