Чтение онлайн

Обрадованная возможности хоть чем-то заняться, барсучиха с готовностью согласилась, и они с Альфом пошли к пруду. По дороге они говорили только о Матиасе.

— Помнишь, как вы с Матиасом поймали большого хариуса? — спросила Констанция.

Брат Альф улыбнулся:

— А как же! Матиас боролся, пока мы не вытащили рыбину на берег. Я-то уже думал, что мы ее никогда не вытащим, но Матиас оказался таким сильным и ловким!

Констанция кивнула:

— Да, рыбина была огромная — хватило всему аббатству. Я сама съела три порции, а это на две меньше, чем осилил наш колючий обжора Амброзий.

Они не спеша

шли по берегу пруда и, готовясь забросить сети в воду, разворачивали их. Брат Альф шел впереди. Неожиданно Констанция услышала его крик:

— Констанция! Тут воробей!

Барсучиха подбежала к нему и посмотрела туда, куда он указывал лапой. В пруду, наполовину погруженный в воду, плавал воробьиный король. Не раздумывая ни секунды, Констанция прыгнула в пруд и вытащила воробьиное тело на мшистый берег.

— Похоже, он мертв. Брат, беги скорее за подмогой, пусть принесут лампы.

Барсучиха принялась внимательно осматривать пруд. Почему никому не пришло в голову поискать Матиаса в пруду? Вскоре подоспела и подмога.

— Вот и мы, Констанция. Винифред и еще три выдры беззвучно скользнули в воду. Винифред на ходу отдавала приказы:

— Делим пруд на четыре части. Я беру на себя южную часть. Мыши со всех сторон окружили пруд. Все молча смотрели на выдр, время от времени выныривавших на поверхность. Ничего!

Вдруг все закричали: Винифред показалась на поверхности воды с неподвижным телом в лапах. Мыши тотчас помогли ей выбраться на берег. Отряхиваясь, как собака, Винифред сказала:

— Он был в воде наполовину. Хорошо, что застрял в тростнике. Все столпились вокруг неподвижного тела, задавая друг другу один и тот же вопрос:

— Это Матиас?

Констанция с трудом протолкалась через плотную толпу. Аббат и Василика шли за ней. Аббат Мортимер негромко уговаривал мышей:

— Прошу вас, разойдитесь. Отойдите в сторону, прошу вас.

Толпа послушно отступила. Принесли побольше ламп. Аббат стал делать все возможное, чтобы оживить неподвижное, безжизненное тело Матиаса. Василика задала вопрос, который мучил всех:

— Отец настоятель! Он жив?

Выдра Винифред положила свою мокрую лапу ей на плечо:

— Не надо мешать аббату. Скоро мы все узнаем.

Через толпу протолкался брат Альф:

— Винифред, одна из твоих выдр нашла перевязь и ножны. Недалеко от того места, где был Матиас.

— Несите сюда, — сказала Констанция. — Может быть, это поможет Матиасу ожить? Всякое ведь бывает.

Аббат поднял голову и сказал:

— Василика, дай мне лампу. Быстрее, дитя мое! Он поднес стекло лампы к самому носу Матиаса — оно слегка затуманилось.

— Он жив! Василика, Матиас жив! Скорее, скорее, принесите одеяла и носилки, надо отнести его в аббатство…

Констанция осторожно подняла Матиаса с земли. Она бережно прижала мышонка к своему теплому меху. Звери расступились, образовав по обеим сторонам от нее живой коридор. Барсучиха быстро пошла к лазарету. Огоньки ламп мелькали в темноте, словно светлячки, а колокол Джозефа возвестил аббатству и всему лесу радостную весть.

Стояло тихое летнее утро. Нежный свет зари медленно растекался над землей, а потом, как всегда неожиданно, на луга и лес брызнул яркий солнечный свет. Синие, золотые, розовые капли росы тут

же превратились в сверкающие самоцветы, паутина стала блестящей филигранью, а птицы, приветствуя прекрасный летний день, радостно запели. Но Клуни Хлыст не замечал окружающей его красоты. Его единственный глаз щурился от дыма утренних лагерных костров.

— Наверное, сегодня будет жарко, как в преисподней, но дождя, по крайней мере, не предвидится, — подумал он вслух.

Под нетерпеливым взглядом Клуни его банда, на ходу доедая завтрак, бросилась разбирать оружие. Вскоре перед Клуни стояли шеренги вооруженных крыс.

Оруженосец закончил облачать хозяина в доспехи, и Клуни тотчас концом штандарта подал знак. Темнокогть, Жабоед, Сырокрад, Черноклык, Грязнонос и Шелудивый поспешили занять свои места в армейском строю. Клуни так и не назначил себе заместителя, но намекнул своим подчиненным, что отличившийся в предстоящем сражении немедленно получит повышение. Хорек Кроликобой, сжимая в лапах барабан, сделанный им из старой кадки, стоял рядом с хозяином. Он считал себя армейским барабанщиком и предсказателем. Хорек смотрел на хозяина, не отводя ни на секунду глаз, и, увидев, что тот собирается заговорить, ударил в барабан, призывая крыс к молчанию. Клуни поднял забрало и оглядел застывших в ожидании солдат.

— Сегодня нам предстоит решающее сражение! — крикнул он. — Об отступлении не может быть и речи! Мы не отступим ни в коем случае! Не отступим! Всякий, кто сделает хоть шаг назад, будет убит! Всякий, кто нарушит приказ своего командира, будет убит! Всякий, кто не будет драться изо всех своих сил, будет убит! Вы знаете, что Клуни не бросает слов на ветер. Слушайте! Перед нами всего лишь робкие мыши. Когда мы победим, я награжу вас так, как вам и не снилось. Наши враги не умеют воевать так, как мы! Они не умеют убивать! Среди них нет никого, кто мог бы вести их вперед, как веду вас я!

В середине первой шеренги стоял солдат, раненный в первом сражении под стенами аббатства. Уголком рта он прошептал своему соседу:

— Ха, «веду вас»! А сам-то стоял далеко позади нас, на лугу.

Чуткое ухо Клуни уловило сказанное солдатом. Он спрыгнул с помоста и, крепко схватив дрожащего бедолагу, пинками выгнал его из строя.

— Видите этого негодяя? — прокричал Клуни. — Он усомнился в том, что я — ваш предводитель. Знайте, Клуни Хлыст видит и слышит все. А теперь смотрите, и пусть это послужит уроком всякому, кто дерзнет усомниться во мне. Избитый до полусмерти солдат лежал, содрогаясь, на земле. Крысы смотрели затаив дыхание. Солдат умоляюще ловил взгляд единственного глаза Клуни.

— Пожалуйста, хозяин, я просто пошутил, я не хотел…

Крак! Мощный хвост взвился вверх, и отравленный боевой шип тотчас вонзился между глаз несчастного. Армия в ужасе смотрела, как по телу жертвы прошла судорога, бездыханный бедолага вытянулся у ног Клуни. Равнодушно пнув лапой мертвое тело, Клуни Хлыст пошел к воротам кладбища.

Сегодняшний поход к Рэдволлу не обещал быть легким: нужно нести таран и все прочее, необходимое для штурма. Штурмовать придется, видимо, утром завтрашнего дня. Клуни не собирался таиться. Чтобы устрашить врага, его армия подойдет к самым воротам аббатства в открытую и в полном вооружении. Клуни взмахнул штандартом. Хорек забил в барабан, и Клуни Хлыст заорал что есть мочи: