Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

— Все, — шепотом повторил Генрих, тотчас же забыв обо всем, и наблюдая, как стены пламени опали и все, что осталось от них — тлеющий подлесок и черные клубы дыма, ползущие меж деревьев.

— Ну, ребята! Теперь за мной! — махнул начальник пожарных.

И подчиненные, похватав брандспойты, понеслись тушить оставшейся огонь, вбивая в землю и пламя, и отравленный дым.

— Все! Все… — понеслось по толпе. Молитвы переходили в смех, смех — в благодарность Господу.

Генрих вытер лоб рукавом. Мельком глянув на Дьюлу, приказал подоспевшему полицейскому:

— Под арест! Немедля! Как

зачинщика бунта! Без возражений!

И, опустив дрожащие болезненно ноющие руки, с недоверчивой улыбкой наблюдал, как люди славили своего Спасителя.

Люди плакали.

Люди опускались на колени.

Глава 3.5. И возгорится пламя!

Ротбург.

Томаша похоронили с почестями. Генрих лично дал залп из ружья, и его многократно повторили гвардейцы. Вдова фрау Каспар — конечно, фамилия Томаша Каспар, — сбивчиво благодарила Генриха за доброе отношение, за помощь, за то, что позволил мужу лично прикоснуться к Спасителю, и теперь Томаш на небесах.

Генрих неловко благословил вдову и ее детей. Широко перекрестил плачущих и страждущих, приказал выдать из казны по триста гульденов всем, чьи дома пострадали от пожара, а после просил разойтись по домам: призрак смерти еще витал над столицей.

Авьен настороженно молчал — последние, кто еще осмеливался разгуливать по улицам, невзирая на патрули, и те заперлись дома. Не слышно ни голосов, ни цоканья копыт. Ветер гнал скомканные листовки и обрывки одежды, гудел в дымоходах и бешено вращал флюгеры. Над крышами стягивало тучи, и Генрих надеялся, что дождь действительно прольется — он вбил бы в землю остатки тлеющих листьев и дым.

— Сочувствую твоей потере, — сказал Натаниэль, всем видом показывающий, что тоже сожалеет об утрате и тоже чувствует неловкость за то, что выжил сам. Ведь это он должен был вернуться в Вайсескройц, чтобы вывезти оставшиеся реактивы. И именно они послужили причиной столь яро вспыхнувшего пожара.

— Он мог бы жить долго, — отозвался Генрих, хмуро наблюдая за танцем искорок в колбе. — Но каждый, кто, так или иначе прикасается к моей жизни, телом или душой, оказывается искалеченным… телом или душой. — Вздохнув, тихо добавил: — Томаш, Андраш, ты, Маргарита, матушка и… отец.

— Его императорскому величеству еще можно помочь, — заметил Натаниэль.

Генрих окинул взглядом готовые пробирки.

— Нам нужно больше. И нужны добровольцы.

— Об этом я уже подумал, — оживился Натаниэль, шагая к конторке и точно уводя Генриха от тягостных раздумий и сомнений. — Госпиталь Девы Марии, помнишь? Сейчас он явно в упадке и пострадал от погромов. Распорядитесь подать эликсир под видом нового лекарства, и, чтобы не вызывать ненужных расспросов и подозрений, назвать его… хм… допустим…

— «Эликсир доктора Уэнрайта», — быстро закончил Генрих. — Натан! Сегодня же приготовь пробирки! Мы выступаем против смерти!

Он воспрянул духом. После долгого, долгого ожидания, сомнений, страхов, неудач — он наконец-то был в их руках. Ламмервайн. Эликсир, побеждающий смерть.

В рабочем кабинете Генрих разложил колбочки по пакетам. В сопроводительных письмах писал:

«Ваши

императорские величества, любезные родители! Обращаюсь с нижайшим поклоном и пожелания здоровья. О делах не стану распространяться, о том вам ежемесячно докладывают мои секретари. Знайте только, что возложенные на меня обязательства я исполняют усердно. Исполните же и мою просьбу: лекарства, что посылаю вам, показали удивительные результаты, а потому рекомендованы и Вам ведущими учеными и медиками Авьена. Примите натощак по ампуле внутривенно под присмотром Вашего придворного лейб-медика. Прошу довериться мне. Мое сердце еженощно болит за Вас. Молюсь и молюсь Господу о выздоровлении Его величества императора. Целую крепко и обнимаю Вас, дорогая матушка. Всегда Ваш сын — Генрих IV, принц-регент, Спаситель Священной империи».

