Чтение онлайн

– Не исключено. Но как он дышит без маски?

– Он не дышит. Я не знаю как, но он не дышит, хотя сердце и мозг его работают.

Через всю лабораторию к доктору подбежала Сара с горящими глазами и что-то быстро начала ему тараторить, потом она подняла на меня взгляд и посмотрела так, что я бы сказала - она ненавидит меня:

– Получилось все-таки? Ты его чуть не убила!
– выкрикнула она, затем быстро скрылась за какой-то из дверей.

– Вот видишь, ты была не права.
– Я молчала, все еще смотря в след этой ненормальной и не понимая такую смену настроения ко мне.
– Она влюблена

вовсе не в меня, а в Инструктора. Господи, что она в нем нашла, - пробормотал себе под нос доктор, - зверь, монстр...может сейчас девушек такие привлекают...

– Мне все равно, - прервала я его бормотание.
– Я лишь приходила посмотреть на результат своей работы.
– Если понадоблюсь, я буду в комнате.

– Хорошо, милая.
– Он поцеловал меня в лоб... снова?

***

Огни в кабинете доктора погасли. Значит, и он уже ушел. Он всегда работает допоздна, а иногда, когда дело касается его любимой Киры, он вообще не спит. Чушь! Ее невозможно убить. Что он в ней нашел или, таким образом, он искупает свои грехи. Как будто это ему поможет. Девушка услышала удаляющиеся шаги и со вздохом облегчения почувствовала, что она наконец-то одна. Хотя, не совсем.

Выйдя из своего укрытия, она бегом направилась к лаборатории, доставая на ходу пропуск. Теперь никто не сможет помешать, закрыв за собой дверь, она сняла халат и очки и медленным шагом подошла к капсуле. Прислонив руку, она сразу одернула ее как бы боясь потревожить его сон, но, осмелев, она прикоснулась и улыбнулась во весь рот. И смотрела на Инструктора, затаив дыхание. "Любимый". Жадно рассматривая каждый сантиметр его тела, она вспоминала каждую их встречу на базах Федерации. Она специально выбивала себе обучение в то или иное место, где оказывался Он, чтобы в лишний раз побыть с ним. С того самого момента, когда он вскружил ей голову в Финиме. Ей было всего двадцать, молодая, подающая надежды лаборантка. Заметила его случайно по пути домой и понеслось. Девушка негромко захихикала, вспоминая это.

– Что она с тобой сделала?
– шепотом произнесла Сара, проходя вокруг капсулы и рассматривая каждое повреждение. На глаза ее навернулись слезы.

Но потом она отошла в центр комнаты прямо перед капсулой, мгновенно поменявшись в лице: оно стало злым и яростным, хотя слезы все еще скатывались вниз по щекам.

– На ее месте должна была быть я. Ты это заслужил.
– Холодным тоном произнесла она и, резко развернувшись, схватила свои вещи и выбежала из зала.

***

Через два дня перед сном создатель позвал меня к себе. В эти несколько дней мне нечем было себя занять: тренировок так и не было, хотя можно было и потренироваться мне с другим человеком или самой. Но мне запретили, и приходилось все время торчать в комнате. Я перестала ходить на двенадцатый этаж - не хотела видеться с тем солдатом, а я знала, что он там будет.

Я постучала в дверь его комнаты и зашла. Там была все та же обстановка ничего не изменилось: кровати не было, только какая-то маленькая кушетка зеленого цвета в центре и кресло в дальнем углу комнаты. Со всех сторон на меня смотрели стеллажи с книгами всех сфер деятельности человека: я часто брала у создателя книги восполнить недостающие знания; на полу валялось множество бумаг; за кушеткой стоял огромный стол из красного дерева, загруженный

всяким хламом и огромная чашка с кофе, который так любил здесь весь персонал.

Он сидел на кушетке, положив ногу на ногу, и читал какие-то документы. Хмурился при каждом прочтенном ему слове. Ему было пятьдесят три или больше, мне, вроде Сара говорила, но выглядел для своего возраста довольно-таки свежо: у него была стройная, но не худая фигура среднего роста; морщины были не так глубоки, постоянно взъерошенные волосы с проседью; и очки, которые он носил время от времени. Наверное, в молодости был красавцем.

– Садись рядом со мной, - сказал он, не отрываясь от бумаг и еще больше хмурясь.
– Мы переговорили с генералом Конродом о твоей прогулке в местное поселение без Инструктора, и он дал согласие. Но с тобой поедет передовой отряд Федерации, от которого ты не должна отходить ни на шаг.

– Но как же я тогда познакомлюсь и увижу что-нибудь полезное у людей, если рядом будут солдаты?

– Ничего страшного. Потерпят их, да и наши солдаты не такие уж изверги, как ты слышала. Будь ты с Инструктором, люди бы его больше боялись, чем их всех вместе взятых.

– Почему?

– Что почему?
– не понял доктор и оторвал глаза от бумаг.

– Почему все боятся Инструктора?
– пристально глядя, спросила я.

Доктор некоторое время отводил взгляд и молчал, потом сказал:

– Ты же и так знаешь, что он творит с людьми. А его глаза...никто не смотрит в них, не выдерживает давления.

– Кто он?
– шепотом поинтересовалась я, будто бы нас могли подслушать.

– Не знаю. Никто не ответит тебе на этот вопрос. Я считаю, что это не человек, а зверь, и правительство думает, что приручило его, - и усмехнулся, - он волен сам выбирать, на чьей ему быть стороне. Почему именно Федерация - не знаю. Выбор, наверное. Но он ломает сознание своих учеников и лишь сильнейшие переживают это сумасшествие, это, как бы тебе сказать, экзамен. Умрет солдат или нет - другого быть не может. Если выжил - он уже профессионал и его ставят на ступень и звание выше, чем любого другого. Такие и командуют отрядами, ведут бои в самых горячих точках и идут на невыполнимые миссии.

– И много таких людей?

– Нет, больше сотни во всей армии Федерации. Не все хотят идти к нему, зная, что будет.

– Я ведь не выбирала, куда мне идти, меня сразу приставили к нему.

– Ты - уникальный случай. Ты пройдешь все его экзамены безоговорочно, я не сомневаюсь. Ты видела, что с ним сотворила, вот и думай, что будет дальше. А выбор свой тебе предстоит только сделать, и все будет зависеть только от него.

Я замолчала ненадолго, но потом спросила:

– Когда прибудет сопровождение, и мы отправимся?

– Завтра в десять утра. Так что будь готова к этому времени и жди у входа в базу.

– Поняла. Я могу идти?

– Да, иди, конечно, - отхлебнув кофе, сказал доктор.

***

В десять утра, как мне и сказали, я сидела на БТР в ангаре, возле выхода на улицу. Болтая ногами, я уплетала свой обед. На мне были короткие шорты, гетры, как у футболистов раньше и кеды; наверх я надела обычную майку и кожаную черную куртку поверх; волосы я завязала как всегда в хвост. Мне еще зачем-то выдали маску с запасом кислорода на несколько часов.