Руины
Шрифт:
Кара вскочила на ноги. Её ногти превращались в когти, на щеках и бровях появлялась чешуя, лунно-белые локоны укорачивались. Рэрун встал между ней и эльфом.
— Не делай это! — сказал он. — Тэган твой друг. Мы оба твои друзья.
Она присела, и с колотившимся от страха сердцем Тэган ждал, что она, растягиваясь и растекаясь, закончит принимать форму дракона. Но просьба Рэруна, наконец, была услышана, поскольку она стала распрямляться. Когти убрались, и чешуйки исчезли.
— Вы ранены? — спросила
Тэган поднялся и отряхнул крылья, зашуршав перьями.
— Кажется, нет.
— Мне так жаль!
— Всё в порядке.
Она так яростно на него посмотрела, что он задался вопросом, не нападет ли она снова.
— Как ты можешь так говорить? Конечно же, не все в порядке!
— Это зависит от того, — сказал Рэрун, — как долго ты сможешь сдерживать в себе безумие.
— Это не может длиться долго.
— Это может длиться достаточно долго, — сказал Тэган. — И произойти в любой момент. Мы просто должны быть готовы.
— Получается, мы должны просто ждать, — сказала Кара, — когда что-то — мы даже не знаем, что — изменит наше положение в лучшую сторону? Ждете, пока мой разум окончательно разрушится и я убью вас обоих? Нет. С меня хватит.
Тэган выгнул бровь.
— Я, конечно, понимают ваше недовольство подобной пассивной стратегией, но… Я просто не вижу другой альтернативы.
— Я буду сражаться с драконами Тартара, — сказала она.
— То есть, одна против шести? — произнес Рэрин.
Она кивнула:
— Если я убью их, Бримстоун сможет привести наших союзников. Не будет важно, на сколько ловушек-лабиринтов он наткнулся на пути через горы, или сколько времени потребуется ему, чтобы найти выход отсюда, поскольку ему не будут мешать враги.
— Но ты не сможешь победить их, — сказал Рэрун.
— Я хорошо сражалась в монастыре, не так ли? Я помогла убить Малазан.
— Я знаю, — ответил дварф, — я был там, и, поверьте мне, никто не уважает твое мастерство больше, чем я. Но ты не победила в одиночку и не сможешь сама убить шестерых драконов. Мы вчетвером не смогли сделать этого.
— Если ты прав, — сказала она, — и я потерплю неудачу, то остальным будет безопаснее, поскольку я не смогу вам повредить.
— Миледи, — произнес Тэган, — вы понимаете, что ваш разум смущен. Так поверьте нам, когда мы говорим, что этот план олицетворяет всё то, чего вы боитесь.
Она улыбнулась неприятной улыбкой, более похожей на ухмылки Бримстоуна, чем на любое выражение, которое он до этого видел на её прекрасном лице.
— Если мои слова кажутся безумством, то это только подтверждает мою точку зрения.
— Певица, — сказал Рэрун, — год назад ты наняла меня в качестве телохранителя. Я все еще являюсь им, даже если работа стала более сложной. Я не могу позволить тебе покинуть эту пещеру из-за… всяких
Кара посмотрела в глаза дварфа, затем вздохнула и тряхнула головой:
— Мне вновь очень стыдно. Наше положение достаточно трудное и без…
Она сделала незаметный шаг назад.
Тэган понял, что она увеличивает расстояние между ними, чтобы они не смогли ничего сделать с ней, когда она будет произносить заклинание.
— Хватай ее! — закричал он. — Выруби её!
Он взмахнул крыльями и прыгнул к ней. Рэрун последовал за ним. Она метнулась назад и запела начальные слова чар.
Тэган ударил её кулаком в челюсть, но она ушла от удара. Рэрун бросился ей в ноги, обхватил их руками и швырнул её в захвате. Она ударилась об пол, но не настолько сильно, чтобы прекратить пение.
Заключительная нота, подобно раскату грома, тряхнула и пошатнула Тэгана, ударив болью по ушам и отзываясь эхом между гранитными стенами. Мгновение он не мог ничего предпринять и даже думать о чем-то, и, очевидно, то же испытывал Рэрун, поскольку Кара освободилась из его объятий и, подпрыгнув, опрометью бросилась к выходу из пещеры.
Тэган обрел равновесие, развернулся, и бросился вслед за ней. Оглохший от раската грома, он еле услышал, что она затянула другую песню. Воздух превратился в бледный туман, скрывший ее тонкую фигуру. Хуже того, когда Тэган вошел в туман, вслепую хватая его руками, он обнаружил, что это тот обладал некой твердостью — будто стена снега.
Он побарахтался в тумане еще немного, пока Бримстоун не пророкотал своим мягким, свистящим голосом:
— Вы все обезумели, что наделали так много шума?
Тэган повернулся. Если бы не пылавшие темно-красные глаза, покрытый темной чешуей дракон-вампир был почти неразличим в мраке.
— У Кары был приступ, — сказал Рэрун, уже стоявший на ногах и торопливо поднимавший свои топор, колчан, и лук. — Она думает, что должна сражаться с отродьями Тартара в одиночку, и мы не смогли её остановить.
Глаза Бримстоуна вспыхнули ярче, и идущий от него запах гари усилился.
— Так не пойдет, — прошептал он, затем пробормотал слово силы, заставившее туман рассеяться. — Забирайся ко мне на спину, Рэрун Похититель Снега.
Тэган не стал дожидаться дварфа и дракона. Он выбежал из пещеры и стал всматриваться в ночное небо. Все еще напевая и хлопая крыльями, Кара направлялась в долину, но была не так далеко, как он ожидал. Он понял, что ей потребовалось время, чтобы сменить облик перед полетом.
Он взмахнул крыльями и бросился в погоню, попутно сотворив заклинание скорости. Сила обожгла и встряхнула его тело, а крылья Кары, казалось, стали двигаться медленнее. Но она по-прежнему летела быстрее, чем он.
— Кара! — крикнул он. — Стой!