Еще одно, с приложенной второй колбочкой и запечатанное с особым старанием, просил передать жене. В нем писал:

«Любезная моя супруга! В долгой разлуке я скучаю по Вас. С заботой прошу соблюдать предписания медиков, берегитесь сквозняков и сырости, хорошо питайтесь, больше находитесь на свежем воздухе. Толкается ли уже наш наследник? Мальчика я бы назвал Рудольф, а девочку — Маргарита. Лекарство, что посылаю Вам, держите на крайний случай. Рекомендации отправлены лейб-медику. С нежностью — Ваш супруг, Генрих».

И третье хотел бы отправить Маргарите…

Ее стилет удобно лежал в забинтованной руке. Бражник, вылепленный на рукоятке — единственно целый мотылек в пустой, лишенной каких-либо экземпляров, комнате. Они хранили на себе отпечаток всех неудач Генриха, всех его слабостей и пустых надежд. Казалось, за последние несколько месяцев Генрих вырос из прошлого как из детской одежды, и перед ним во весь исполинский рост возникли настоящие заботы, требующие настоящих решений.

Марго была фонариком, ведущим Генриха из тьмы заблуждений в настоящую жизнь.

В двери коротко стукнули.

На миг Генриху почудилось, что через порог переступит Томаш — всегда выглаженный, аккуратно причесанный, держащий в белых перчатках поднос с чашкой кофе и спрашивающий: «Ваше высочество, желаете скорректировать список дел на завтра?»

Задержав дыхание, Генрих поднял болезненный взгляд.

Но это был не Томаш — мертвые не возвращаются из могил, даже для того, чтобы перебинтовать руки своего любимого мальчика. И Генрих знал, кто войдет вместо него. Знал — но все равно надеялся.

Вошедший сверкнул лысиной и заявил с порога:

— Плохие новости, ваше высочество.

— Говорите, — бесцветно отозвался Генрих и сильнее сжал стилет.

— Его преосвященство бежал из-под стражи.

Генрих прикрыл глаза. В висок вошла раскаленная игла, и между веками заискрило.

— Как это получилось? — осведомился он.

И словно увидел: вот Дьюла, с руками, заведенными за спину, садится в полицейскую карету. Конвой из четырех констеблей — двое впереди, двое по бокам, — сопровождает арестованного в участок. Экипаж трогается. Один из констеблей смотрит в окно, другой зевает, третий прикрыл глаза, а четвертый вскидывает револьвер и несколькими выстрелами наповал укладывает двоих.

Поделиться:
Популярные книги

Избрание сочинения в трех томах. Том второй

Кочетов Всеволод Анисимович
Проза:
советская классическая проза
5.00
рейтинг книги
Избрание сочинения в трех томах. Том второй

Законы Рода. Том 5

Мельник Андрей
5. Граф Берестьев
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Законы Рода. Том 5

Замуж второй раз, или Ещё посмотрим, кто из нас попал!

Вудворт Франциска
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Замуж второй раз, или Ещё посмотрим, кто из нас попал!

Стеклянный Дворец

Гош Амитав
Приключения:
исторические приключения
6.25
рейтинг книги
Стеклянный Дворец

Практическая английская грамматика начальный уровень

Мерфи Раймонд
Научно-образовательная:
учебная и научная литература
5.00
рейтинг книги
Практическая английская грамматика начальный уровень

Воронцов. Перезагрузка. Книга 2

Тарасов Ник
2. Воронцов. Перезагрузка
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Воронцов. Перезагрузка. Книга 2

Ворон

LizaMoloko
Фантастика:
попаданцы
фэнтези
гаремник
5.00
рейтинг книги
Ворон

История государства и права зарубежных стран. Шпаргалки

Князева Светлана Александровна
1. Зачет
Научно-образовательная:
история
юриспруденция
5.00
рейтинг книги
История государства и права зарубежных стран. Шпаргалки

Последний Паладин. Том 3

Саваровский Роман
3. Путь Паладина
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.25
рейтинг книги
Последний Паладин. Том 3

Салтыков-Щедрин

Тюнькин Константин Иванович
694. Жизнь замечательных людей
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
Салтыков-Щедрин

Московский проспект. Очерки истории

Векслер Аркадий Файвишевич
Документальная литература:
биографии и мемуары
прочая документальная литература
5.00
рейтинг книги
Московский проспект. Очерки истории

Газлайтер. Том 28

Володин Григорий Григорьевич
28. История Телепата
Фантастика:
боевая фантастика
аниме
попаданцы
5.60
рейтинг книги
Газлайтер. Том 28

Энциклопедия начинающего водителя

Ханников Александр Александрович
Дом и Семья:
хобби и ремесла
7.00
рейтинг книги
Энциклопедия начинающего водителя

Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней святого Димитрия Ростовского. Книга первая. Сентябрь

Ростовский Святитель Дмитрий
1. Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней святого Димитрия Ростовского
Религия и эзотерика:
религия
православие
христианство
5.00
рейтинг книги
Жития святых на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней святого Димитрия Ростовского. Книга первая. Сентябрь