Чтение онлайн

Как противится душа мысли о прекращении нашего личного бытия, мысли о вечном уничтожении! Horror vacui 1, которую приписывают природе, гораздо более сродни человеческому чувству. Утешься, дорогой читатель, мы будем существовать после смерти и в ином мире также найдем своих тюленей.

А теперь будь здоров, и если я тебе что-нибудь должен, пришли мне счет.

Писано в Париже. 30 сентября 1851 года.

Генрих Гейне

– ---------------

1 Боязнь

пустоты (лат.).

* Стихотворения 1853 и 1854 годов *

АЛКАЯ ПОКОЯ

Пусть кровь течет из раны, пусть

Из глаз струятся слезы чаще.

Есть тайная в печали страсть,

И нет бальзама плача слаще.

Не ранен ты чужой рукой,

Так должен сам себя ты ранить,

И богу воздавай хвалу,

Коль взор начнет слеза туманить.

Спадает шум дневной; идет

На землю ночь с протяжной дремой,

В ее руках тебя ни плут

Не потревожит, ни знакомый.

Здесь ты от музыки спасен,

От пытки фортепьяно пьяных,

От блеска Оперы Большой

И страшных всплесков барабанных.

Здесь виртуозы не теснят

Тебя тщеславною оравой,

И с ними гений Джакомо

С его всемирной клакой славы.

О гроб, ты рай для тех ушей,

Которые толпы боятся.

Смерть хороша, -- всего ж милей,

Когда б и вовсе не рождаться.

2

В МАЕ

Друзья, которых любил я в былом,

Они отплатили мне худшим злом.

И сердце разбито; но солнце мая

Снова смеется, весну встречая.

Цветет весна. В зеленых лесах

Звенит веселое пенье птах;

Цветы и девушки, смех у них ясен -

О мир прекрасный, ты ужасен!

Я Орк подземный теперь хвалю,

Контраст не ранит там душу мою;

Сердцам страдающим полный отдых

Там, под землею, в стигийских водах.

Меланхолически Стикс звучит,

Пустынно карканье стимфалид,

И фурий пенис -- визг и вой,

И Цербера лай над головой -

Мучительно ладят с несчастьем людей,

В печальной долине, в царстве теней,

В проклятых владениях Прозерпины

С нашим страданием строй единый.

Но здесь, наверху, о, как жестоко

Розы и солнце ранят око!

И майский и райский воздух ясен -

О мир прекрасный, ты ужасен!

ТЕЛО И ДУША

Так говорит душа: "О тело!

Я одного бы лишь хотела:

С тобой вовек не разлучаться,

С тобой во мрак и в ночь умчаться.

Ведь ты -- мое второе "я",

И облекаешь ты меня

Как бы в наряд, что шелком шит

И горностаями подбит.

Увы мне! Я теперь должна,

Абстрактна и оголена,

Навек

блаженным стать Ничем,

В холодный перейти Эдем,

В чертоги те, где свет не тмится,

Где бродит эонов немых вереница,

Уныло зевая, -- тоску вокруг

Наводит их туфель свинцовых стук.

Как я все это претерплю?

О тело, будь со мной -- молю!"

И тело отвечает ей:

"Утешься от своих скорбей!

Должны мы выносить с тобою,

Что нам назначено судьбою.

Я -- лишь фитиль; его удел -

Чтоб в лампе он дотла сгорел.

Ты -- чистый спирт, и станешь ты

Звездой небесной высоты

Блистать навек. Я, прах исконный,

Остаток вещества сожженный,

Как все предметы, стану гнилью

И, наконец, смешаюсь с пылью.

Теперь прости, не унывай!

Приятнее, быть может, рай,

Чем кажется отсюда он.

Привет медведю, если б он,

Великий Бер1 (не Мейербер),

Предстал тебе средь звездных сфер!"

– --------------

1 Игра слов: Бер -- медведь (нем.).

КРАСНЫЕ ТУФЛИ

Кошка была стара и зла,

Она сапожницею слыла;

И правда, стоял лоток у окошка,

С него торговала туфлями кошка,

А туфельки, как напоказ,

И под сафьян и под атлас,

Под бархат и с золотою каймой,

С цветами, с бантами, с бахромой.

Но издали на лотке видна

Пурпурно-красная пара одна;

Она и цветом и видом своим

Девчонкам нравилась молодым.

Благородная белая мышка одна

Проходила однажды мимо окна;

Прошла, обернулась, опять подошла,

Посмотрела еще раз поверх стекла -

И вдруг сказала, робея немножко:

"Сударыня киска, сударыня кошка,

Красные туфли я очень люблю,

Если недорого, я куплю".

"Барышня, -- кошка ответила ей, -

Будьте любезны зайти скорей,

Почтите стены скромного дома

Своим посещением, я знакома

Со всеми по своему занятью,

Даже с графинями, с высшей знатью;

Туфельки я уступлю вам, поверьте,

Только подходят ли вам, примерьте,

Ах, право, один уж ваш визит..." -

Так хитрая кошка лебезит.

Неопытна белая мышь была,

В притон убийцы она вошла,

И села белая мышь на скамью

И ножку вытянула свою -

Узнать, подходят ли туфли под меру,

Являя собой невинность и веру.

Но в это время, грозы внезапней,

Кошка ее возьми да цапни

И откусила ей голову ловко