Чтение онлайн

Она открывает рот, чтобы еще что-то сказать, но над входной дверью звякает колокольчик, оповещая о первом за сегодня покупателе, и Вера выходит в торговый зал. Я встряхиваю руками, чтобы кровь хоть немного начала поступать в холодные пальцы, а потом принимаюсь за распаковку свежих цветов.

Мне нужно как можно скорее прийти в себя, потому что скоро Вера оставит меня одну в магазине. Она хочет заняться доставкой и открытием интернет-магазина, а это требует времени и ее присутствия.

— Саш, — шепчет Вера, и я поворачиваю голову, чтобы посмотреть

на нее. — Там тебя какой-то парень зовет. Симпатичный такой, — с улыбкой добавляет она. — Не тот… твой бывший. Говорит, что очень срочно хочет с тобой поговорить.

Я хмурюсь, не совсем понимая, что за парень. У меня и знакомых парней-то…

— Платон? — спрашиваю тихо, как будто Вера может знать, кто он.

— Кто?

Я не отвечаю на ее вопрос, протискиваюсь мимо хозяйки магазина и быстро прячусь назад.

— Что такое?

— Скажи, что меня нет. Я вышла… не знаю, куда-то. Скажи, что ушла. Что у меня заболел живот. Что угодно скажи.

— Саш, не дури, такой хороший мальчик.

Мы вместе выглядываем из подсобки, и в этот момент я сталкиваюсь с Платоном взглядами. Он неуверенно улыбается и, подняв руку, коротко машет в знак приветствия. Мне приходится натянуть маленькую улыбку и выйти из своего укрытия.

— Привет, — здоровается Платон. — Можем… — кивает на дверь, — поговорить?

— Вер, я на минутку.

— Да хоть на десять, — отвечает она с улыбкой.

Могла бы сказать, чтобы я не задерживалась, чтобы у меня была возможность быстро свернуть разговор. Я сейчас как-то не готова вести светские беседы. Никакие не готова. А Платон наверняка начнет задавать вопросы. И начинает, как только мы отходим на пару шагов в сторону от входа в магазин.

— Куда ты подевалась, Саш? — спрашивает он. — И что с лицом? Ты заболела?

Я хватаюсь за эту возможность, которую он сам мне подсказывает.

— Да, немного. Прости, когда болею не могу ни с кем общаться.

— Ну я волновался. Надо было хоть на одно сообщение ответить. А как твоя собака? Кто ее выгуливал?

— Ну… подруга.

— Подруга? У тебя разве есть подруга?

— Что ты знаешь о моих друзьях? — слегка разозлившись, спрашиваю я. — Я ни разу тебе ни о ком не рассказывала.

— Ну было бы классно, если бы рассказала. Я как раз вчера вечером думал о том, что столько всего рассказал о себе, а ты мне почти ничего.

— Что за претензии? — завожусь я.

— Черт, прости, — он проводит рукой по волосам и на пару секунд отводит взгляд в сторону. — Не с того начал. Короче, я волновался, и сейчас разозлился, что ты уже работаешь, — он показывает рукой на магазин за моей спиной, — а мне так и не нашла времени написать.

— Прости, — отвечаю спокойнее.

— Это ты прости за наезд. Я правда волновался. Подумал, может… той попыткой поцеловать оттолкнул тебя. Типа сильно поторопился, и ты испугалась.

На моем лице сама-собой появляется улыбка. Я качаю головой и прикусываю нижнюю губу.

— Нет, ты ошибаешься. Ты не испугал меня. Поторопился немного — да. Но

не испугал.

— Ладно, — кивает он несколько раз и тоже улыбается. — Хорошо. Ну так это… ты уже совсем поправилась?

— Почти.

— То есть, сегодня в парк ты не пойдешь?

— Пойду, конечно. Надо же Сахарок выгулять.

— Тогда… встретимся там?

— Хорошо. Я буду там в шесть.

— Я тоже как раз собирался выйти ровно в шесть, — улыбается Платон, и его обезоруживающая улыбка омывает мое разбитое сердце. Она подсказывает, что все не так безнадежно для меня, как могло бы показаться.

— Отлично. Значит, там и встретимся.

— Ладно. А можно… мне можно тебя обнять? По-дружески?

— Да, — соглашаюсь с кивком. — Обнять можно. По-дружески, — добавляю на всякий случай, уже утопая в аккуратных объятиях Платона.

От него пахнет какой-то дерзкой туалетной водой со свежими нотками. Объятия теплые и такие… не очень мужские. Не крепкие, собственнические. А легкие, как и сам Платон. Вот кто идеально подошел бы мне. С кем я могла бы строить совместную жизнь, опираясь на наши общие интересы. Мы бы могли развиваться вместе, и тогда я бы не чувствовала, что меня приютили, как бездомного котенка. Хотя Сергей сделал все, чтобы у меня не было такого ощущения. И все равно иногда мне казалось, что я для него делаю намного меньше, чем он — для меня.

Внезапно Платон с рывком отрывается от меня и отлетает в сторону. Я пялюсь широко распахнутыми глазами на то, как Сергей отшвыривает его и с яростью смотрит на парня.

— Что ты делаешь? — выкрикиваю. — Прекрати!

— Испарился! — бросает он Платону.

Тот обретает равновесие и задирает подбородок.

— А то что? Ты кто такой?

— Сваливай, — цедит Сергей. — И не приближайся к ней больше.

— Какое право ты имеешь решать за меня?! — выкрикиваю я, приближаясь.

— Саш, не вмешивайся, — Платон перегораживает мне дорогу рукой, но я ее отталкиваю.

— Свали, я сказал, — рычит Сергей на него.

— Платон, — я поворачиваюсь лицом к нему. — Иди. Вечером увидимся, — добавляю более мягко.

— Саш, я тебя не оставлю с этим агрессивным придурком.

— Все нормально, клянусь, — выдавливаю из себя натянутую улыбку. — Я должна сама решить эту проблему. Пожалуйста, — добавляю шепотом.

Я вижу, как быстро раздуваются его ноздри, и какой агрессивный взгляд он бросает на Сергея.

— Позвони мне, ладно? Как закончишь тут, — он кивает на моего бывшего мужа.

— Ладно.

— Она не позвонит, — недовольно бросает Сергей. — Даже не надейся.

— Это не тебе решать, — отрезаю я, провожая Платона взглядом. Когда он скрывается за углом магазина, я поворачиваюсь лицом к Сергею и складываю руки на груди. — Зачем приехал?

— Нам надо поговорить. Ты вчера сказала все, что хотела, но не дала высказаться мне. Присядем, — он кивает на машину за его спиной.

— Нет. Я никуда с тобой не поеду. И мне пора возвращаться на работу.

— Какая ты стала…