Чтение онлайн

— Пять минут, дорогая. Выпейте пока вина. Синьор Скорези сейчас спустится к вам.

Люси была несколько озадачена таким обращением, но возражать не стала. И действительно, вскоре в гостинную вошел адвокат и сурово пригласил ее в свой кабинет, куда они немедленно прошли через открытую террасу.

В небольшой комнате, заставленной внушительными старинными шкафами с книгами и антикварной мебелью, они расположились в уютных креслах друг напротив друга.

— Извините, я не приглашаю вас в офис, он в пентхаусе, — Скорези слегка взмахнул рукой, — не хочется придавать

лишний пафос этой встрече. Хотя, я несколько обеспокоен…

Он продолжал говорить с ней сурово и, казалось, сердился и на нее, и на себя, что оказался втянутым в эту историю:

— Вы не мой клиент. Да и Алекс никогда не был. Но я согласился выполнить его личную просьбу, как старый друг его отца, как друг семьи…

Люси напряглась: волнение адвоката (а теперь она понимала, что именно этим вызвана его суровость) стало передаваться и ей. Внезапно он замолчал. Люси замерла. Он поднялся, подошел к столу и достал из ящика пачку сигарет. Вернулся в свое кресло, снял очки и закурил. Пододвинул пачку ей.

— Скажите, Люси, вы знали, что почти 6 лет его счета и вся недвижимость были арестованы?

— Да. — Люси ответила односложно и тоже закурила.

— Я прошу меня простить… в таком случае вы задавали ему вопрос: на какие средства он жил все это время?

— Нет. — Люси внимательно смотрела в его лицо.

Адвокат кивнул и продолжил:

— Я всегда его знал очень веселым, общительным ребенком, и потом… Он получил блестящее образование, свободно говорил на пяти языках… У него было много друзей, его все любили… Удивительно, что у него не сложились семейные отношения, хотя он имел большое любящее сердце и всегда был очень щедрым. Он выбрал себе интересную профессию, ну, вы знаете… Много летал по миру. Кажется, его знали все экипажи итальянских авиалиний. Но когда с ним это случилось, вы знаете, что никто не предложил ему свою помощь?

— Он никого не хотел об этом просить.

— О таких вещах не просят… Меня мучает вопрос: почему никто этого не сделал. Но почему вы ему помогли? Впрочем, я не жду ответа. Оставим это… Я скажу то, что должен. Сейчас его счета разблокированы и восстановлены права на всю недвижимость. И теперь он хочет, чтобы всем этим распоряжались вы. Если вы дадите согласие, я начну оформление необходимых бумаг. Конечно, вы можете отказаться. Но я надеюсь, вы этого не сделаете.

— Вы знаете где он? — Люси затушила сигарету и вытащила из пачки следующую.

Адвокат удивленно смотрел на Люси:

— Я полагал, что вы знаете.

— Нет. Его телефон отключен. Вот что я вам скажу. Найдите способ передать ему, что я приму решение тогда, когда буду знать где он находится. Этого мне будет достаточно, чтобы понять… И тогда я дам ответ, — твердо повторила Люси.

Адвокат устало вздохнул:

— Думаю, если вы себе зададите этот вопрос, то найдете правильный ответ. Вы когда-нибудь задумывались над тем что происходит, если яйцо разбивается силой извне и когда яйцо разбивается силой изнутри?

— В первом случае зарождающаяся жизнь гибнет, во втором — воплощается.

— Именно так. Но

откуда берется источник этой внутренней силы для воплощения и кто им распоряжается? Все великое всегда начинается изнутри.

Разговор принимал неожиданный и странный оборот. Люси пыталась уловить смысл сказанного.

— Какое отношение все это имеет к распоряжению Алекса, которое вы решили выполнить? — осторожно переспросила она хмурого адвоката.

— Не знаю точно, — произнес он устало, — думаю, он созрел для каких-то серьезных изменений в своей жизни…

Перед Люси сидел крепкий мужчина с острым взглядом, у которого, казалось, отсутствует связь с возрастом. Внешний вид его недвусмысленно заявлял, что он хорошо осведомлен о последних модных коллекциях и тенденциях. Он заботился не только об общей внешности, но и о деталях: аксессуары были тщательно подобраны к образу.

«А ведь ему должно быть лет 80», — думала Люси. Она чувствовала силу его внутренних эмоций. Не обращая внимание на высказанное условие, он быстро и толково описал состояние финансовых дел Алекса, которые, как Люси уже поняла, ей предстояло взять на себя на неопределенное время.

Когда наконец Франческо Скопези перевернул последнюю страницу и отодвинул от себя папку с бумагами, Люси глухо произнесла:

— Знаете, сейчас я бы выпила кофе. И может быть, что-нибудь покрепче. Угостите меня?

Он поднял одну бровь:

— Ну что же, пойдемте.

В зале-гостиной за столом к ним присоединилась Марта. Она внимательно слушала разговор, но не принимала в нем участие. Люси все-таки решилась задать вопрос, который возник сразу, как только адвокат сообщил о причине их встречи:

— Синьор Скопези, вы ведь сказали, что хорошо знали Алекса… как он жил, его семью. Вам не кажется странным, что он не оставил все это своему сыну?

— Вы же тоже его хорошо знали, не так ли? Вы были рядом все эти годы. Думаю, такие финансовые обязанности еще больше усложнили бы их и без того непростые отношения.

И уже прощаясь у ворот, куда он проводил Люси, адвокат неожиданно произнес:

— Вам следует знать еще вот что: Марта — родная сестра Алекса.

17/// мягкий гипноз резонанса образного кода слов разрывает зависимость от заботы других

Музыка: Kovacs/Mata Hari

Ужин получился скомканным. Люси проглатывала горячие куски пиццы, не чувствуя при этом ни вкуса, ни аромата. Она сбивчиво рассказала Сержио о своей встрече с адвокатом.

— Сестра? — удивился Сержио. — Но мне он говорил, что его сестра давно умерла, буквально через год после отца. Он тогда был совершенно раздавлен. С этого начались его бесконечные неприятности…