Самозванец
Шрифт:
Решив сначала разобраться с решеткой, он поднатужился и, упираясь ногами в один из выступов, попытался отогнуть центральные прутья так, чтобы можно было протиснуться в получившееся отверстие. К его разочарованию, ничего не получилось. Ржавая решетка все еще сохраняла достаточную прочность.
Новоявленный вор воспринял это философски, ему не всегда должно было везти. Поэтому, не предаваясь бесцельному огорчению, он решил изучить странную ти. Ничего не оставалось, как послать вперед щуп. Вскоре он обнаружил источник ти.
Михаилу понадобилось некоторое время, чтобы разобраться с предметом. Он представлял из себя двухфункциональный амулет, который заряжался не сам, это должен был делать ишиб. И, видимо, регулярно. Первой функцией амулета выяснилась сразу же: определять, кто попал в поле действия — ишиб, неишиб или, возможно, ишиб, которому разрешено приближаться к амулету. В случае, если ишиб не опознан как «свой», должна была включиться вторая функция, назначение которой было не вполне понятно. Но, скорее всего, она не сулила нарушителю ничего хорошего.
Даже если бы ему удалось как-то преодолеть решетку и попасть внутрь, имело ли смысл это делать? Вдруг этот странный амулет сумеет распознать в нем ишиба? Тогда его жизнь не будет стоить и ломаного гроша.
Так и не приняв никакого решения, Михаил начал спускаться. Спуск ожидаемо занял больше времени, чем подъем. Последние месяцы научили его брать за основу планирования пессимистичные оценки.
Спустившись, он побрел в тень дерева, где находились его друзья.
— Ну как? — нетерпеливо спросил Маэт. — Можно туда забраться?
— Можно. Но мешают две вещи: ржавая решетка и странный амулет. От амулета не знаю, чего ожидать.
— Решетку можно перепилить, — все еще с энтузиазмом произнес Маэт.
— Будет слышен скрежет пилы, — спокойно заметил Торк. — Стража его услышит.
Михаил кивнул.
— Решетка — это не главное, даже шум от пилы — не главное. Главное — этот амулет.
— Тогда не рискуй, — сказал Торк, — зачем этот риск нужен?
Принц улыбнулся:
— Не ожидал услышать такое от наемника. Вы же рискуете именно за деньги.
— Но мы же не принцы, а обычные люди.
— Если обычные люди рискуют просто за деньги, то принцы могут рисковать за большие деньги, — еще шире улыбнулся Михаил.
В самом деле, был ли у него выбор? Многие могут сказать, что выбор есть всегда. Брать или не брать, делать или не делать, бежать или стоять на месте. На самом деле это не всегда так. Возможно, на каком-то этапе своей жизни человек действительно совершает выбор. Но затем этот выбор уже не оставляет ему никаких шансов, если человек хочет быть последовательным. Например, кто-то решает стать хорошим танцором. Следствием этого выбора становится необходимость в ежедневных тренировках. Человек, конечно, может выбирать: тренироваться ли ему каждый день или нет, но это ни к чему хорошему не приведет. Его первоначальный выбор уже сделан, дальше выбирать нет смысла, нужно тренироваться каждый день.
Вот и Михаил имел неосторожность объявить себя принцем.
— Можно ли сейчас достать пилу или придется отложить попытку забрать у Бинторов деньги?
— Пилу я найду, — ответил Торк. — Нужно только сходить в ремесленные кварталы.
— А с шумом что будем делать? — поинтересовался Маэт.
— Шум тоже не проблема, — очевидно, наемник продумал и этот вопрос. — Заглянем в один из трактиров, наймем кое-кого для громкой потасовки перед башней. Если Ксант будет работать быстро, то как раз успеет перепилить решетку к тому времени, когда стража разгонит сброд. Но, может быть, нужно отложить это до завтра? Будет больше времени для подготовки.
— Здесь нет особенной подготовки, — возразил Михаил. — Нужна пила, большая сумка, телега и кричащая толпа. Если удастся найти это в ближайшие час-два, то откладывать ничего не будем.
Самозванный принц очень хотел сделать все сегодня, потому что не был уверен, что завтра сохранит кураж. Тот амулет откровенно пугал его.
Он ясно сознавал, что у него было преимущество перед обычными ворами и перед ишибами. Невидимость, возможно вообще неизвестная в мире Горр, позволяла ему незаметно преодолеть открытое пространство, а идеально и механически однородно скрытый аб давал шансы на то, что амулет башни не воспримет его как ишиба. Глупо было бы не воспользоваться такой возможностью.
Через полтора часа все было готово. Торк показал потрясающее знание окрестностей и сомнительных личностей. Под сенью деревьев в одном из переулков покоилась телега, в руках Михаила была пила, а на плече висела сумка. Когда он начал подниматься по башне, то слышал приближавшийся гомон толпы. Это заставило его торопиться.
Странная компания из десяти-двенадцати человек достигла площади, когда принц уже был рядом с решеткой. Он отчетливо слышал сначала крики, потом звуки ударов, а потом лязг железа. Как и было запланировано, подгулявшая компания начала драку прямо перед башней.
Пилить без существенной опоры под ногами было исключительно трудно и неудобно. Михаил одной рукой держался за решетку, а другой — орудовал инструментом. Он очень торопился.
Стража Бинторов, видимо, имела специальные инструкции на счет подобных происшествий. Не успела драка как следует начаться, а оба ближайших стражника уже подняли тревогу. Самозванному принцу нужно было успеть перепилить решетку до того, как прибудет усиленная стража, пила быстрее замелькала в его руке. Скрежет ее зубьев о металл прутьев был полностью заглушен криками толпы и звоном оружия. Вот лопнула один штырь, потом другой, потом третий. Он был уже готов праздновать победу над ржавой железякой, как вдруг стало ясно, что радоваться преждевременно.