Рулетка судьбы
Шрифт:
Александр крепко, до боли, сжал груди любовницы, ускорил темп. Скорей бы закончить процедуру, добраться до финиша и отдохнуть. Впереди — тяжелый день. Возможно — и ночь.
Любка уже не стонала и не шипела — визжала в полный голос…
Глава 18
Когда Собков вынырнул из тяжелого сна, Костомаровой рядом уже не было. Она вошла в спальню одетая и накрашенная, но искусно наложенный макияж не мог скрыть серого налета усталости. Еще бы! Женщина постаралась компенсировать предстоящую разлуку и еще прихватить кое-что про запас. Удивительно,
— Доброе утро, бычек, — прошептала она. — Отдыхай, завтракай. Я открываю новую торговую точку, поэтому вынуждена так рано покинуть могучего наездника. Постараюсь не задерживаться. Вернусь — продолжим.
Провела мягкой ладошкой по обнаженной мужской груди, чмокнула воздух возле губ любовника, обещающе похихикала и ушла.
Остались всего одни сутки, с облегчением подумал киллер. Как-нибудь выдержу, не рассыплюсь. Удастся ликвидировать депутата — рвану из России с такой скоростью — ни одна ракета не догонит. Тем более, Костомарова. Сыт по самое горло! Купание в море, ежедневная пробежка, безмятежные сны под аккомпанимент прибоя, посещение приморского кабачка, который славится винным погребом, — самый настоящий балдеж. И от этого блаженства его отделяет вонючий ворюга, волей случая вознесенный на самую вершину власти.
Мечты спугнул телефонный аппарат.
— Слушаю.
— Доброе утро, Сереженька! — зазвенел в трубке высокий женский голос. Незначительная хрипота от курения не портила его. — Ваша стервочка… простите, моя сестричка, уже слиняла?
Алиса! А этой телке что от него нужно? Вопрос о Любке — прицельный. За ним, можно не сомневатья, последует конкретное предложение. Слава Богу, до его исчезновения осталось двадцать три часа, в противном случае сексуальные сестрички загнали бы его в могилу, высосали до самого донышка.
— Доброе утро, Алисочка! Люба только-что ушла — какую-то новую точку открывает. А вы уже на ногах? Что-то рано муженек выпустил вас из об"ятий.
— Он сейчас обнимается с журналистами, — снова рассмеялась женщина. — Общаться с бабами мой супруг уже не способен… Впрочем, разговор не об этом. Нам нужно встретиться, есть интересная идея, которую нужно обсудить.
— К сожалению, не могу. Болею, — притворно захрипел Александр. С
ужасом представив себе предлагаемый разговор. После ночной выездки он
остался без сил. — Кашляю, чихаю, горло болит, в глаза будто песок
насыпан, — старательно перечислил он известные понаслышке симптомы
гриппозного заболевания. — Выздоровею — с удовольствием…
— И эта стервочка оставила больного мужичка? Ну, я ей покажу!… Все, лечу лечить вас! Готовьтесь!
В трубке — частые гудки. Собков спрыгнул с кровати, натянул брюки, взял рубашку и… замер. Бежать нельзя — у Алисы могут возникнуть подозрения. Ведь не один мужик не откажется от предлагаемого сеанса секса. А «Поронин» фактически отказывается. Почему? И потом — нельзя забывать, что ее супруг — дружок и коллега Пушкарева, такой же, как и он, депутат.
Снова раздевшись, киллер обреченно растянулся под прохладной простыней. Будто связанный ягненок на жертвеннике. Не хватает жреца с ножом, но он, вернее, она, вот-вот появится.
Рассказова ворвалась в спальню без
— Температура нормальная, сердце немного частит, но это об"яснимо. Рядом стоит симпатичная, молодая женщина… Успокойтесь, больной, ничего вам не грозит. Во всяком случае, сейчас. Когда Любка пообещала возвратиться?
— С минуты на минуту, — схитрил «больной».
Разочаровано поморщившись, Алиса устроилась в кресле. Аккуратно расправила подол обтягивающей бедра юбчонки, выразительно провела ладошками по ногам — от коленей и выше. Так же вызывающе огладила выпирающие груди. Будто продемонстрировала красоту и доступность.
— Жаль. Ревнивая баба может помешать нашей беседе.
Если бы не бессоная ночь в обществе Любки, завалил бы он сейчас депутатшу и доказал приоритет молодого здорового мужчины над хлипким политиком.
— Почему помешает? Любовь Нестеровна охотно примет участие…
— Я предлагала ей устроить трио — отказалась чистоплюйка. Ничего, все равно согласится. О чем я? Ах, да, вчера вечером в кафе пообщалась с Семкой…
— Кто такой этот Семка? — невежливо перебил Собков. — Любовник?
— Семка — любовник? — засмеялась женщина. — Да он собственную жену раз в полгода обслуживает. Меня с Пушкаревым связывают чисто дружеские отношения. Так вот, вчера он пригласил нас с мужем на увеселительную прогулку. Похвастался: вместе с ним поедет новый соратник, господин Поронин… Вы действительно едете, Сереженька?
— Да, еду. Только не на увеселительную прогулку — для участии во встрече с избирателями…
Алиса снова засмеялась. Будто услышала новый анекдот. Здорово это у нее получается: говорит звонким голосом, смеется гортанным. Закидывает назад голову с пышной прической, будто курица, пьющая воду.
— Вы, Сереженька, удивительно наивный человек. Не по возрасту и профессии торгаша… простите, бизнесмена. Как правило, депутаты совмещают деловые поездки с отдыхом на лоне природы. Подальше от зорких глаз журналистов и жен. Скука необыкновенная! Соберутся старички, примут по три-четыре рюмки и начинают тянуть древнюю песенку про курочку-рябу, которая обязательно снесет им золотое яичко. Поэтому я очень рада вашему участию в этом мероприятии. Окосеют политики — мы с вами смоемся и займемся… более приятными делами. Благо, будет отсутствовать ревнивая сеструха.
Судя по мерцающим в глазах огонькам и нервно искривленным губкам, киллеру предстоят очередные сексуальные подвиги.
— Придется огорчить вас: я еду вместе с женой.
— С сеструхой? Тоже неплохо: устроим групповщину по формуле 2 — 1… Господи, вволю повеселимся!
— Следующее огорчение: не с Любовью Нестеровной.
— Интересно… Впрочем, это ваши проблемы. Секс в чем-то похож на алкоголь: каждый знает свою норму. И все же, я от вас не отстану!
— А как же молодой муж?
— В смысле молодости Рассказова — явное преувеличение. И потом — не жевать же все время зачерствевший хлеб, изредка не мешает побаловаться сдобной булочкой, — замаслившийся взгляд женщины прошелся по мускулистой груди Собкова. — Разве вы не согласны?