Развод. Проучить предателя
Шрифт:
ГЛАВА 65
Мира
Где-то слышала, что жизнь можно измерять разными мерками: годами, событиями, людьми, которые в ней появляются и исчезают. Или поворотными моментами, когда ты вдруг понимаешь, что больше никогда не будешь прежней.
Для меня таким моментом стал тот телефонный звонок, когда я случайно подслушала разговор бывшего мужа
За прошедшие пять лет многое изменилось. Компания расцвела под моим руководством — мы открыли линейку безалкогольных напитков, запустили экологическую инициативу, создали программу поддержки молодых предпринимательниц.
Я научилась доверять своим решениям и перестала оглядываться на чужое мнение.
Но главное, я научилась любить себя.
— Мам, ты не видела мою сапфировую шпильку? Ту, которую ты подарила мне на двадцатитрехлетие? — голос Карины доносится из гримерки загородного отеля, где через час начнётся её свадьба.
— В шкатулке с синими камнями, — отвечаю, поправляя завиток её волос. — Ты сама положила туда вчера, помнишь?
Карина кивает, хватаясь за голову:
— Господи, я ничего не соображаю! Свадебный мандраж — это реально! Скажи, ты тоже так нервничала перед свадьбой с Александром?
Улыбаюсь, вспоминая нашу церемонию четыре года назад. Камерную, у океана, только самые близкие. И то чувство абсолютного спокойствия и правильности, словно наконец-то пазл моей жизни сложился.
— Вообще ни капли. Когда знаешь, что выходишь замуж за правильного человека, страха нет. Есть только нетерпение поскорее начать новую жизнь.
Карина внимательно смотрит на меня в зеркало, и я замечаю, как похожи стали наши глаза — не только цветом, но и тем светом, который в них теперь живёт.
— А с папой... тогда... ты чувствовала то же самое? — осторожно спрашивает она.
Вздыхаю. Мы редко говорим о Гордее. Для Карины прозрение насчёт отца было болезненным, но необходимым. Помню, как она ворвалась в мой офис после того, как узнала правду о его махинациях, о том, как он обворовывал компанию, как на самом деле относился ко мне.
«Всю жизнь он учил меня, что нужно добиваться целей любыми средствами, что главное — результат, а не путь, — она тогда плакала, вцепившись в подлокотники кресла. — Я же считала его идеалом! А он... он просто мошенник!»
Она тогда искренне просила у меня прощение за своё поведение.
Мне потребовалось немало усилий, чтобы объяснить дочери: люди редко бывают однозначно хорошими или плохими. Даже Гордей, при всех своих недостатках, дал ей многое: образование, возможности, свою любовь — по крайней мере, в ней я никогда не сомневалась.
— У меня с твоим папой всё было сложнее. Я любила... образ, который сама же и создала в своей голове. Идеального, сильного, заботливого мужчину. А реального Гордея я, наверное, и не знала никогда.
— А сейчас? — она встаёт, поправляя фату. — Что ты чувствуешь к нему
Задумываюсь. Этот вопрос я задавала себе много раз. Ненависть давно остыла. Обида затянулась, как старый шрам — иногда ещё ноет к перемене погоды, но уже не кровоточит.
— Благодарность. Если бы не он, я бы не стала той, кто я есть сейчас. Не научилась бы ценить настоящую любовь, настоящую свободу. Не поняла бы, на что способна. Так что... да, пожалуй, я благодарна ему за этот урок.
Карина подходит и крепко обнимает меня.
— Мама… я всё же больше похожа на тебя, чем думала, — шепчет она. — И я очень горжусь тобой. Тем, как ты смогла всё изменить, начать с чистого листа.
Чувствую, как к горлу подкатывает ком. Эта девочка, которая когда-то бросала мне в лицо самые жестокие слова, теперь стала моей лучшей подругой. Мы прошли долгий путь.
— Посмотри на нас, — смеюсь сквозь слёзы. — Размажем весь макияж до церемонии!
В дверь стучат.
— Дамы, можно войти?
— Нет! — в один голос кричим мы с Кариной. — Жениху нельзя видеть невесту!
— Я один, жениха тут нет, — смеётся Саша. — Просто проверяю, не нужна ли помощь? Там гости уже собираются.
— Спасибо, дорогой, — отвечаю. — Мы почти готовы.
Когда шаги Александра затихают, Карина хватает меня за руку:
— Мам, ты уверена, что справишься? Вы не виделись почти год.
— Эй, это твой день, — улыбаюсь, поправляя её диадему. — Я не позволю никаким призракам прошлого его испортить. Всё будет хорошо.
Церемония проходит как в сказке.
Открытая площадка в саду, декорированная живыми цветами. Арка из белых пионов и эвкалипта. Музыканты, играющие что-то нежное и струнное. И моя Карина — сияющая, счастливая, взрослая — идёт к алтарю, где её ждёт Антон, её избранник.
Смотрит на него так, будто во всём мире не существует никого, кроме них двоих.
Поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с Александром. Он сидит рядом со мной в первом ряду, красивый до невозможности в своём тёмно-синем костюме. Потрясающий мужчина, от которого у меня перехватывает дыхание. Его рука накрывает мою, слегка сжимает — и в этом простом жесте больше интимности, чем в самых откровенных ласках.
Он чуть наклоняется ко мне:
— О чём задумалась? — шепчет, пока ведущий произносит торжественную речь.
— О том, как мы с тобой стояли под такой же аркой и ты смотрел на меня будто я — чудо.
— Ты и есть чудо, — его губы едва касаются моего уха, посылая волну мурашек по спине. — И сегодня ты затмеваешь даже невесту, что, вообще-то, неприлично.
Шутливо толкаю его локтем, но понимаю, что он не так уж неправ. Для пятидесятилетней женщины я выгляжу потрясающе. Регулярные тренировки, правильное питание, забота о себе — всё это творит чудеса. Но главное — внутренний свет, который теперь свободно льётся из меня, не сдерживаемый ни страхами, ни сомнениями.