Чтение онлайн

Селена засмеялась. В наушниках Денисона ее смех звучал металлически. В скафандре она выглядела непривычно толстой и неуклюжей. Она сказала:

– Ну, не робейте, Бен! Бояться совершенно нечего. Да еще такому старожилу! Ведь вы здесь уже месяц.

– Двадцать восемь дней, – пробурчал Денисон. У него было ощущение, что скафандр его душит.

– Нет, месяц! – стояла на своем Селена. – Когда вы приехали, Земля была совсем на ущербе. Как и сейчас, – она указала на узкий серп Земли, ослепительно сверкавший в южной части небосвода.

– Погодите

немножко. Тут ведь я не такой храбрый, как внизу. Что если я упаду?

– И пусть. Сила тяжести по вашим меркам мала, уклон невелик, а скафандр у вас крепкий. Если вы упадете, то спокойно скользите и катитесь. Так даже интересней.

Денисон неуверенно огляделся. В холодном сиянии Земли черно-белый лунный пейзаж был удивительно красивым и совсем не таким, как при солнечном свете – за неделю до этого Денисон ездил осматривать солнечные аккумуляторы, которые простирались в Море Дождей от горизонта до горизонта. Теперь белизна была серебристой и нежной, и даже чернота словно смягчилась и обретала полутона из-за отсутствия резких контрастов лунного дня. Звезды сияли непривычно ярко, а Земля… Земля с ее белыми спиралями на голубом фоне, кое-где переходящем в коричневый, была прекрасной и манящей.

– Можно, я ухвачусь за вас? – спросил он.

– Конечно. На самый верх я вас не поведу. Вы испробуете свои силы на скате для начинающих. Постарайтесь идти со мной в ногу. Я не буду торопиться.

Он как мог приспосабливался к ее широкому пружинистому шагу. Склон, по которому они поднимались, был покрыт пылью. Денисон следил, как она взметывается из-под его подошв и тут же оседает в безвоздушной пустоте. Ему с большим трудом удавалось идти в ногу с Селеной.

– Прекрасно, – сказала она, крепко держа его под руку. – Для земляшки просто отлично… то есть для гранта, хотела я сказать.

– Спасибо.

– И получилось скверно. «Грант» вместо «иммигрант» ничем не лучше «землянина». В таком случае скажем – для человека вашего возраста вы идете отлично.

– Ну нет! Это еще хуже! – Денисон еле переводил дух, чувствуя, что его лоб становится все более влажным.

– Перед тем как опустить стопу, старайтесь немного оттолкнуться другой ногой, – сказала Селена. – Это удлиняет шаг и снимает нагрузку. Нет, нет, не так… Вот посмотрите!

Денисон с облегчением остановился. Селена, которая в движении, несмотря на скафандр, снова показалась ему тонкой и изящной, ушла вперед, по-особому подскакивая. Прыжки были стелющимися и длинными. Потом она вернулась и опустилась на колени рядом с ним.

– Шагните, Бен, только не торопясь, а я стукну вас по ноге, когда надо будет оттолкнуться.

После нескольких неудачных попыток Денисон сказал:

– Нет, это куда трудней, чем бегать на Земле! Можно я отдохну?

– Отдыхайте. Просто вы еще не умеете координировать работу мышц и боретесь сам с собой, а вовсе не с непривычной силой тяжести… Ну хорошо. Садитесь и переведите дух. Но вообще идти нам недалеко.

– А если я лягу на спину, я не раздавлю баллоны? – спросил Денисон.

– Конечно, нет. Но ложиться тем не менее не стоит. Особенно прямо на голый камень. Температура поверхности всего

лишь сто двадцать по Кельвину или, если вам так больше нравится, сто пятьдесят градусов ниже нуля, а потому чем меньше площадь соприкосновения с почвой, тем лучше. На вашем месте я бы села.

– Ну хорошо, – Денисон, покряхтывая, осторожно сел лицом к северу, так, чтобы не видеть Землю. – Взгляните-ка на звезды!

Селена села напротив него. Она чуть повернула голову, и в свете Земли он смутно различил за стеклом скафандра ее лицо.

– Но ведь звезды видны и с Земли, – сказала она удивленно.

– Не так, как здесь. Даже в безоблачную погоду воздух поглощает часть их света. От различий температуры в разных слоях атмосферы они мерцают, а в электрическом зареве над городами и вовсе теряются.

– М-да!

– А вам тут нравится, Селена? На поверхности?

– Нельзя сказать, чтобы очень, но иногда бывает даже приятно. Ну конечно, я как гид постоянно сопровождаю сюда туристов.

– А на этот раз меня?

– Когда, наконец, вы поймете, Бен, что это совсем не одно и то же? Для туристов существует один-единственный маршрут, очень легкий и неинтересный. Не думаете ли вы, что мы приводим туристов на скат? Это спорт для лунян и грантов. И в основном для грантов.

– По-видимому, он все же не слишком популярен. Тут нет никого, кроме нас.

– Это ничего не значит. Посмотрели бы вы, что здесь делается в дни состязаний! Но вам тогда поверхность понравилась бы, наверное, куда меньше.

– Не скажу, чтобы она так уж нравилась мне сейчас. Значит, скольжение – это в основном иммигрантский вид спорта?

– Пожалуй. Луняне, как правило, не слишком любят поверхность.

– А доктор Невилл?

Вас интересует, как он относится к поверхности?

– Да.

– Честно говоря, не думаю, чтобы он хоть раз поднимался сюда. Завзятый горожанин. А почему это вас заинтересовало?

– Когда я сказал, что хочу осмотреть солнечные аккумуляторы, он как будто не имел ничего против, но сам отправиться со мной не пожелал, Я прямо его об этом попросил, чтобы было кому задавать вопросы, а он отказался, причем в довольно резкой форме.

– Надеюсь, вы нашли кому задавать вопросы?

– О да. И, кстати, он тоже был иммигрантом… Возможно, отношение доктора Невилла к Электронному Насосу объясняется как раз этим.

– О чем вы говорите?

– Ну… – Денисон откинулся и поочередно взбросил ноги, с ленивым удовольствием следя за тем, как они медленно поднимаются и опускаются. – А ведь приятно! Послушайте, Селена… Я имел в виду вот что: Невилл почему-то жаждет установить на Луне Электронный Насос, хотя вам вполне достаточно солнечных аккумуляторов. На Земле мы ими воспользоваться не можем, потому что там для солнечного света слишком много помех и Солнце не может служить таким же постоянным и надежным источником энергии во всех диапазонах волн, как здесь. В Солнечной системе вообще нет небесного тела, более подходящего для использования солнечных аккумуляторов, чем Луна. Даже Меркурий уступает ей, потому что там слишком жарко. Но солнечные аккумуляторы привязывают вас к поверхности, а раз вы ее не любите…