Рифы
Шрифт:
За дверью зашумели. В поселке многие знали об увлечении Джафара.
— А катер — мой! — Фируз заслонил спиной приятеля.
В динамике раздался голос старшины киржима.
— Высадил бригаду, Павел Ильич, — весело доложил он. — Кранцы сорвал, разбил фальшборт, но заведующий и бригада — на двадцать четвертой! Разворачиваюсь и вместе с баркасом иду назад. Людей с острова буду снимать вечером, когда станет потише. Так приказал заведующий. Ты понял меня, Павел Ильич?
— Понял. Давай к берегу!
Инженер выключил радиостанцию и закурил — впервые
— Хорошо! — Фируз потер ладони. — Теперь наша очередь. Беги за аквалангом, Джафар.
— В море не пущу, — сказал инженер. — Рискованно.
— А высаживаться на двадцать четвертую было не рискованно?
— Это разные вещи… В общем без заведующего не разрешаю.
— А он в море, — воскликнул Фируз, — связи с ним нет. Вернется вечером!
— Будем ждать…
— Сутки теряем, — сказал Джафар. — Это полтораста тонн нефти, Павел Ильич!
— Тебя, Павел-киши, считали смелым человеком… — Теймур-даи укоризненно покачал головой. — Хочешь, сам с ними пойду на катере?
— Этого еще недоставало, — воскликнул инженер. — Да чтобы я пустил в море этакую старую песочницу!
Человек в тенниске взял Джафара за руку.
— Я от Белова, — шепнул он. — Лейтенант Сушков…
Джафар понимающе кивнул.
— Настаивай, — сказал Сушков, — нельзя терять столько нефти.
Показав на инженера, Джафар развел руками.
Почтарь продолжал спорить. Многие из тех, что собрались на пристани, поддерживали идею Фируза и Джафара, тоже вступили в разговор.
— Ну хорошо, — сказал инженер. — Допустим, нырнул Джафар, убедился, что нефтепровод лопнул. А что дальше?
— Может, не лопнула труба — дала трещину, — неуверенно проговорил Фируз. — Джафар обмотает ее брезентом, резиной, прикрутит проволокой. Это же временно, пока придут водолазы.
— Чепуха! — воскликнул инженер. — Сами же слышали: нефть бьет так, что море бурлит. Трещина? Как бы не так! Труба, конечно, лопнула. Что вы там будете делать со своим аквалангом?
Наступило молчание. Инженер был прав. В самом деле, как действовать на дне моря? Специалисты по подводным работам имеют особое оборудование, инструменты. Например, сварочные аппараты, которыми легко обрезать негодный кусок трубы и наварить новый.
Помощник Белова потянул в сторону Джафара.
— А это не подойдет? — Он показал на толстый шланг, лежащий в куче бурового оборудования на грузовой площадке пристани.
Джафар оценил совет. Шланг, по которому в бурящуюся скважину закачивают глинистый раствор, достаточно прочен: слои корда перемежаются с прокладками из резины и брезента, и все это стянуто толстой стальной проволокой. Соединить таким шлангом концы лопнувшей трубы нефтепровода да как следует закрепить стыки — и все будет в порядке.
— Спасибо! — Джафар стиснул руку Сушкову.
— Вместе пойдем в море, — сказал тот.
— А… здесь как же?
— Останутся другие.
Видя, что Джафар колеблется, Сушков сказал:
— Так надо…
Катер стоял на якоре. Ветер почти совсем стих, однако по морю еще катились гряды больших пологих
— Невесомость, — кричал Фируз, когда судно падало с водяной горы, как в ракете, а?
Сушков сидел на корме и молча улыбался. Это был жилистый загорелый человек лет тридцати. Он очень быстро получил разрешение отправиться к месту аварии нефтепровода: подошел вместе с Джафаром к инженеру, шепнул несколько слов, и тот согласился…
Недалеко от катера прыгал на волнах бело-красный буй. Возле него появилась голова Джафара в резиновой маске.
— Нашел? — крикнул Фируз.
Пловец отрицательно помахал рукой, снова нырнул.
Он погружался в четвертый раз, а все не мог отыскать трубопровод. Конечно, проще было бы вести поиск с аквалангом. Но запас сжатого воздуха в баллонах не безграничен. Здесь, на глубинах до пятнадцати метров, его хватит минут на сорок. Поэтому Джафар решил сперва понырять без акваланга, осмотреть повреждение и наметить план действий. А уж потом он наденет баллоны и приступит к ремонту трубы.
Но оказалось, что не так-то просто найти трубопровод. Шторм поднял со дна ил и песок. Под водой было видно всего на метр-полтора.
Вот Джафар снова всплыл, вырвал изо рта загубник дыхательной трубки.
— Заметь место, — донеслось до катера.
Фируз вскочил на ноги. Он провел мысленную линию от буйка к голове пловца и дальше — на берег. Линия уперлась в остроконечную вершину, торчавшую над цепью прибрежных гор.
— Есть пеленг!
Несколько взмахов руками, и Джафар оказался у борта катера. Его подняли, усадили на корме. Толстым рубчатым полотенцем Фируз докрасна растер товарищу плечи и грудь.
На листе бумаги Джафар набросал схему. Ровная линия, обозначавшая дно, прерывалась зигзагом — глубокой выемкой. 3aтем над грунтом протянулась нитка нефтепровода. Карандаш довел его до выемки, сместил вниз и оборвал.
— Понятно, — сказал Фируз. — Большой разрыв?
— Около метра.
— Но как это получилось?
— Думаю, волны и штормовое течение вымыли грунт из-под части трубопровода. Труба потеряла опору, провисла. А дальше: удары волн, вибрация…
— Что будешь делать?
Джафар с благодарностью взглянул на Сушкова. Взяв карандаш, он нарисовал шланг и «надел» его на разорванную нитку нефтепровода.
— Надо, чтобы средняя часть шланга легла на дно впадины. Тогда шланг примет значительную часть нагрузки.
— Поглубже надвинь его на концы трубы, — сказал Фируз. — Надежнее будет.
Они оценивающе оглядели толстый шланг, широкими кольцами уложенный на дне катера.
— Думаю, хватит, — сказал Джафар. — В куске метров пятнадцать, если не больше. Переставь катер!
Фируз поднял якорь и, сообразуясь с ориентирами, перевел судно.
Все это время Сушков сидел на своем месте, у люка в кубрик, и курил сигарету. С момента отхода катера третий член экипажа не проронил ни слова.