Рейтинг
Шрифт:
Воздуха не хватает, и он не может ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Вообще ничего не может сделать, даже пошевелиться, потому что он фантом. Чувствует, как кровь приливает к лицу, но знает, что фантомы не краснеют. «Не хватало, чтобы она заметила, насколько я жалкий с этим красным лицом. Надо выбираться, воздух скоро совсем закончится, и я задохнусь…»
Сашка проснулся и почувствовал, что лицо действительно горит. Обнаружив себя в своей собственной постели, с облегчением выдохнул, встал и пошел в ванную, чтоб умыться холодной водой. Включил свет и присмотрелся
Дверь кабинки закрылась, но воды не было. Постояв минуту, вышел обратно и заново набрал на пульте необходимые данные. Второй раз имел такой же результат.
Он уже три месяца пользовался этим душем, с тех пор как Гольдштейн поселил его в эту квартиру, но такого не было ни разу!
Оставалось только выругаться и бросить пульт на пол.
Догулялся Гуляка. Уже снятся кошмары. Почему-то Тина была непременным участником всех этих несуразных снов, в которых он был беспомощным фантомом.
Кем он был чаще — собой или Гулякой?
Похоже, что за последний месяц он проводил в сети больше времени, чем в человеческом облике. Группа, организованная отделом сетевой безопасности, практически не выходила из лаборатории. Они создали мощную установку, позволяющую как в виртуалке зайти в систему. Он бродил и бродил по этим бесконечным коридорам с красными огнями в поисках входа в центр управления. Прежний Гуляка обнаружил там поврежденные сектора и пустые ячейки, но любые попытки отдела сетевой безопасности воздействовать на цифровые показатели системы заканчивались неудачами. Любое вмешательство система воспринимала как вирус и безжалостно с ним расправлялась.
На отчеты, посылаемые модераторам, приходили формальные ответы, а поврежденные сектора не менялись.
Считалось, что место расположения сервера Главного Сайта в Рейтполисе засекречено во избежание возможного вторжения извне и известно только модераторам. Они же и должны были заниматься его обслуживанием. Даже в отделе по борьбе с терроризмом эта информация отсутствовала.
По мнению Петра Гольдштейна, система управления функциями была настолько внедрена в структуры Рейтполиса, что фактического места расположения сервер вообще мог не иметь, и составные части сервера могли находиться в разных местах, соединяясь друг с другом сетью.
Так что оставалось искать центр управления изнутри, пытаясь подобраться к поврежденным секторам через сеть.
И им это удалось. Окрыленная успехом команда Гольдштейна снарядила ремонтную бригаду, но на входе в первый же блок, система начала сканирование пришедших, выбирая их данные из своей памяти. Замигали огни, и включилась сирена. «В доступе отказано!» — монотонно повторял голос и безжалостно отшвыривал каждого, кто подходил близко ко входу.
По всей видимости, Сашку система не узнала, поэтому он смог проникнуть в первый блок, но дальше было сложнее. Коридоры с красным свечением, казалось, никогда не закончатся. Он ходил по ним, делая отметки на карте.
— Даже
Петр Гольдштейн был настроен более оптимистически.
— Он — единственный «невидимка» среди нас! Где мы найдем еще такого человека, у которого нет даже номера регистрации при рождении? Мы его научим.
Голова пухла. Сил не было. И еще эти кошмарные сны.
Тина проспала. Наскоро позавтракала и, покидав в сумку необходимые для учебы вещи, выскочила из дому и села в такси. Как обычно, вставила рейтинговую карточку в блок управления машиной, назвала адрес университета и откинулась на мягком сидении с намерением еще минут пять поспать.
Очнулась после того, что машина остановилась и предложила выйти, пожелав удачного дня.
Тина вышла и поняла, что ее привезли не туда, куда надо!
Абсолютно незнакомая местность. Она достала минипорт и обнаружила себя на огромном расстоянии от университета.
Неправильно назвала адрес?
Такси не уезжало, и она снова вставила рейтинговую карточку, отчетливо произнеся необходимый адрес.
— Ошибка, — ответила машина. — Назовите, пожалуйста, адрес.
Тина пять раз называла адрес. В итоге плюнула и вызвала другое такси.
Другая машина отвезла без проблем.
Она, конечно же, опоздала. А когда попыталась объяснить это тем, что такси не туда ее завезло и не могло понять, что она хочет, вызвала общий смешок группы и недовольство преподавателя:
— Валентина, в последнее время вы стали очень рассеянной. Соберитесь, пожалуйста, побеседуйте с психологом. Если дальше так пойдет, вы не усвоите программу.
Она выбрала специализацию «психология». И ее посылают к психологу! Ее даже такси не понимает!
— Извините, — промямлила Тина и села на свое место.
Вечером за ужином Анна Гольдштейн пожаловалась, что на работе чуть не случилась катастрофа, потому что в течение двух часов в пятой лаборатории отсутствовало электричество, и ее драгоценные эмбрионы чуть не замерзли.
— Я вообще такого не помню, чтобы у нас отключалось электричество! Куда смотрит системная безопасность?
Этот вопрос был обращен к Петру Гольдштейну, который вместо того, чтобы отшутиться или произнести что-либо глубокомысленное, почесал за ухом и промолчал.
— А я сегодня опоздала на занятия, потому что такси отказалось работать, — поделилась своей проблемой Тина.
— Это плохо, — промолвил глава семейства, и, не доев ужин, ушел в свой кабинет.
На следующий день по дороге в университет Тина увидела в окно две разбитые машины, а возле них карету скорой помощи и машину полиции. Тина остановила такси и вышла.
В «скорую» грузили носилки, на которых лежал человек с забинтованной головой! Тина первый раз в жизни видела автомобильную аварию. Покореженные машины, покореженный человек…