Чтение онлайн

— Я не помню ничего. Даже лица, — тут врать не приходилось. — Последствия комы.

— Да, мы в курсе, попытка самоубийства. Тоже, кстати, довольно загадочная.

Раздражение стало брать верх:

— Детектив, вы в психушке. Здесь содержат и лечать психбольных, убийц, маньяков. Всё, что происходит в этих стенах никогда никого не волновало, так как всё начинается с корня псих. И теперь, вы пришли тут и решили искать правду и концы во всём этом дерьме?! Эмма — жертва, я — психопатка, а вы — несчастный детектив, который не в состоянии

понять, что просто тут не бывает объяснений и доказательств. Я убила её, все улики против меня, я не в своём уме и не отрицаю своих грехов. А теперь просто прошу вас убраться отсюда. Подобные вам типы вызывают во мне неадекватные и неудержимые эмоции.

— Джилл…

— Пошёл на хрен, козёл! — взвизгнула не своим голосом. Господи, пожалуйста, дай ему мозгов понять и скорей убраться! — Проваливай!

Для большей убедительности, упала на матрас и начала биться об него головой. Что было с детективом дальше, не видела, но услышала крики санитаров.

— Выйдите отсюда! У неё припадок…. Да вот эта… Придержи её… Надо вену найти….

Нет, только не успокоительное!

— Нет, нет, нет, — закричала я. — Не хочу, не надо, — пнула в ногу одного из них и умудрилась даже укусить за запястье. — Отвали, сволочь!

— Ах ты, сука! — заорал пострадавший. — Да держи ты её! Бешеная!

Меня блокировали.

— Коли куда получится. Похуй! — слышала голос второго.

Нет! Игла вонзилась мне в плечо. Поршень вогнал лекарство, и меня бросили на матрас.

— Готово.

— Укусила меня, падла! — сердито констатировал один из них.

Сознание поплыло и картинка исчезла.

Очнулась я в тишине. Сколько так провалялась — неизвестно. Попыталась сесть на лежаке. Ноет поясница, видимо, этот медицинский жлоб, неаккуратно перехватил сзади. Голова ныла, с дозой тоже слегка перестарались.

Чёрт! Что теперь? Встала с матраса, дошла до стены и уткнулась в неё лбом. Замерла. Оказалось на добрых пару часов. Просто ушла в себя. Отстранилась. Попала в мир своих иллюзий. В чувство привела открывающаяся дверь.

— Джилл? — голос знаком до жути, повернула голову.

Милые сердцу черты лица. Я тебя знаю! Это же ты!

— Кастер? — вылетело сразу и поняв, что не ошиблась, уже просто разрыдалась и осела на пол. — Кастер? — вылетело сразу и поняв, что не ошиблась, уже просто разрыдалась и осела на пол.

КАСТЕР

Когда она заплакала, все мои подозрения и догадки о её причастности к убийству Робертс тут же улетучились. Просто упал на колени возле неё и нежно обнял. Поток слёз был бурным, но кратковременным, словно летний дождь. Девушка затихла и я попробовал приподнять её с пола.

— Нас никто не слышит. Давай-ка, сядь на матрас. Вставай, — пленённое смирительной рубашкой тело Джилл опёрлось на меня. Поднял, усадил, достал платок. —

Позволь, — протянул руки к её лицу. Еле заметно кивнула.

Утёр синяки под глазами от размытой туши и теней, которые всё ещё зияли на лице яркой маской. Девушку явно тщательно загримеровали, чтобы скрыть следы побоев. Цвет теней напомнил о манере макияжа доктора Робертс.

— У Эммы косметика, наверное, суперводостойкая, плоховато отмывается, — придал фразе, как можно больше непринуждености, ожидая её реакции. Она вздрогнула и отстранилась. — Джилл, Эмму убили за то, что она помогла тебе бежать?

Закусила губу, мотает головой.

— Он заметит, — она посмотрела на стены.

— Я отключил динамики, не бойся, надёжно, но времени немного. Ты же понимаешь, что я пришёл за ответами? То, что ты рассказала детективу Миллеру — вранье. Зачем ты укрыла информацию, вдруг это наш шанс…

— Кас, в ночь побега я была уверена, что смогу, что это мой шанс, но он опередил меня. Пока я под его властью, все мои попытки равняются нулю. Он не отпустит. И погубит других. Тебя.

— Джилл, тебе грозит отделение для буйных, понимаешь?

— Это не самое страшное, — качнула головой.

Я умолк и смерил её оценивающим взглядом. Она решила вступить с ним в бой? Лицом к лицу, один на один?! Потому и взяла вину на себя. Мать твою! Чёртова героиня! А если она так же в курсе кто её садист? И мне не говорила тогда, чтобы глупо уберечь. Хотя и сейчас не скажет, амнезия — её оправдание. Внутри начал закипать протест вперемешку с паникой.

— Опиши его, — уж против этого не попрёшь. — И не ври мне. Ты вменяема лучше всех нас!

— Нет, Кас, — решительный отказ. Опять это гребанное упрямство. — Он — мой…

— Да, еб твою мать! — взорвалось. Схватил её за лицо, перепугав. Предостергающе упёрлась в меня ногами. — Посмотри на себя! Где ты? Кто ты? Твоё тело изуродованно вдоль и поперёк! Эта мразь бьёт, насилует, унижает тебя! Ты пережила кому! Тебя обвиняют в убийстве! И? Да какого хрена, Джилл? Прикрывая его, ты только больше развязываешь ему руки! В одиночку ты с ним не справишься?

Выпалив всё, въехал в происходящую между нами ситуацию. Она вся тряслась, в глазах неимоверной страх. Мои руки обхватывали её лицо и пытались впритык приблизить к моему. Ещё секунда и понял, что она тщетно пытается оттолкнуть меня ногами. Отскочил, отпуская.

— Прости… Прости, — теперь боялся смотреть на неё. Джилл же вбилась в угол своего лежака и взирала затравленным зверьком. — Я не хотел. И не могу так. Хочешь ты этого или нет, но мы уже в одной упряжке. Ты тянешь меня за собой. Все мои мысли только о тебе. Сначала жалел, хотел поддержать, но теперь просто обязан… Не знаю почему, но обязан что-то сделать, вытащить из его лап. Я прошу тебя помочь мне, себе. Прекрати укрывать это ничтожество, не бойся помощи…

Глянул на неё, та же поза, но уже без страха, а меня несло в омут с головой: