Чтение онлайн

В тот вечер, находясь рядом с ним, я окончательно поняла, что теперь отныне и навсегда его. И чтобы ни случилось, всегда буду на его стороне. Даже если против восстанет целый мир, я сожгу каждого, чтобы мы смогли быть вместе, потому что именно в его руках чувствовала себя защищённой. Доверяя ему себя, я доверяла ему и своё сердце, свою жизнь. Наслаждаясь каждой минутой, я была счастлива тому, что здесь и сейчас он был рядом. И настраивала себя только на то, что никогда не позволю нашим отношениям разрушиться. Всегда буду стараться поддерживать огонь нашей любви, чтобы в один прекрасный

день услышать от любимого мужчины заветные слова, которые окончательно нас соединят и сделают самой настоящей семейной парой.

— Я за этот месяц побывала в стольких красивых местах, сколько за девятнадцать лет не видела, — улыбнувшись, сказала я, когда мы разместились за столиком в одном из самых дорогих ресторанов города. Алексей любил такие места, от которых за версту пахло роскошью и деньгами. А почему бы и нет? Он мог себе позволить тратить деньги на лучшие развлечения мира. Даже просто потому, что сам проложил свою дорогу в жизни. Сам выбился из грязи в князи. Сам достиг тех высот, о которых обычные люди даже и не мечтают. Поэтому не видела ничего предосудительного в его любви ко всему дорогому, что окружало его со всех сторон.

— Вся эта красота меркнет рядом с тобой, маленькая. Ты достойна всего самого лучшего, — накрыв мою ладонь своей, Алексей поддался вперёд и обдал мои губы горячим дыханием. — Потому что ты сама — то лучшее, что со мной случилось.

После этих слов он поцеловал меня. Его язык по хозяйски ворвался внутрь, переплетаясь с моим. А пальцы зарылись в распущенные волосы. Прильнув к нему, я ответила на поцелуй со всей страстью, на которую была способна, было плевать на всех, кто окружал нас в тот момент. Я просто позволяла себе любить. Любить мужчину, чьи губы стали продолжением меня самой.

Когда к нам подошла официантка, Алексей выпустил меня из объятий и озвучил наш на сегодня заказ. Молодая девушка записала все на листочек и, одарив меня оценивающий взглядом, отошла от столика.

— Мне так хорошо с тобой, — прошептала я, когда мы снова остались наедине. — Каждый день, проведенный рядом с тобой, становится незабываемым.

— Могу сказать то же, — погладив меня по щеке, ответил мужчина. — Ты необыкновенная девушка.

Не знаю, что меня делало особенной, но он повторял это при каждой встрече. А я не уставала слушать его тихий хрипловатый голос, который растекался по венам сладкой негой, проникая в каждую клеточку моего тела.

Ужин пролетел быстро. Так было каждый раз, когда мы были вместе. Время нещадно летело вперёд и замедлилось только тогда, когда я провожала взглядом удаляющуюся машину Алексея. В такие минуты сердце сжималось от тоски и хотелось бежать следом, чтобы ещё немного побыть рядом. Мне всегда было мало. Мало отведённого для встреч времени.

— Не хочу расставаться, — честно призналась я Алексею, когда мы подъехали к дому. В свете луны его глаза блестели, как звезды на тёмном небе. Хотелось броситься в этот чарующий омут с головой. До сих пор не верилось, что все происходящее реальность, а не сладкий сон. Что он действительно рядом. Что он мой.

— Ты же знаешь, маленькая, будь моя воля, давно бы тебя украл. Увез бы и спрятал от посторонних глаз. И ни на секунду не отпускал бы от себя.

Знаешь?

Мужчина провёл указательным пальцем вдоль моей нижней губы, а я, прикрыв глаза, растворилась в томительном волнении.

— Знаю, — одними губами прошептала я, продолжая наслаждаться его прикосновением.

— Насколько ты доверяешь мне, маленькая? — вопрос прозвучал так, словно от его ответа зависела жизнь. Открыв глаза и облизав пересохшие губы, посмотрела на мужчину, пытаясь понять, почему он задал его, но лицо Алексея было непроницаемым. Поэтому ничего не оставалось, как искренне ответить:

— Да, доверяю.

— Насколько сильно?

— Больше, чем себе, — я чувствовала, как ускоряется сердцебиение, как учащается дыхание. И всему виной был пытливый взгляд синих глаз.

— Тогда завтра я отвезу тебя туда, где у тебя будет возможность доказать правоту своих слов.

Я сглотнула. Сказать, что Алексей меня заинтриговал — значит, ничего не сказать. Я сгорала от желания узнать, что он имел в виду, и тут же почувствовала лёгкое смятение от неизвестности.

— Я буду ждать, — ответила я и прижалась щекой к его груди, зарывшись носом в ткань рубашки. Мужчина погладил меня по волосам, отчего первоначальный лёгкий страх уступил место спокойствию. И я, забыв про все на свете, стала наслаждаться теплом и запахом любимого мужчины.

***

Уже в спальне, упав на ещё не расправленную постель, и раскинув руки в стороны, стала улыбаться сама себе, вспоминая сегодняшний вечер. Во мне перемешалось так много разных чувств, что казалось, от их переизбытка скоро разорвет на части. Я была счастлива и взволнована одновременно. От того, что в этот вечер Алексей был рядом. Он, как глоток свежего воздуха, заполнял меня до краев жизненной силой, которая так и выплескивалась каждый раз, когда его видела.

Из сладких воспоминаний меня вывел голос вошедшего в спальню отца:

— Аль, тебе письмо.

— Рома, — сказала я, забирая конверт. — Спасибо, пап.

— Как прошёл вечер, — словно невзначай поинтересовался отец. Но от меня не скрылись нотки настороженности в его голосе.

— Замечательно, пап, — искренне призналась я. — Была у Нины Владимировны. Сегодня у неё был приемный день. Занималась с детками английским, а я наводила порядки в клумбах. Потом встретилась с Лешей. И провела незабываемый вечер.

— Хорошо, если так, — попытался выдавить улыбку отец. — А Ромыч, что там? Что пишет?

— Пап, тебе действительно интересно? — удивилась я. Хотя удивляться было не чему. Потому что в отличие от мамы — папе всегда нравился мой друг.

— Конечно, — как ни в чем не бывало, ответил отец.

— Служит. Ещё одиннадцать месяцев осталось. Пишет, что скучает по дому.

— Это понятно. Ему-то есть, к кому возвращаться.

Не знаю, что отец хотел этим сказать, но задеть за живое у него получилось. Ведь за прошедший месяц я так не нашла в себе сил, написать Роме об Алексее. И как не старалась отогнать от себя грустные мысли, они то и дело одолевали меня, заставляя чувствовать себя виноватой. Посмотрев грустно на письмо, я спросила: