Релив
Шрифт:
Из темноты к ним подошёл белый пёс. Он ласково ткнулся хозяину под колено, и тот угостил его чем-то вкусным и прикрепил поводок к его ошейнику. Ольга опустила глаза и, протянув руку, потрогала мягкую шерсть на голове пса. Пёс дружелюбно лизнул её пальцы, и она слегка улыбнулась.
– П-п-простите, – наконец прошептала она всё ещё дрожа. – Я так и-с-с-п-пугалась! – заикаясь сказала она, подняв голову и посмотрев в глаза своему спасителю.
– Вам больше нечего бояться, сударыня, но нам стоит поскорее уйти отсюда. Куда Вы направлялись?
Почему этот бархатистый чуть хриплый голос действует на Ольгу так успокаивающе?
– Я… мне нужно на центральный вокзал.
– Мы проводим Вас. С Вашего
– О, я буду Вам признательна. Только мне нужно сперва найти мой саквояж. Эти люди отобрали его у меня, а у меня в нём деньги и билет, и личные вещи.
Елагин достал из кармана спички, зажёг одну из них и огляделся по сторонам.
Недалеко от того места, где они стояли, он заметил белеющую кучку женского белья и раскрытый саквояж. Он наклонился и собрал всё содержимое обратно в сумку. Он нащупал кошелёк, всё ещё полный денег, а также несколько бумаг, явно бывших билетом на поезд и документами Ольги.
– Боюсь, Ваше бельё безнадёжно испорчено. Однако, насколько я могу судить – деньги и билет на месте. – Сказав это он достал из внутреннего кармана своего жилета маленькую флягу и протянул её в дрожащие руки Ольги.
– Вот, – шепнул он, – выпейте этого. Вам станет легче.
Сама не зная почему, Ольга доверяла этому могучему великану, каким казался ей Елагин. Она покорно взяла из его большой ладони фляжку и отхлебнула её содержимое. Она захлебнулась и поморщилась, откашлявшись. Горькая и жгучая жидкость опалила её горло и у неё перехватило дыхание. Ольга протянула фляжку обратно Константину, и она вновь утонула в его крупной ладони, после чего скрылась где-то под жилетом. Не привыкшая к алкоголю в принципе, а к такому крепкому – в частности, она опьянела почти мгновенно. Константин предложил ей свою руку, и Ольга покорно вложила ладонь в изгиб его локтя. В правой руке Елагин держал саквояж и поводок. Амир шёл впереди них, словно бы освещая путь своей белой, как казахские степи зимой, шерстью.
Ольге казалось, что мир просто сошёл с ума. Ещё вчера она чувствовала себя счастливейшей из женщин. А сегодня она узнала о том, что мужчина, которому она доверила своё сердце, на самом деле использует её в своих интересах и нарушил законы природы чтобы вернуть её к себе в надежде, что она и останется с ним. Она также узнала о существовании загадочного устройства, с помощью которого Азовцев управляет графами реальности. Она узнала о ключе, состоящем из нескольких частей и догадалась о том, что свою часть Георгий хранит в приёмной своего кабинета в издательстве «Релив». Ну и, наконец, она подверглась нападению банды грабителей и душегубов, и была спасена каким-то смелым мужчиной и его псом. Но кто был этот мужчина, чьи могучие мускулы она сейчас чувствовала под своими пальцами? Можно ли ему доверять? На самом деле у неё не было выбора сейчас. Ей нужно было попасть на вокзал как можно скорее.
Они шли, сворачивая то на одну улицу, то на другую, то заходя в тёмные подворотни. Елагин не раз уже бывал в Варшаве, и хорошо знал расположение улиц и домов, и мог даже ночью найти нужную дорогу. Поэтому к вокзалу они продвигались очень быстро.
Он изредка опускал глаза и посматривал на свою спутницу. Он был вынужден признать, что у Азовцева хороший вкус. Несмотря на то, что этот подонок мог бы выбрать любую из доступных ему женщин, он выбрал именно эту – чистую и нежную. Она напоминала Елагину его младшую сестру. Ей сейчас было примерно столько же, сколько и Ольге – едва за тридцать. Она была замужем за военным и жила на Дальнем Востоке, откуда регулярно отправляла своему любимому старшему брату кедровые орехи и длинные нежные письма.
Прочитав одну из книг Ольги, он был поражён её любовью к человечеству, к тому, что она видит так много добра в этом Мире, что пытается подарить людям
Наконец, они вышли к большому и хорошо освещённому зданию центрального вокзала. Пройдя на платформу, Константин остановился и сверил свои карманные часы с большими железнодорожными часами, что висели недалеко от путей. Поезд уже ждал своих пассажиров. Он проводил продрогшую Ольгу в купе, и оставил рядом с ней Амира, а сам купил для себя билет и вернулся в вагон. В ответ на удивлённый взгляд Ольги, он сказал ей, что всё объяснит ей по дороге, а сейчас же он закрыл окно купе шторой и распорядился, чтобы принесли чай и ужин.
Поезд ехал неспешно, монотонно раскачиваясь и стуча колёсами. За окном не было видно решительно ничего. Ночь стояла тёмная, и Луны на небе не было. В ярко освещённом, но прохладном купе, Ольга почувствовала себя значительно лучше. Чай уже принесли, и он дымился горячим паром, стоя на столике. Здесь же расположились две тарелки с жареной рыбой с картофелем. Оглядев себя в маленькое карманное зеркальце критическим взглядом, Ольга осталась вполне удовлетворена увиденным, если не считать кудрей, беспорядочно торчавших то там, то здесь. Вздохнув, она взяла полотенце и вышла в коридор. Её спутника не было видно. Он вышел из купе сразу после того, как поезд тронулся, и до сих пор не вернулся. Они пробыли в пути уже двадцать пять минут, и Ольга решила, что раз его пёс чувствует себя совершенно спокойно, значит его хозяин находится где-то здесь.
Войдя в туалетную комнату, Ольга ещё раз взглянула на себя в зеркало. Щёки её всё ещё горели румянцем после ночной прогулки по морозному воздуху. Придать причёске былой опрятный вид можно было и не пытаться. Она вынула одну за другой все шпильки из волос, и они рассыпались шелковистыми волнами по её плечам. Она задумчиво расправила завитки пальцами, затем умылась и вернулась в купе. Коричневое дорожное платье её было в порядке. Однако, как справедливо заметил её спутник, бельё, которое она везла в саквояже, было безнадёжно испорчено и ей пришлось сразу же выкинуть его, после того, как она изучила содержимое своего саквояжа.
Открыв дверь в купе, она невольно вздрогнула. Её спутник вернулся и теперь расположился на своём диване с явным намерением поужинать. Она почему-то кивнула ему, смущённо улыбнулась под его внимательным взглядом и уселась на своё место. Однако, он так резко отвёл глаза, что ей показалось, что в её внешности он нашёл какой-то изъян.
Едва открылась дверь купе, как взору Константина предстала дивная картина – нежная дева, с румяными от мороза щеками, головка которой была украшена прекрасными блестящими крупными кудрями, рассыпавшимися по плечам. Глядя на неё, у него вдруг защемило сердце. У него вдруг возникло такое чувство, словно они расстались с ней очень давно и вот теперь встретились. Но откуда, спрашивал он себя, у него может быть такое чувство, если до сего дня он даже не знал о её существовании? Константин не мог понять этих ощущений, нахмурился и отвернулся, желая перевести внимание на что-то более безопасное – например, тарелку с ужином.