С вечера до полудня
Шрифт:
Увидев в холле телефон, она выудила из сумочку монетку и набрала номер.
К ее удивлению, Шелтон тотчас же снял трубку. Обычно он терпеть не мог говорить по телефону. Наверное, решил, что та подружка хочет помириться. Перед глазами снова возник навязчивый образ Гордона, и Габриела раздраженно тряхнула головой.
— Я сердита на тебя, — с места в карьер начала она. — Ты же обещал никому про меня не рассказывать. Зачем ты рассказал Сазерленду?
— Мы уже говорили об этом…
До чего
— А я-то тебе доверяла! Мне давно следовало знать, что не стоит этого делать. И вот что теперь получилось!
— Прости, солнышко. Я понимаю, как тебе трудно. Но, учитывая обстоятельства, я решил…
— Шел, умоляю тебя!..
Она не могла снова слушать это. Не могла вынести новых напоминаний о том, как она провалила дело Тельмы Нильсен. Не могла снова увидеть Тельму мертвой…
Разглядывая узор на ковре, чтобы успокоиться, Габриела старалась взять себя в руки. Дело сделано, и никакие извинения и объяснения тут не помогут.
— Я встретилась с Гордоном. Он предлагает мне помощь в этом деле.
— Видишь ли, — неожиданно заявил Шелтон, — я не уверен, что у нас вообще есть дело. Я тут продолжал рыться в данных, сверялся со всеми окрестными городками. Нигде ни единого случая похищения детей.
Ну вот, теперь и у него появились сомнения! Это ранило ее даже больше, чем то, что он рассказал Гордону о ее даре. И еще больше сердило. Уж кому, как не Шелу, знать, сколько дел она успешно расследовала.
Габриела в сердцах пнула стенку носком туфельки.
— Шел, девочку похитили! Но сейчас вопрос вовсе не в этом. Вопрос в Гордоне.
Шелтон колебался в нерешительности.
— Ну же!.. — настаивала Габриела.
— Позволь ему помочь.
Оказывается, Шелтон не просто сомневался в ней. Он считал, что она окончательно потеряла голову и может плохо кончить. Хотя она понимала, что злиться бесполезно, но гнев против воли все сильнее охватывал ее. Гнев и чувство, что ее предали. Шелтон пытается защитить ее, но ей не нужна защита. Ей нужно, чтобы он верил ей!
— Ты же знаешь, я работаю одна. Так было всегда… — Не хватало еще ему это объяснять, сам бы должен помнить.
— Я знаю еще и то, — перебил Шелтон, — что Сазерленд отличный детектив и умеет сводить все нити воедино. Если дело все-таки есть, то он может оказать тебе существенную помощь.
Но дело-то есть! Габриела досадливо зажмурилась. Год назад она так же считала, что помощь ей не нужна. Это была ее ошибка. А жизнью расплатилась Тельма.
— Так ты ручаешься за него? — спросила она.
Шелтон снова заколебался.
— Да. Ручаюсь. Я двадцать лет патрулировал улицы вместе с его отцом. Рейнер Сазерленд никогда никого не предавал.
— Дать ему шанс? Это он не верит мне! — Габриела снова пнула ногой стенку. А ей так хотелось, чтобы он ей верил!
— Но ведь большинство людей тебе не верит, — резонно возразил Шелтон. — И тебя это никогда не останавливало. Так разве с Сазерлендом другое дело?
Да, Гордон Сазерленд и впрямь совсем другое дело, призналась себе девушка, сама не понимая, почему это так. Хотя в чем-то Шелтон и прав: ничьи сомнения ее никогда не останавливали, хотя и раздражали. Ей хотелось признания и одобрения ничуть не меньше, чем любому нормальному человеку.
Габриела оглядела холл. Там никого не было.
— Так и быть, Шел, — продолжила она, прикрывая трубку. — Я прощу его на первый раз. Но учти, если он окажется паршивым партнером, я его выставлю. Не могу позволить себе отвлекаться от основной задачи.
— Конечно, конечно.
Почему-то ей не понравился тон Шелтона. Что-то в нем явно было не так, но она не могла понять что. Ну ладно, если уж он ручается за Сазерленда, то для начала можно поговорить с этим типом, а там видно будет.
— Ну, пока.
— Держи меня в курсе.
Габриела наморщила лоб.
— Три-двенадцать, — повторила она на всякий случай код, дающий ей доступ к его записывающему устройству для сообщений. Так они всегда держали связь, работая над делом.
— Правильно.
Повесив трубку, Габриела юркнула в дамскую комнату, освежила холодной водой лицо и руки и вышла в зал.
Гордон стоял возле одного из отдельных столиков. Увидев ее, он махнул рукой. До чего же он все-таки высокий и широкоплечий, подумала она. Теперь, когда они стояли рядом, это особенно бросалось в глаза.
— Ну что, Шелтон дал мне зеленый свет?
Что ж, откровенно. Габриеле это понравилось. А вот блеск его глаз ей совсем не понравился. Гордон мог быть чертовски обаятельным, когда хотел, но сейчас, по ее мнению, это было вовсе не к месту.
— Да, он поручился за вас.
— Вот и славно. — Гордон сложил руки на поцарапанной столешнице и улыбнулся подошедшей официантке. Та расплылась в ответной улыбке.
Да, Гордон необычайно привлекателен, подумала, глядя на него, Габриела. Прядка волос выбилась ему на лоб, и ей захотелось дотронуться до нее и отвести ее назад.
— Габриела? — По его тону она поняла, что он уже о чем-то спросил ее.
— Простите? — Она даже слегка разозлилась на себя. Что за дурацкие фантазии? С чего бы ей дотрагиваться до его волос? Он ведь ей даже не нравится. Лицо ее залилось краской. — Вы что-то сказали?