Рокко
Шрифт:
— Я знаю, что он делает. — Её рука метнулась к шраму на щеке. — Однажды мне пришлось наблюдать…
— Он сделал это?
Грейс покачала головой.
— Это сделал его отец. Он узнал о нас и сделал это, чтобы заставить Рокко лишить жизни у меня на глазах. Я думаю, он думал, что если он сделает нас обоих уродливыми снаружи, мы больше не будем хотеть друг друга. Это сработало. Я убежала и перестала любить себя, а если ты не любишь себя, тебе больше нечего дать.
Она снова коснулась шрама, думая о тех годах, когда она не могла смотреть в зеркало, о предложениях, что она отвергала от агентов, которые слышали её
— Мне потребовалось много времени, чтобы оправиться от шока, когда я узнала, кем он был на самом деле и что он делал, — продолжила она. — Я почувствовала, что меня предали, и убежала. Это была ошибка. Я знала, кем он был внутри. Я знала, что в его сердце есть доброта. И я думаю, что часть меня знала, что Чезаре сломал что-то внутри меня той ночью. Я просто не была достаточно сильна, чтобы это исправить.
— Я думаю, ты одна из самых сильных людей, которых я когда-либо встречала, — сказала Габриэль. — Ты прошла через ад и потеряла много людей, но ты все ещё живёшь своей жизнью, следуешь своим мечтам и открываешь своё сердце.
Она снова открыла своё сердце, и Рокко сразу же вмешался. Сама сущность человека, которого она любила, не изменилась. Он по-прежнему защищал, поддерживал, отдавал и был добрым — все те качества, которые она выбросила из головы, когда уехала из Нью-Йорка. Он видел сквозь её шрамы и дал ей мужество выйти на сцену и воплотить в жизнь свою мечту. Он верил в неё. Почему она не могла сделать то же самое для него?
— Я не думаю, что он убил моего отца, — призналась она, с облегчением произнеся эти слова вслух. — Я даже не знаю, почему я задала ему этот вопрос. Когда я увидела правду в его лице, я почувствовала себя ужасно. Но контракт…
— Что у него было много шансов реализовать, но он этого не сделал? — Габриэль покачала головой. — Я поговорила с Лукой о Фрэнки и его роли в команде Де Лукки. У него нет выбора в отношении контрактов, которые он получил из Нью-Йорка. Но у него был выбор относительно того, с кем он работал в Вегасе. Он решил работать с Нико, потому что он настолько благороден, насколько может быть честен гангстер. Нико не участвует в торговле наркотиками. Он проводит в жизнь политику предотвращения насилия в отношении женщин. Он не убивает без разбора. Это не значит, что он не может быть безжалостным ублюдком, когда это необходимо. Но если бы Фрэнки действительно был таким силовиком, каким хотел видеть его Чезаре, он бы продолжил работать с Санто, а затем с Тони, когда тот пришёл к власти.
— Но он этого не сделал.
— Нет. Как только он начал работать с Нико, он сказал Санто и Тони, что с ними покончено. Именно тогда Нико и Лука поняли, что он отличается от других силовиков Де Лукки, с которыми они работали раньше. Они сделали его частью своей преступной семьи, обращаясь с ним так, как будто он всегда был там. Нико дал ему привилегии капо, а Лука обращался с ним как с равным. — Габриэль рассмеялась. — Это было не совсем альтруистично с их стороны. Фрэнки обладает навыками, которые
— А что с Майком? — У неё было не так много возможностей поговорить с другом Рокко, но она всё ещё чувствовала себя плохо из-за того, что он получил удар из-за неё.
— Кто-то пытался убить его сегодня утром. Он в больнице Святого Джона, в отделении интенсивной терапии.
Грейс обняла Тревора и зарылась лицом в его мех. Именно поэтому она не хотела иметь ничего общего с мафией. Слишком много смертей. Слишком много насилия. Слишком много людей страдает.
— Они знают, кто это сделал?
— Нет. Но его нашли голым в постели. — Она поморщилась. — Лука убеждён, что это была его новая подружка.
— Тиффани? — Голос Грейс повысился в тоне. — Она казалась такой… невинной. Обычной. Я думала, он ей действительно нравился.
Она должна была знать лучше. Одной из первых вещей, которые она узнала, когда начала получать степень, было то, что нормальных людей не существует. Люди носили маски всех форм и размеров, и единственное, что вы когда-либо могли знать наверняка, это то, что сущность человека никогда не была первым, что вы видели.
— Она мне не понравилась после того, как из-за неё арестовали тебя и Фрэнки, — сказала Габриэль. — И Фрэнки тоже подозревал её. Он попросил меня проверить её, и оказалось, что она не та, за кого себя выдаёт. — Она вытащила свой телефон. — Я думаю, что Тиффани на самом деле Тереза Росси из Нью-Йорка. Она отсидела некоторое время в тюрьме за нападение с оружием, и против неё было выдвинуто несколько других обвинений. У нас была только шестидесятипроцентная точность профиля, но мне это показалось довольно близким.
— Она была медсестрой в палате с Фрэнки, — быстро сказала Грейс, собирая кусочки воедино. — Если она пыталась убить Майка, возможно, это она убила моего отца. Но почему? Какая связь между ним и Майком? Или между ней и моим отцом? Это не может быть случайным.
По крайней мере, это объяснило бы, почему Рокко вытащил своё оружие. Он пытался остановить её. И Грейс снова чуть не убежала от него.
Глава 24
— Кто она, чёрт возьми, такая? — Рокко пнул стул через всю палату интенсивной терапии, и Лука увернулся с его пути. Он солгал старшей медсестре и сказал ей, что Майк его брат. Конечно, это не сработало, и ему пришлось связать её и поместить в шкаф, точно так же, как он поступил с другой медсестрой, которая хотела помешать ему навестить Нунцио Мантини. Если он продолжит в том же духе, Сент-Джонсу понадобится больше грёбаных шкафов.
— Мы не знаем наверняка, что это была Тиффани, — сказал Лука. — Все наши ищут её, и как только мы её найдём, мы узнаем правду.
— Он был чертовски голым с презервативом в руке. Один из солдат сказал, что в доме пахло духами, а на полу валялась пустая шкатулка для драгоценностей. По-моему, это не похоже на чувака.
— Он мог войти после того, как она ушла.
— Иисус, блядь, Христос. — Он вымещал весь свой гнев на единственном человеке, достаточно сильном, чтобы противостоять ему. — Это была она. Я знаю, что это была она. В ней было что-то такое…