Чтение онлайн

Да, мы желаем, чтобы это была наша страна, для нашего народа, и это вполне понятное желание. Любой здравомыслящий человек в любой стране желает такого же для себя и инстинктивно борется с чужим влиянием. Что касается так называемых нарушенных прав еврейского населения, то разве это Германия не позволяет создать евреям свое государство, где они смогли бы жить по своим законам и правилам? «Нет», говорим мы. Германия прилагает все мыслимые и немыслимые усилия на дипломатическом поприще для того, чтобы евреи, насильно изгнанные некогда со своей родины, смогли возвратиться в свою Землю Обетованную и основать там свое государство. Фюрер делает все возможное,

дабы евреи, так и не ставшие никогда «своими» для Европы, получили свою малую толику Азии. Мы уверены, что все люди доброй воли, должны объединиться в этом стремлении!

Конечно, мы не призываем Великобританию отказаться от своих позиций в исторической Иудее. Молодое еврейское государство, когда оно будет организовано, несомненно будет нуждаться в помощи и поддержке этой великой державы, так что еще в течение многих и многих лет англичанам придется нести груз протекционизма. Однако, мы полагаем, что вся Лига Наций, весь цивилизованный мир окажут им в этом посильную помощь.

Фюрер уверен, и все честные члены НСДАП разделяют его уверенность в том, что вопрос о создании еврейского государства назрел и откладывать его более невозможно. Необходимо окончательно решить еврейский вопрос в Европе, и единственный приемлемый для этого путь — дать евреям построить свою государственность, свою страну, там, где она исторически и располагалось.

Хайль Гитлер!

Д-р Геббельс

— Запускай! — повинуясь команде начальника экспедиции паровая катапульта отправила судовой Dornier «Wal» в полет. Гидроплан рыскнул носом, но выправился и начал уверенный набор высоты. — А вы, герр Ран, можете начинать сбрасывать свои градусники за борт. Хотя, зуб даю, здесь вы ни черта не найдете.

— Почему вы в этом так уверены, герр Ритшер? — удивился Отто.

— Я эти воды на китобое не один год бороздил. — усмехнулся капитан. — Аномалии начинаются дальше.

— Аномалии? Вы ничего мне об этом не рассказывали!

— А вы не удосужились прочитать мою книгу, «Восемь лет в компании пингвинов». В этих водах творится один Бог знает что. Антарктида хранит в себе еще множество тайн, и мы лишь прикасаемся к ним время от времени, лишенные возможности проникнуть в их глубинную суть, но если бы я начал трепаться до того, как мы приступили к своей миссии, меня бы адмирал не понял.

— Рёдер? — удивился штурмбанфюрер.

— Канарис. — хищно усмехнулся Ритшер. — Вы что, действительно полагаете, что вы единственный, кто будет тут делом заниматься, а остальные так, на тюленей поглядеть прибыли?

— Первый вымпел сброшен! — прокатился над палубой голос наблюдателя.

Германия начала столбить себе землю на южном материке.

— Депутаты германского Рейхстага! — Адольф Гитлер выглядел усталым, но, в целом, довольным. Вчера из Москвы вернулся Риббентроп, и привез столь ожидаемый рейхсканцлером документ. — Я особенно

счастлив, что могу сообщить вам одну вещь. Вы знаете, что у России и Германии различные государственные доктрины. Этот вопрос единственный, который было необходимо прояснить между нами. Германия не собирается экспортировать свою доктрину. Учитывая тот факт, что и у Советской России нет никаких намерений экспортировать свою доктрину в Германию, я более не вижу ни одной причины для противостояния между нами. Это мнение разделяют обе наши стороны. Любое противостояние между нашими народами было бы выгодно другим, поэтому мы решили заключить договор, который навсегда устраняет возможность какого-либо конфликта между нами. Это налагает на нас обязательство советоваться друг с другом при решении некоторых европейских вопросов. Появилась возможность для экономического сотрудничества и, прежде всего, есть уверенность, что оба государства не будут растрачивать силы в борьбе друг с другом. Любая попытка Запада помешать нам потерпит неудачу.

Фюрер сделал небольшую паузу, чтобы выпить воды из стоящего на трибуне стакана.

— В то же время я хочу заявить, что это политическое решение имеет огромное значение для будущего, это решение — окончательное. Россия и Германия боролись друг против друга в Великую войну. Такого не случится снова. В Москве этому договору рады также, как и вы рады ему. Подтверждение этому — речь русского комиссара иностранных дел, Литвинова. Подтверждение этому — немедленная ратификация договора советским Политбюро и Секретарем ЦК ВКП(б). И вот сегодня я прибыл сюда, в Рейхстаг, в сердце Германии, чтобы убедить вас голосовать за ратификацию договора о дружбе и сотрудничестве между СССР и Германией. Все вы понимаете его огромное для нас, для всей Европы, значение, и я надеюсь на ваши благоразумие и патриотизм!

Договор был принят депутатами единогласно.

Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом

Правительство СССР и Правительство Германии, руководимые желанием укрепления дела мира между СССР и Германией и исходя из основных положений договора о нейтралитете, заключенного между СССР и Германией в апреле 1926 года, пришли к следующему соглашению:

Статья I

Обе Договаривающиеся Стороны обязуются воздерживаться от всякого насилия, от всякого агрессивного действия и всякого нападения в отношении друг друга как отдельно, так и совместно с другими державами.

Статья II

В случае, если одна из Договаривающихся Сторон окажется объектом военных действий со стороны третьей державы, другая Договаривающаяся Сторона не будет поддерживать ни в какой форме эту державу.

Статья III

Правительства обеих Договаривающихся Сторон останутся в будущем в контакте друг с другом для консультации, чтобы информировать друг друга о вопросах, затрагивающих их общие интересы.

Статья IV

Ни одна из Договаривающихся Сторон не будет участвовать в какой-нибудь группировке держав, которая прямо или косвенно направлена против другой стороны.