Чтение онлайн

— Ты это верно сказала, белка, — ответил Клуни. — Но подумай сама. Когда я выиграю войну, — а ты знаешь, что я ее выиграю! — я, как и поклялся однажды, убью в Рэдволле всех. А теперь подумай: ведь среди них может оказаться кто-то, кто тебе дорог, — муж, сын… Клуни отпрыгнул в сторону, увертываясь от града колючих каштанов.

— Гнусный убийца! — крикнула Джесс. — Жадный подонок! Только попробуй тронуть мою семью — я вырву твой последний глаз!

Когда на Клуни обрушился новый град каштанов, он понял, что ему удалось вывести белку из себя.

— Кидаться

каштанами толку мало. Послушай, мы оба разумные существа. Все, о чем я тебя прошу: подумай о своей семье. Если не хочешь, можешь не вступать в мою армию. Можешь хоть целую вечность просидеть на этом дереве, мне все равно. Мне ведь нужен только этот маленький клочок гобелена — вот и все. Разве это так уж много? Если ты вернешь его мне, твои близкие останутся невредимы, обещаю. Джесс уже собиралась обрушить на Клуни новую порцию каштанов и оскорблений, но вовремя догадалась о его замысле. Он прибегал к той же уловке, что и они с Бэзилом: ждал, что она перестанет осторожничать. Ну что ж, в эту игру можно поиграть и вдвоем!.. Следившие за белкой крысы увидели, что Джесс стала нервно кусать губы и потирать лапы. Потом она судорожно вцепилась когтями в гобелен и прижала его к груди.

— Мне нет никакого дела до того, что ты сделаешь с Рэдволлом, — сказала Джесс, — но у меня есть семья — муж и малютка сын. Ты вправду не тронешь их, Клуни?

Тот, уловив в ее голосе слезы, поспешил успокоить.

— Нет, нет, как можно, — ласково сказал он. — Ты только брось вниз этот клочок ткани — вот и все. После этого можешь считать, что твоя семья в полной безопасности. Верь мне, белка. Даю слово чести.

Джесс утерла глаза портретом Мартина и, жалобно всхлипнув, сказала:

— Ну что ж, если ты обещаешь, что не тронешь мою семью, бери себе эту ветошь. Мне она не нужна. Джесс выпустила тряпку из лап. Кружась, она полетела вниз. Клуни еле удержался, чтобы не броситься к ней. Бросился к ней Кроликобой, глаза его сверкали восторгом. Хорек бережно подхватил тряпку и протянул ее Клуни:

— Вот оно, сокровище, ваша честь, в целости и сохранности.

Клуни быстро схватил тряпку. Его единственный глаз прищурился: обманули! Клуни закричал так, что его подчиненные в страхе бросились в кусты. Раздирая тряпку в мелкие клочки, Клуни безумно вопил:

— Подделка! Грубая подделка! Никому не нужная дрянь! Джесс с ветки дерева смотрела на него с мрачным удовлетворением.

— Да, крыса, никому не нужная дрянь, такая же, как и ты сам! Настоящий портрет Мартина уже давно в Рэдволле. Я все-таки сумела провести тебя.

— Убейте ее! Убейте паршивую обманщицу! — раздался истошный крик Клуни.

Но не успели крысы поднять копья, как Джесс уже скрылась из виду. С головокружительной скоростью перепрыгивая с дерево на дерево, она поднялась на самые верхние ветки и помчалась в аббатство Рэдволл.

Когда Джесс добралась до аббатства, уже начинало темнеть. Услышав радостные мышиные крики, она поняла, что портрет Мартина вернулся на свое законное место. Она как спрыгнула с высокого вяза на стену аббатства, ее окружили обрадованные друзья и, конечно, муж. Он едва

не задушил ее в объятиях. А Молчун Сэм, уселся у матери на плече и стал ласково гладить ее по голове своей дочиста обсосанной лапой. Мыши подняли Джесс и на вытянутых лапах понесли в трапезную, где уже чествовали другого героя — Бэзила Оленя. На мгновение оторвавшись от громоздящейся перед ним горы изысканной снеди, заяц указал белке на свою лапу, обмотанную бинтами.

— Боевое ранение, — прокомментировал Бэзил, поглощая пирог с айвой и бузиной. — Нужно как следует восстановить силы. Хорошее питание — единственный способ вылечить раненого. Как говорится, рану надо подкармливать, не так ли?

Сэм радостно прыгал по столу. Он показал Бэзилу малюсенькую царапину на необсосанной лапе. Заяц изучил ее самым серьезным образом.

— Так, у нас еще один раненый. Садись-ка рядом, солдат. Накорми свою рану как следует — это самое главное! И оба с такой жадностью набросились на еду, что вошедший в трапезную монах Гуго только лапами всплеснул от удовольствия.

— Звери добрые! — радостно провозгласил он. — На нашей розе появились новые бутоны. Ешьте, ешьте, дорогие, сколько душе угодно!

Джесс с озабоченным видом положила лапу на плечо толстяка:

— Гуго, старина, мужайся. Я принесла тебе грустную весть.

На пухлой физиономии Гуго изобразилась тревога.

— Что случилось?

Джесс заговорила прерывающимся от волнения голосом:

— Ох, Клуни в клочки порвал одну из твоих старейших и любимейших тряпок! Увы, уже никогда тебе не вытереть ею тарелку!

Бэзил и Сэм от смеха чуть не подавились яблочным пудингом.

В Большом зале брат Мафусаил старательно работал иглой и ниткой. Он пришивал портрет Мартина Воителя на его прежнее место в гобелене.

Матиас нежился в тепле воробьиного гнезда. Он лениво потянулся и заворочался, стараясь забраться поглубже в подстилку из сухого мха, пуха и мягкой травы. Ночью поднялся сильный ветер. Наконец высунувшись наружу, Матиас увидел, что наступил хмурый ветреный день — такие бывают иногда среди необычно жаркого лета. По небу ползли хмурые облака, но дождя не было, ветер был по-летнему теплым. Но он так неласково свистел и завывал в щелях крыши, что мышонок юркнул обратно в гнездо и снова зарылся в теплый пух. Хорошо — словно в своей постели. Матиас вспомнил о своей уютной комнатке, и ему вдруг стало тоскливо. Вернется ли он когда-нибудь домой? Послышался шум крыльев — это вернулась хозяйка гнезда.

— Матиас, мышь-соня! Вставай! Сегодня день делать дела.

Мышонок потянулся, зевнул и почесал затылок.

— Доброе утро, Темное Крыло, — вежливо сказал он. — Какие дела надо делать сегодня?

Воробьиха озабоченно посмотрела на мышонка:

— Сегодня Матиас бежать Воробьиный Двор. Моя иметь план, король неправильно держать мышь плен.

Сон Матиаса как ветром сдуло.

— План? — переспросил он. — Какой еще план? Рассказывай скорее, Темное Крыло!

Воробьиха начала объяснять: