Чтение онлайн

— Это все дела давно минувших дней, — хмыкнул сам себе, а потом продолжил: — Лёха, вернись на грешную землю, насущные проблемы стоят на первом плане.

Предстоит еще с приемным родителем пообщаться. Кузнец любитель заложить за воротник и до меня ему дела нет, если это не касается заказов. Нет, Журин Степан Степанович и сам молотом машет неплохо, доводя до идеала нужную деталь. Но в последнее время на меня, тьфу ты черт, на моего предшественника заказы сваливал. Такой расклад меня не устраивает! Да и надо его поставить в известность, что из общины собираюсь сваливать. Есть мизерный шанс, что приемный родитель, выделит немного денег, не будет

возражать и поможет выправить нужные документы. В моем случае не требуется получать у него согласие на продолжение учебы или работу в городе. Однако, без него с меня не снимут принадлежность к общине.

— Как бы какой-нибудь долг не навесили. С господина Барташова станется, он из воздуха рубль выбьет, — потер я подбородок, отметив, что побриться не помешает.

Однако, сейчас не до щетины. Вдруг сообразил, что без одобрения, а то и прямого приказа от Игоря Викторовича я бы не оказался в сумеречных землях. Алина же с отцом разговаривала перед тем, как моего предшественника отвезли на убой.

— Хорош уже сбиваться и говорить про события, которые касались не меня, но память утверждает, что все происходило со мной! — ругнул сам себя и провел рукой по лбу.

Голова опять начала ныть, похоже, ей сложно справиться с огромным потоком информации, в котором пытаюсь разобраться. Однако, если разобраться, то кроме как стремиться к лучшей жизни другой цели нет. Вот только на пару месяцев предстоит в общине задержаться, выпускные экзамены необходимо сдать. Правда, и тут есть вариант: забрать документы и сделать это в городской школе. Вроде бы правилами это не запрещено, но хлопотно. Перекусив, так ни к чему и не придя, я подумывал спать у костра завалиться. Замерзнуть не должен, а насчет неудобств не переживаю, не в первой. Мои планы нарушили мотоциклисты. Мало того, к моей радости прикатили однокласснички, Александр Горбунов и Гарик Шурпов. С этими парнями, как, впрочем, и с остальными школьниками, дружбу не водил. Отделывался привет-пока!

— Лёха? Воронов? Вот так встреча! Ты чего тут забыл?! — удивленно воскликнул остановившийся возле меня Александр.

— Только не говори, что на нашей яме рыбачить собрался, — мрачно заявил Гарик, встав рядом с другом.

— Парни, привет! — широко улыбнулся я. — Рыба ваша мне даром не нужна, река в вашем распоряжении. А вообще, рад вас видеть.

— Чего это с тобой? Съел чего-то не того или бухнул в одно лицо? — озадаченно произнес Сашка и с шумом втянул воздух.

— Пересмотрел взгляды на жизнь, — развел я руками. — Какой смысл жить букой? Кстати, у вас неплохие байки. Как насчет того, чтобы одолжить мне один, а то тут застрял, а хотелось бы дома переночевать.

Парни между собой переглянулись и не сразу нашлись с ответом.

— Лёх, ты же говорил, что на мотике никогда не поедешь, водить же не умеешь, — произнес шокированный Шурпов.

— Гарик, когда это было-то! — беспечно отмахнулся я. — Конечно, такую технику, как у вас не потяну, но обязательно приобрету себе байк, скорее всего бэушный. Кстати, о птичках, продавать не собирались? — указал рукой на один, а потом на второй мотоцикл.

— С ума сошел, мы же их по весне купили! — возмутился Горбунов.

Ну, положим, купили не они, а их родаки, да еще с какими-то там условиями. Парни сами об этом говорили.

— Так как, дадите байк? — вновь напомнил я о просьбе, догадываясь, что получу отказ.

— Мы тебя утром отвезем, а то разобьешься еще, — ответил Гарик.

— А если на спор? — прищурился я. — Вилли сделаю

и тогда поймете, что с байком управлюсь.

— Прокатишься на заднем колесе? — уставился на меня Сашка. — Ты гонишь!

— Если не получится, то с меня каждому по клинку, с самозатачивающейся руной, — поспешно предложил им.

— Идет, но с условием, что если у тебя получится и байк дадим, то ножи все одно с тебя, — поспешно сказал Гарик.

— А ты неплохо торгуешься, — хмыкнул я. — Базара нет, договорились! Так на каком мотике вам свои умения продемонстрировать?!

Глава 3. ДАВИТЬ НАДО С УМОМ

До дома добрался за какие-то минут пятнадцать. Оторвался от души, но не выжимал из байка Гарика все возможное. Нет у меня уверенности в технике, а это одно из главных, если гоняться есть желание. Правда, я-то в этом плане еще и всегда осторожен был, подумывал и вовсе с комфортом передвигаться по улицам города и трассам. Вот только пробки жутко раздражали. Есть ли они в этом мире? Пока не готов ответить, но дороги тут значительно лучше, даже в такой глубинке. Кстати, мои одноклассники выпали в осадок, когда байк развернул на подножке. Это не такой сложный трюк, но зрелищный, кажется, что мотоцикл на месте разворачивается. Ну, еще на заднем колесе прокатился, после чего парням пришлось сдержать слово и одолжить мне байк. Представляю, как они мне сейчас кости перемывают!

— А вот и дом, — затормозил я перед тем местом, где жил с приемным родителем.

Журина Степана Степановича помню, когда пошел в первый класс, а до этого словно пелена. И ведь мой предшественник об этом не задумывался никогда, воспринимал, как должное. Нет, он спрашивал о своей семье, биологических родителях. В ответ получал невнятные рассказы, что он является дальней родней кузнеца. Мать и отец разбились на машине, а больше у парня никого нет. Мало того, Степан Степанович пару раз обмолвился, что он свою троюродную сестру почти не видел, мальца забрал из больницы, когда тот восстанавливался после полученных травм. Детали же происшествия разнились! То автомобиль упал в реку с моста, то столкнулся с грузовиком, а однажды Журин, будучи выпивши, сказал, что взрыв унес и ни в чем не повинных людей.

— Что же скрыто в прошлом? — криво усмехнулся я, направляясь к одноэтажному дому, в окнах которого горит свет.

Участок небольшой, не слишком ухожен, живности кузнец не держит, если не считать приходящего половить мышей соседского кота. Кузня находится чуть в стороне, в конце участка, у ручья, шириной около трех метров. Небольшая рыбка там водится, будучи ребенком любил с удочкой посидеть и окуньков потаскать.

— Что празднуем? — войдя на кухню, спросил я кузнеца.

На столе нехитрая закуска, бутылка водки и два стакана, на одном из которых лежит ломоть хлеба.

Степан Степанович на меня уставился округлив глаза, перекрестился, схватился за бороду и головой помотал.

— Лёша, ты жив? Или мне мерещишься? — сглотнув, хрипло поинтересовался приемный отец.

— А, так ты поминки по мою душу устроил, — усмехнулся я. — Что же ты так поспешил-то, даже тело не видел.

— О чем это ты?! — рыкнул Степан Степанович и встал. — Все следовало тебя пороть в детстве, а то о почтительности и уважении забыл. Ничё, это никогда не поздно!

Он на две головы ниже меня, кряжистый, в глазах ярость, а еще минуту назад взгляд был виноватый.