Rise
Шрифт:
— Ладно, оставим в покое лирику. Поговорим о более насущных делах, — с этими словами Грейнджер села на стул и посмотрела на меня с мрачной решимостью. — В общем… я поговорила с мадам Помфри. Она сказала, что готова отпустить тебя не раньше субботы. Но в понедельник тебе снова придется здесь оказаться, потому что зелье нужно пить под ее присмотром, и потом несколько дней еще побыть здесь. В общем…
— Профессор Грейнджер все никак не решится сказать вам, что вы пробудете здесь еще не меньше недели, мистер Малфой, -закончила
— Но…
— С сегодняшнего дня я прекращаю вам давать лекарства. Будем готовить ваш организм к приему серьезного целительного зелья. Для вашего же блага лучше оставаться под моим наблюдением.
— Ладно, — согласился я. — Но позвольте мне хоть на улицу в выходные выйти.
— Я вам окно открою, подышите свежим воздухом отсюда.
— Ясно, — кивнул я, и мое настроение окончательно испортилось.
— Вот и отлично. Ну вы беседуйте дальше, я только проверить, все ли в порядке, приходила, — сказала Помфри.
— И чья это гениальная идея? — спросил я.
— Общая, — уклончиво ответила Грейнджер. — Я просто не хочу, чтобы ты пострадал из-за зелья. Лучше перестраховаться.
— Я тебе доверяю, — сказал я и вдруг понял, что говорю абсолютно искренне.
— Спасибо, — сказала она и опять спрятала от меня взгляд. — Я пойду уже, мне еще контрольные проверять надо.
— Грейнджер, — позвал я, когда она поднялась со стула, собравшись уйти.
Она обернулась и посмотрела на меня.
— Да?
— Раз уж ты причастна к тому, что меня еще неделю продержат в заточении, то хоть приходи меня проведывать почаще.
— Я постараюсь, — ответила она. — Пока.
— Не поставь там всем “тролля” за контрольные! — крикнул я ей вдогонку.
— Договорились, — ответила она не оборачиваясь.
Я снова остался один. Собрав все конфеты, я сложил их на тумбочку и улегся поудобнее. Прикрыв глаза, я пытался разобраться, почему Грейнджер привносит такой сумбур в мои мысли каждый раз, как появляется. Во мне просыпается столько разных чувств и эмоций, что я не могу с ними совладать, часто прячась в итоге за раздражением и напускной злостью. Если попытаться идентифицировать все эти чувства, то можно найти и уважение, и зависть, и тепло, и обиду, и встревоженность, и гнев, и влечение, и страх, и… много чего еще. Что из этого всего преобладает?
*
Я так и не решился написать маме обо всем, что у меня происходило, ограничившись только общими фразами и обещанием приехать домой, как только смогу.
Чем ближе был день приема исцеляющего зелья, тем больше я нервничал. Мне казалось, что дни будут тянуться бесконечно, но они летели так быстро, что я не успевал за ними уследить и только мысленно просил время замедлить свой ход. Мне было страшно. Я не так боялся смерти, в случае, если зелье окажется неправильно сваренным, как боялся, что оно просто не подействует, и все мои надежды рухнут. Я
Алекс, видя мою нервозность, старался приходить ко мне как можно чаще. Не отставала от него и Амелия, хоть и не понимала реальных причин моего настроения. Даже Гермиона приходила каждый день, пусть и ненадолго. Я должен был быть благодарным за эту поддержку, но так и не сказал этим людям “спасибо”.
В ночь с воскресенья на понедельник я не мог сомкнуть глаз. Покрутившись с боку на бок и так и не сумев уснуть, я отчаянно пожелал, чтобы кто-нибудь сейчас был рядом со мной. Повинуясь внезапному эмоциональному порыву, я взял перо и пергамент и начал писать.
Привет.
Сейчас ночь, и ты, наверное, спишь. А мне совсем не спится и очень хочется с кем-нибудь поговорить. Скажи, Грейнджер, ты веришь в успех?
Д.М.
Я перечитал написанное, усмехнулся и покачал головой. Сложив эту короткую записку вчетверо, я положил ее на тумбочку. Мне в голову пришла более здравая идея.
— Тинки! — позвал я тихо.
Раздался хлопок и заспанный эльф возник передо мной.
— Хозяин звал Тинки? Что нужно сделать? — он огляделся по сторонам.
Я набрал в легкие воздуха, чтобы озвучить свою просьбу посидеть со мной и развлечь меня недолгой беседой, как эльф раздал радостный возглас.
— Я знаю, молодой хозяин Драко хочет, чтобы Тинки доставил письмо мисс Гермионе! — он схватил с тумбочки листок, надписанный ее именем.
— Э-э-э, — растерялся я. — Не совсем. Но… — в моей голове возникли новые мысли. — Ладно. Отнеси это мисс Гермионе, но если она уже спит, просто принеси записку обратно. Ты понял?
— Да, сэр. Тинки все сделает, как надо, — с этими словами он исчез.
Я потер виски и вздохнул. Похоже, я начал прислушиваться к советам домового эльфа. С ума сойти можно. Что же меня ждет дальше? Общение с котами и собаками?
Мои неуклюжие порывы к самобичеванию были прерваны возвращением Тинки с запиской в руках. Ну, естественно.
— Я и не сомневался, что мисс Гермиона уже спит, — сказал я. — Давай сюда записку, я ее порву и выброшу потом.
— Нет, хозяин Драко. Это ответ. Она не спала, — эльф осторожно протянул мне листок, будто не хотел отдавать, не убедившись, что я понял его слова правильно.
— Вот как, — я взял записку и сразу же развернул ее.
Здравствуй.
Знаешь, я тоже немного нервничаю. Но поверь, я не собираюсь подвергать твою жизнь опасности. Утром я покажу зелье профессору Слизнорту и мадам Помфри, и только если они одобрят, ты его выпьешь. Я ходила на него посмотреть полчаса назад. Оно изумрудно-зеленое. Это вселяет в меня надежду.
Малфой, ложись спать, утром тебе нужно быть полным сил. Верь, что все будет хорошо.
Спокойной ночи.
Гермиона Грейнджер