Развод. М - значит месть

Дверь подалась настолько мягко, что мужчина не заметил, как в спальню кто-то вошёл.

– Я соскучилась, - горячее дыхание коснулась уха, и Преображенский резко обернулся. Бросил взгляд за спину горничной, и лицо исказилось страхом. Если жена увидит сейчас, его план не сработает. Схватив девушку за локоть, намеревался вытолкнуть, только она повисла на нём, покрывая лицо поцелуями.

– Не могу больше ждать, - шептала негромко. – Когда ты скажешь своей бесплодной жене, что разводишься?

– Рита, - зубы Преображенского

сжаты. Неужели нельзя немного подождать? Она будет рядом, только лучше в богатстве, чем без него. А для этого предстоит сделаеть кое-что. С Владой действительно пора прощаться. Она дала ему то, что нужно, можно расходиться, как в море корабли.

Любви сильной никогда не было, да, жена ему нравилась: стильная, яркая, богатая, красивая. С такой притворятся куда легче, чем со старой или некрасивой, тут Преображенскому повезло, что ни говори. Но теперь всё изменилось, пришло время. Богатый папочка поможет оправиться от всего, с него не убудет, а вот Игорь, наконец, докажет, что не жена сделала ему имя, он сам всего добился!

– Уйди отсюда, - пытался вытолкать девицу мужчина.

– Да нет её, - успокоила она любовника. – Тише-тише, - гладила красивое лицо ладонью, взяла вторую руку и положила себе на живот.

Преображенский замер, поднимая на девушку глаза. Пуговица за пуговицей расходились на её теле, и Преображенский следил, как открывается взору аппетитная часть. Смерив её взглядом, взял с тумбочки телефон, набирая охраннику.

– Позвонишь, когда Влада приедет, - и тут же положил телефон. Сел на кровать, кивая на пол перед собой, и Рита послушно опустилась на колени, чтобы ублажить хозяина, за которого в скором времени собиралась замуж. Только у Преображенского были немного другие планы. Настолько далеко он не заглядывал. Ему надо стать хозяином всего, что есть сейчас у них на двоих с женой, и он знал, что станет делать.

Открываю глаза, голова гудит. Быстро прокручиваю события в памяти. Нет, я не пила алкоголь, но отчего так хочется спать? На меня наведена камера, с экрана которой смотрю заспанная я и улыбающийся Руслан, друг моего мужа. Затвор срабатывает несколько раз, пока мужчина позирует. Но у нас ничего нет и никогда не было! Резкий страх заполняет внутренности. Чувствую себя использованной, но я ничего не делала! Я люблю только мужа! Кто же тогда положил меня в кровать к чужому мужчине? Это срочно надо выяснить!

Округляю глаза и резко сажусь на кровати, подтягивая на себя одеяло, ведь я абсолютно голая, но, кажется, он уже сделал нужное, потому спокойно высвобождает руку из-под моей головы и выбирается из постели.

Может, мне всё это снится? Убираю с лица длинные густые волосы, пытаясь прийти в себя.

– Что ты сейчас делал? – говорю хрипло, голос плохо слушается, а во рту пустынная сушь.

– Просто фото на память!

– Какая к чёрту память? – голова тяжёлая, словно внутри камни, мешающие быстро соображать.

– Ну кто мне поверит, что я был в постели у жены Преображенского?
– скалится он, и его лицо становится некрасивым. Ещё вчера он приятно улыбался, весело шутил и казался

душкой.

– Это же бред! – выдыхаю, не понимая, что за розыгрыш. – Почему я голая?

– А ты не помнишь? – вскидывает кустистые брови, будто издеваясь надо мной. – Потому что ты сама пожелала, чтобы я тебя раздел. И не только раздел, - делает прозрачные намёки.

– Но этого не может быть! – вскрикиваю, удивляясь его наглости, а она трясёт в воздухе телефоном, на который снял лживые фотографии. Совершенно меня не стесняется, разгуливая по комнате в чём мать родила, и я отвожу глаза, закрываясь козырьком ладони, не желая смотреть на его пусть и красивое тело.

Когда Игорь позвонил мне, сетуя, что рейс из Стокгольма перенесли, я расстроилась. Он обещал вернуться к выходным, и у меня были планы. Сказать, что я соскучилась, ничего не сказать, но дела они такие.

– Слушай, - голос мужа звучал обыденно, и я даже представила, что именно в этот момент он стоит у окна, смотря на улицу, как делал это по обыкновению, разговаривая по телефону. – Звонил Руслан, у него стыковка неудобная, заедет к нам переночевать, а утром улетит.

Я замерла с трубкой около уха, не понимая, кто такой Руслан, и почему ему не снять отель на ночь.

– Ну, милая, помнишь, я рассказывал, что это мой друг детства. Руслан Макаров.

– Нет, - я копалась в памяти, пытаясь припомнить, о ком именно он говорит. – Не понимаю, почему ему не поехать в гостиницу?

– А я не понимаю, почему ему не остановиться у нас, - настаивал Гар. – Он мой друг!

– Но тебя здесь нет! – сделала резонное замечание.

– Если бы ты попросила принять твою знакомую, я даже не стал бы задавать вопросы. Но, если мои друзья тебе никто…

– Ладно, - я сдалась. В конце концов это только на одну ночь. Дом большой, подготовлю ему гостевую комнату на первом этаже. – В котором часу он будет?

– Около восьми.

Бросила взгляд на часы, успеваю.

– Я тебя люблю, - пропел Игорь в телефон, и я расплылась в улыбке. Три года счастья, где я не перестаю благодарить Бога, что у меня такой заботливый и внимательный муж.

Встречаю Руслана в длинных свободных брюках и светлой кофте, намеренно избегаю обтягивающих вещей. Неприлично ходить перед ним в домашней одежде, потому выбрала что-то между. Он расплывается в улыбке и лезет меня обнимать, я не отстраняюсь, момент неловкий оттолкнуть человека, но чувствую себя не в своей тарелке. Во-первых, вижу его впервые, во-вторых, он мне по сути никто. Но, если это друг мужа, я могу ему доверять так же, как Гарику.

– Наверное, ты голоден, - я хорошая хозяйка, манеры мне прививали с детства, потому приглашаю в столовую, накрывая на стол.

Он кивает и садится напротив, не сводя с меня взгляда, а мне неловко. Не могу усидеть на одном месте, потому встаю, интересуясь, что он намерен пить?

Он достаёт из багажа бутылку вина, предлагая выпить за знакомство, но я категорична. Отвергаю любое спиртное в попытке забеременеть, и теперь отходить от принципов не намерена.

– Пару глотков, - настаивает, но я не иду на поводу, и он мрачнеет.