С вечера до полудня
Шрифт:
— Прошу вас, садитесь. Я займусь вами через минутку.
Входная дверь отворилась, и где-то в глубине помещения звякнул колокольчик. По спине Габриелы пробежал холодок. Даже не оборачиваясь, она знала, что это Гордон — точно по расписанию.
Кэтрин глянула на дверь, и в ее глазах вспыхнули огоньки заинтересованности.
— Привет, — проворковала она.
— Здравствуйте. — Подойдя к столу, Гор дон одарил брюнетку одной из своих сногсшибательных улыбок.
— Будьте любезны, обождите секундочку. — Кэтрин перевела взгляд на Габриелу, и огоньки в ее глазах потухли.
— Простите, у вас есть
— Разумеется. — Кэтрин встала, бросив Гордону на ходу: — Сейчас вернусь.
Тут зазвонил телефон, и она потянулась к трубке.
Подождав, пока она полностью погрузится в беседу, Габриела повернулась к Гордону и торопливо прошептала:
— Отвлекайте ее, а я раздобуду указатель улиц и домов.
— Хорошо, я ею займусь, — заверил он тоже шепотом.
Габриела едва удержалась от язвительной гримасы. Ну еще бы, он ею «займется», знает она эти штучки! Да та просто по уши в него втюрится.
Кэтрин повесила трубку.
— Сюда, — показала она Габриеле и быстро двинулась из комнаты.
Они прошли по коридору мимо двух пустых частных офисов, затем мимо загроможденного приборами помещения. Габриела чуть замедлила шаг. На длинном столе у дальней стены стояла пишущая машинка, рядом возвышалась груда бумаг, а сверху висела полка с книгами. Бегло проглядев названия, Габриела приметила нужный ей указатель.
— Сюда. — Возле дамской комнаты Кэтрин остановилась и подождала ее, а затем заговорщически кивнула в сторону приемной. — Потрясающий парень, правда?
— Н-да, потрясающий. — Габриела подавила вздох.
— Как-то я встречалась с похожим на него. — Кэтрин прикусила нижнюю губу. — Месяца три неземного блаженства, уж поверьте мне. — И она поспешно удалилась с мечтательным видом.
Окончательно растерянная, но зато наверняка позабытая, Габриела метнулась обратно к комнате с пишущей машинкой и схватила указатель. Оглядевшись по сторонам, она молниеносно запихнула его под плащ. Перед мысленным взором у нее пронеслись ужасные картины: вот ее арестовывают, сажают за решетку. Лицо ее приняло виноватое выражение. Воровство было ей совсем не по вкусу. В списке самых ненавистных ей грехов оно шло вторым номером, сразу вслед за нечестностью. Но что поделаешь? Ей срочно требовалась информация. Ничего, успокаивала себя Габриела, когда все кончится, она вернет книгу.
Возвращаясь в приемную, она услышала, как скрипнуло вертящееся сиденье Кэтрин и как та предложила Гордону сесть. Когда Габриела появилась в дверях, он как раз садился, выбрав себе стул рядом со столом секретарши.
Габриела фыркнула себе под нос. Свое обаяние Гордон пускает в ход, даже не задумываясь. Движения у него были плавные, как у кота… а сексуальности, вдруг подумала она, в нем куда больше, чем следовало бы допускать по закону.
Заливистый смех Кэтрин резал ей уши.
Украдкой бросив на Гордона взгляд, она ничуть не удивилась, обнаружив, что он пристально смотрит на Кэтрин. Это-то в нем и раздражает, поняла Габриела, — когда он смотрит на женщину, то уж смотрит только так: стопроцентное внимание, предельная концентрация. Такое внимание от такого мужчины не может не польстить любой женщине. И Кэтрин надо было бы приложить все усилия, чтобы оно не вскружило ей голову, но ей этого все равно не
Габриеле не следовало наблюдать эту сцену. Ведь она уже раздобыла книгу, теперь пора сматывать удочки. Но любопытство пересилило, и она осталась.
Вот Гордон протянул руку, чтобы смахнуть с щеки Кэтрин какую-то совершенно незаметную (а по мнению Габриелы, и вовсе не существующую) пылинку. Секретарша закатила глаза с таким томным выражением лица, что Габриела даже зубами заскрипела от злости.
Внезапно Гордон подмигнул ей. Он знал, что она за ним наблюдает!
Габриела вздернула подбородок, всем своим видом демонстрируя, что ее вовсе не застали врасплох. В конце-то концов, она просто должна была посмотреть его в действии, ведь они как-никак партнеры.
Она сощурилась. Гордон пожал плечами, и уголок его рта пополз вверх в уже знакомой ей полуулыбке. Габриела начинала тихо ненавидеть эту полуулыбку. Гордон ведь прекрасно знает, как она действует на женщин. Да и кого он хочет обмануть этим своим невинным выражением — мол, что такого я сделал?
Габриела попыталась убийственным взглядом показать ему, как она ко всему этому относится. Проклятая полуулыбка переросла в самый настоящий смех. У нее перехватило дыхание, и она поспешно отвернулась. Такой взрывоопасный мужчина может нанести серьезный удар ее чувству собственного достоинства. Обидно, но приходилось признать, что она вовсе не безразлична к его хваленому обаянию, пропади оно пропадом. Но, что еще хуже, Гордон отлично понимал это.
Кэтрин записывала что-то на листке бумаги — должно быть, его телефон или место встречи. Наклонившись к секретарше, Гордон нашептывал ей что-то такое, от чего она начала хихикать, как последняя дурочка. Неужели эта женщина не понимает, к чему он клонит?
Габриела все больше раздражалась. От гортанного смешка Гордона у нее затряслись руки. Но ей-то что за дело до его любезности с Кэтрин? Она, Габриела, сама едва знает его. Знает только, какой он отвратительный лжец. Сначала солгал ей о причинах, по которым он занялся ее делом, а теперь на глазах у нее лжет этой доверчивой девице. Обстоятельства разные, но суть одна.
Ладно, с нее хватит. Не прерывая их тихой беседы, Габриела повернулась к двери, покрепче прижимая к себе книгу под плащом. Она до смерти боялась, что в последний момент указатель выскользнет на пол и ее застукают с поличным. Бросив беглый взгляд в окно, она заметила, что дождь не стихает. И тут же ее охватил озноб. Габриела сразу же принялась гадать: не оттого ли она дрожит, что девочка замерзла?
— Вижу, вы заняты, так что я, пожалуй, вернусь позже. — Она кивнула Кэтрин через плечо.
— Конечно. — Та не удосужилась проводить ее даже взглядом.
Не оглядываясь на Гордона, Габриела открыла дверь. Она знала, что он последует за ней, хотя бы для того, чтобы позлорадствовать на ее счет. А пока что ей надо было обдумать, насколько она может посвящать его в дело и в свои планы. У него есть какие-то личные причины принимать участие в этом расследовании. И пока она их не знает, можно ли рисковать? Можно ли полностью открываться перед ним?
Гордон и Кэтрин засмеялись над чем-то. Звуки их смеха словно полоснули Габриелу ножом по сердцу. Она захлопнула за собой дверь и пулей вылетела под дождь.