Руины
Шрифт:
— О господи, — простонал Эрик. — Черт возьми.
Он чувствовал, как Матиас надавливает на рану, пытаясь остановить кровь. Эрик открыл глаза и увидел, что немец снял футболку, чтобы вытереть кровь.
— Все в порядке, — сказал Матиас. — Я достал его.
Некоторое время они оба не двигались, стараясь прийти в себя.
Эрик думал, что Стейси придет посмотреть, как он. Но она не пришла. Снаружи плакал Пабло, а девчонок совсем не было слышно, они как будто исчезли.
— Что произошло? — немного отдышавшись, спросил он. — Что там произошло?
Матиас
Эрик попробовал еще раз:
— Почему Стейси стонала?
— Плохо дело.
— Почему?
— Тебе лучше самому это увидеть. Я не могу… — Матиас покачал головой. — Я не могу это описать.
Эрик замолчал, пытаясь понять, о чем говорит Матиас.
— Это связано с Пабло? — спросил он.
Матиас кивнул в ответ.
— Ну с ним хотя бы все в порядке?
Немец покачал головой.
— Что с ним?
Он махнул рукой, показывая, что не хочет говорить.
Эрик не успокоился:
— Расскажи, Матиас, ну же!
Матиас встал. В руке он держал футболку, которая была вся в крови. Матиас протянул руку Эрику.
— Ты можешь идти?
Эрик попробовал подняться. Рана все еще кровоточила, и ему было больно опираться на ногу. Эрик чуть было не упал. Матиас подхватил его под руку, и они медленно пошли к выходу.
Поднявшись на холм, Джеф увидел, что все четверо сидели на земле, на месте, где стояла оранжевая палатка. Когда они увидели Джефа, все одновременно начали говорить.
Эмми чуть не заплакала, увидев его:
— Что ты тут делаешь?
Выяснилось, что его не было так долго, что ребята подумали, будто ему удалось проскочить сквозь окружение и сбежать. Они были уверены, что Джеф уже на пути в Кобу и что совсем скоро он вернется и приведет с собой кого-нибудь на помощь. Ребята даже уже обсуждали детали бегства Джефа, придумывали различные варианты его путешествия. Они надеялись, что ему удастся поймать машину или, может, придется идти все одиннадцать миль пешком. Ребята размышляли, сколько понадобится времени полиции собрать необходимое количество людей, чтобы превосходить по численности индейцев.
Все были настолько уверены в том, что Джеф сбежал, что это казалось им уже вполне свершившимся фактом. Надеждой, которой они жили в данный момент.
Эмми снова и снова повторяла один и тот же вопрос:
— Что ты тут делаешь?
Когда Джеф рассказывал, что был у подножия и обходил холм вокруг, друзья, казалось, смотрели на него с какой-то неприязнью, как будто он все утро отдыхал с местными жителями, приятно проводя время, вместо того чтобы спасать их.
Что-то странное творилось с Эриком. Он то садился, то вскакивал с места, постоянно бормоча что-то. Он был в шортах, поэтому было хорошо видно его раненое колено. Кроме того, Эрик почему-то выставлял его вперед и все время смотрел на кровь, запекшуюся на ране. Он на какое-то мгновение присаживался, но только для того, чтобы сразу же встать, и все повторял и повторял:
— Оно внутри меня.
Эрик
Стейси объяснила Джефу смысл слов Эрика. Она рассказала ему, что растение вросло Эрику под кожу, пока он спал, и что Матиас вырезал стебли ножом. На первый взгляд Стейси, как ни странно, была самой спокойной из всех. Но на середине рассказа она замолчала и задумалась.
— Они придут сегодня, — тихо спросила она, — правда?
— Кто? — не понял Джеф.
— Греки.
— Я не знаю, — начал Джеф. — Я… — Но он посмотрел на Стейси, увидел ужас, застывший у нее в глазах, и сказал: — Скорее всего, вечером.
— Они должны прийти.
— Если не сегодня, тогда…
Стейси перебила его:
— Мы не переживем еще одной ночи. Они должны прийти сегодня.
Джеф молча смотрел на нее, не смея возразить.
Стейси взглянула на Эрика, потом взяла Джефа за руку и шепотом произнесла:
— Эти растения могут двигаться. — Говоря эти слова, Стейси оглядывалась на зеленые заросли, будто боялась, что растения ее услышат. — Эмми вырвало, и оно выползло и выпило все, — прошептала она.
Джеф чувствовал, что ребята смотрят на него в ожидании, что он возразит, скажет, что это никак невозможно. Но Джеф только кивал, слушая Стейси, ведь он сам знал, что растение может не только двигаться.
Он подошел к Эрику и попросил его сесть и показать ему ногу. Первая рана немного обветрилась, но кожа вокруг была сильно воспалена. От этой раны вниз отходила еще одна, совсем свежая.
— Кажется, все в порядке, — сказал Джеф только для того, чтобы успокоить Эрика. На самом деле все было далеко не в порядке. Джеф заметил, что ребята намазали колено Эрика неоспорином, а еще увидел песок и грязь прямо на ране.
— Почему вы не перевязали рану? — спросил он.
— Мы пытались, — ответила Стейси, — но он не дается. Говорит, что хочет видеть рану.
— Почему?
— Оно снова вырастет, если не следить, — сказал Эрик.
— Но стебель же вытащили. Как же он…
— Вытащили только самый большой кусок. А мелкие остались во мне. Я чувствую. — Эрик показал на ногу. — Видишь, там что-то есть.
— Лишь небольшая припухлость, Эрик. Это нормально. Так всегда бывает, когда порежешься.
— Черт возьми! — крикнул Эрик. — Мне лучше знать! Я чувствую, что оно еще во мне. — Он встал и начал ходить кругами. — Надо вытащить его, — снова заговорил Эрик. — Мне надо в больницу.
Все это время Матиас молчал и только теперь тихо произнес:
— Это еще не самое худшее. — Он повернулся и показал в сторону Пабло.
Пабло. Джеф совсем про него забыл. На обратном пути, проходя мимо, он посмотрел на него и решил, что с греком все в порядке. После чего Джеф совсем забыл про него, потому что, как только подошел к ребятам, Эмми задала свой странный вопрос, Эрик говорил про свою ногу, Стейси рассказывала о том, что произошло. А о Пабло не было сказано ни слова.