Чтение онлайн

Полицейские забавляются, как только могут. У них имеются шашки, и они разыгрывают длиннейшие партии. Вместо потерявшихся шашек у них пробки от кока-колы. Проигрывать они совершенно не умеют, и после кажой партии проигравший вытаскивает заключенного из камеры, чтобы избить его с целью разрядить свою злость.

Нет, они совершенно не похожи на насю

В конце концов, нам сообщают, что сегодня утром мы встретимся

с мадам комиссаром. Для нас это означает конец наших бедствий. Мы сможем объяснить наше дело. Если даже какие-то проблемы и будут, то нам удастся поморочить голову этой самке. Ведь не остнется же она равнодушной к нашим мужским достоинствам.

Фурия, впустившая нас в свой кабинет, тут же лишает нас всяческих иллюзий. Это негритянка лет около тридцати пяти. Тело у нее даже ничего. Вот лицо оценить сложно, потому что оно искажено гримасой гнева.

Джеки и я переглядываемся друг с другом. Мы оба освежились, более-менее почиститлись. Но с этой дурой у нас нет ни малейшего шанса, ведь пизды-то у нее нет. Делаю Джеки знак, как будто орезаю себе указательный палец. Тот понял и кивает.

– Что это еще за жест?

– Ничего, мадам, не обращайте внимания. Мы вас внимательно слушаем.

И она продолжает говорить. Следствие началось с грузовика, припаркованного в Бамако. Потом она доходит до Интерпола, по дороге вспоминая о значительном списке самых различных преступлений. Эта длительная литания бекссмысленной лжи подтверждает то, чего я давно уже опасался. В тюрьму мы попали по причине моих врагов, которые подкупили комиссара либо принадлежат к членам ее семьи. Мы вежливо выслушиваем до конца и возвращаемся к себе в комнату, чтобы тут же начать действовать.

Мы пообещали кучу денег одному из инспекторов за то, что он передаст письма. В Бамако я знаю парочку бывших министров и бывшего представителя страны в ООН. Джеки пишет французскому консулу и Шотару.

Никто из моих "приятелей" не отвечает, и мои опасения подтверждаются. Меня поставили под прицелом, и Мали уже перестала быть дружественной страной, которой была до сих пор. Джеки за то получил ответ от консула; вскоре он даже приходит проведать нас в комиссариате.

Это старый дипломат, еще времен Колониальной Службы, алкоголик, милый, но мало в чем полезный нам сумасшедший. Он соглашается с нами относительно юридической ценности обвинений,

выдвинутых со стороны комиссара. Ему достаточно сказать пару слов, и мы могли бы выйти на свободу. Но нам приходится ждать еще три дня, пока толстяк решился постучать в нужные двери, чтобы войти в них и убедить кого нужно. И наконец, в сопровождении консула, мы эту дыру покидаем.

***

Возвратившись в Сегу, мы подбиваем бабки с охваченным паникой Шотаром. Я прекрасно понимаю, что перегнул палку. Наши последние несчастья - это звоночек. В Мали мы оставаться уже не можем. Время кончать с этим приключением, я вытянул из него все, что только было можно. Слишком велика опасность для нас. Если после многих лет приключений я до сих пор жив и нахожусь на свободе, то это потому, что всегда знал, когда следует отойти в сторону.

Самым простым решением было бы выехать в Вагадугу и ожидать там Шотара. Этот последний должен будет собрать бабки, принадлежащие нам в рамках выплаты кредита. Джеки со мной не соглашается.

– Африка мне осточертела.

Ему не нужно много времени, чтобы меня убедить. Да, я сражался, как обычно устраивал бардак, по-своему помогал олюдям, попробовал все здешние удовольствия. И теперь я уже пересытился.

Джеки вытаскивает географический атлас и, закрыв глаза, тыкает пальцем в карту мира.

– Центральная Америка.

Мы забираем всю наличность, приказав Шотару ждать здесь остальных денег, чтобы присоединиться к нам позднее. А потом мы смываемся, чтобы устраивать бардак в каком-нибудь другом месте.

Никакой гонки по пустыне не будет. Мне жалко лишь Радижах.

Мы с Джеки еще много лет были вместе.

Капоне и Джос направились своим курсом.

Альбана слишком увлекался спиртным, и, в конце концов, от него же и умер.

Расизм Индейца оказался пророческим: возвратившись домой, он застал жену с каким-то африканцем.

Шотар удрал со всеми деньгами. Шакал!

Мне рассказывали про идальго, умершего от передозировки героина, который мотался по Азии и дудел в старую трубу.

1 - Не двигаться, это наше дело (англ.)

2 "Четыреста ударов" - название фильма Франсуа Трюффо о судьбе репатриантов из Алжира, вернувшихся во Францию после волнений в Алжире прим. перев.