Самурай-буги
Шрифт:
– Хватит!
Лоб Мори стукается об пол. Затуманившимся взглядом он видит, что на него сверху вниз смотрит Танигути.
– Я все-таки не понимаю тебя, Мори-сан. Ты пытаешься сделать как лучше, и все время делаешь как хуже.
– Хуже для кого? – хрипит Мори.
– Для всех, – отвечает Танигути, медленно качая головой. – Прежде всего – для себя самого.
Двадцать один
Джордж Волк Нисио прислоняется к стене – зубочистка во рту – и безутешно взирает на большую деревянную дверь с резьбой: драконы; извивающиеся змеи; скрежещущие зубами собакольвы. По ту сторону двери – старый босс,
49
Маджонг – китайское домино, одна из самых популярных игр на Дальнем Востоке.
Внутри: власть и уважение.
Снаружи: анонимность, ненужность.
Что обсуждается? Мнения младших разделились. Некоторые говорят – контракт на строительство свалки токсичных отходов на Кюсю. Другие – проблема с корейскими группировками, которые нагло претендуют на большой кусок Кубка мира по футболу. Джордж полагает, что они собираются объявить открытую войну против «Объединенного процветания». И если бы не неудача с этими иностранными шлюхами, он бы сидел там и слушал, давая советы всякий раз, как спросит старый босс.
Джордж раскусывает таблетку бензедрина, запускает в свою челку стальную расческу. Перед ним, чавкая лапшой и болтая, сидят на корточках двое юнцов.
– Той ночью, типа, стрельба была в Синдзюку. Чувак словил две пули.
– И как? Профессионал?
– Не-е, вряд ли. Какой-то идиот, застрелил не того, а потом перепугался и сбежал по улице, где было полно народу.
Хихиканье.
– Надо чё-то делать. На улицах стало опасно, да, Волк?
Юнец поднимает обезьянью мордочку, хихикает. На губах Джорджа тень улыбки. Ему нет нужды разговаривать с юнцами, у которых вместо мозгов тофу, которые не сделали и десятой доли того, что сделал он, – и никогда не сделают. А покушение на Мори – просто неудача, и беспокоиться не о чем. В следующий раз он сделает все наверняка. Он вложит дуло в рот Мори, насладится его хныканьем и мольбами. А потом уставится прямо ему в глаза и спустит курок.
Покончив с Мори, он сделает себе новую татуировку. Пойдет к парню в Уэно, лучшему художнику во всем Канто. Джордж уже знает, какую татуировку он хочет. В середине спины – голова волка, из пасти течет слюна, цвета – золотой, малиновый, черный. Подходящая эмблема духовного возрождения Джорджа Волка Нисио.
Большая деревянная дверь распахивается. Появляется старый босс – с мрачным лицом, такой суровый в своем темном кимоно. За ним юный принц: новенький итальянский костюм, пышные волосы, самодовольная улыбочка. Старый босс рявкает приказ. Младшие вскакивают на ноги, выстраиваются в две линии. Низко кланяются, а гости проходят тем временем мимо них к выходу. Комната звенит ритуальными возгласами прощания. Джордж одобряет. Это традиция, так все и должно быть.
После того, как гостей провожают к лимузинам, Джорджа приглашают в большую комнату. Старый босс сидит во главе стола. Он смотрит в пространство, постукивая закрытым веером по тыльной стороне руки. Юный принц стоит рядом с ним руки в боки.
– Срочная работа по транспортировке, – говорит старый босс устало. – Ты должен немедленно отправиться в Яманаси.
– Курортный проект под угрозой, – резко говорит юный принц. – Если бы ты не потерял тех шлюх,
Джордж виновато сглатывает. Вот, значит, по какому поводу было собрание – переговоры по курортному проекту пошли наперекосяк. Теперь Джордж понимает, почему старый босс так мрачен. Это проект на 50 миллиардов иен, с увесистой политической подоплекой. Согласно проектной документации, там будут залы для съездов, высокотехнологичный пляж с искусственными коралловыми рифами и лыжными дорожками под крышей, модели знаменитых европейских зданий в натуральную величину, где поселятся 20 тысяч «серебряных граждан» – мозги уже прогнили, в постели ссутся. Если все пойдет хорошо, проект может принести синдикату много лет выгодной работы: выгнать местных жителей и скупить их недвижимость; заплатить экологам, чтоб убрались; удостовериться, что выбраны те политики, которые нужны; организовать строительных работников в профсоюзы; договориться с картелями; нанять проституток; создать «крышу» для магазинов и фирм.
– Приготовлен специальный подарок, – говорит старый босс. – Ты должен обращаться с ним крайне осторожно, не выпуская из виду ни при каких обстоятельствах. Понятно?
– Понятно!
Джордж, пятясь, выходит из комнаты с маской униженной улыбки на лице. Он ждет снаружи двадцать минут, потом юный принц снова зовет его в комнату. На столе – каменный Будда высотой в метр. Джордж не очень много знает про антиквариат – старые вещи унылы, как и старые люди, – но стертые черты статуи говорят о том, что она очень древняя и очень дорого стоит. Джордж бережно берет ее на руки, поневоле делая два шага назад. Статуя гораздо тяжелее, чем он ожидал.
– Осторожно! – ворчит старый босс. – Это хрупкая вещь, ее надо все время держать вертикально.
Юный принц кладет ладонь на щеку Джорджа, притягивает его ухо к своему рту.
– Позаботься об этом лучше, чем о тех шлюхах, – шепчет он. – Если не сделаешь этого, тебя ждет путешествие на вертолете в один конец.
Джордж мысленно огрызается дюжиной способов – и все их проглатывает, не произнеся вслух.
Будда не лезет в багажник «мазды», так что Джордж решает поставить статую рядом с собой, на пассажирское сиденье. Заворачивает ее в пиджак, накрепко пристегивает ремнем безопасности и направляется в Яманаси.
Он едет всего полчаса, когда разражается звонком его мобильный телефон. Голос женский, жесткий.
– Нисио-сан? Вы меня помните? Я Чен-ли, которая ненавидит шлюху по имени Ангел.
Джордж вспоминает: стриженая девушка в китайском ресторане Вана. Ее информация помогла ему найти Мори.
– Вы хотели бы найти эту Ангел?
Мышцы шеи Джорджа напрягаются и твердеют.
– Конечно, хотел бы! – рычит Джордж.
Одна мысль об этой женщине дико бесит Джорджа. Она нанесла ему столько же ущерба, сколько Мори. Из-за этих обоих завис пятидесятимиллиардный проект!
– Я говорила, что она живет с доктором где-то в Иокогаме. Я выяснила имя и адрес этого доктора.
Левая нога Джорджа давит педаль тормоза. Будда дергается вперед, его удерживает ремень безопасности. Пиджак Джорджа слетает с его пятнистого от старости лица.
– Давай адрес! – рявкает Джордж.
– Только надо побыстрее. Завтра она навсегда улетает из страны.
– Давай адрес сейчас же!
«Мазда» тормозит и останавливается на средней полосе шоссе. Машины сзади бибикают и сворачивают. Джордж игнорирует их, роется в бардачке, ищет ручку. Наконец находит и записывает имя и адрес доктора на обороте банкноты в тысячу иен.