Чтение онлайн

— К черту тестирование второй ступени! Я зарегистрировался для прохождения теста по техническим специальностям. Просто подожду.

Регистратор согласно закивал, постукивая кончиком карандаша по зубам.

— Ага, вы, конечно, можете и подождать. Помню одного типа, который ждал целых девять лет. А потом прошел коррекцию личности, и за неделю мы устроили его на работу.

— Девять лет? — Мелдон покачал головой. — Кто придумывает эти правила?

— Кто их придумывает? Да никто! Они записаны в Книге.

Мелдон наклонился над столом.

— Ну

тогда, кто пишет эту книгу? Где я могу найти авторов?

— Вы имеете в виду Руководство? — Регистратор возвел глаза в потолок. — Оно наверху, на следующем уровне. Но, приятель, не тратьте время понапрасну. Вы не сможете попасть туда. Начальству некогда спорить с каждым встречным-поперечным. Это система…

— Ага, — отворачиваясь, сказал Мелдон. — Я уже слышал об этом…

Мелдон поднялся на лифте на один этаж и вышел в фойе, глухие стены которого были увешаны стендами с цитатами. По всему фойе были расставлены каменные урны с песком и кадки с покрытой пылью юккой. В фойе выходила единственная дверь — задвижная, из полированного металла, на которой крупными буквами было написано: “Департамент трудоустройства — вход только для персонала”. Март попытался открыть эту дверь и обнаружил, что она надежно заперта.

Кроме Мелдона, в фойе никого не было. Где-то тихо гудели воздушные компрессоры. Мелдон прислонился к стене и стал ждать. Через десять минут двери лифта с шипением открылись, выпустив медлительного мужчину в синем комбинезоне с желтым жетоном в руке. Он сунул жетон в двухдюймовую прорезь рядом с железной дверью. Раздался негромкий щелчок. Дверь отъехала в сторону. Следом за рабочим Мелдон торопливо проскользнул внутрь.

— Эй, в чем дело? — спросил рабочий.

— Все в порядке, я — координатор, — быстро ответил Мелдон.

— А-а. — Рабочий осмотрел его с головы до ног. — Эй, а где ваш идентификатор?

— У меня новая экспериментальная система. Идентификатор вытатуирован на моей левой ступне.

— Черт! Вечно они придумают какую-нибудь ерунду.

Рабочий пожал плечами и пошел по коридору, устланному толстым ковром. Мелдон неторопливо последовал за ним, внимательно изучая таблички на дверях. Увидев дверь с надписью “Секция критериев”, он решительно вошел внутрь. Девушка, чье лицо изрядно портила полнота, оторвалась от бумаг, продолжая энергично двигать челюстями, взглянула на Марта и сразу же нажала кнопку на крышке стола.

— Привет, — сказал Мелдон и попытался улыбнуться как можно лучезарнее. — Я хотел бы увидеть главу отдела.

Девица продолжала напряженно жевать, не спуская с него глаз.

— Я не отниму у него много времени…

— Само собой, чувак, ты не отнимешь много времени, — заметила девица.

Открылась дверь. В комнату заглянул мужчина в форме. Служащая лениво указала пальцем на Мелдона.

— Он ворвался, — заявила она. — И к тому же без жетона.

Охранник мотнул головой в сторону коридора:

— Давай сюда…

— Послушайте,

мне необходимо увидеть руководителя…

Коп крепко ухватил его за руку и помог выйти за дверь.

— Никакого покоя нет от таких, как вы, — заявил коп. — И чего вы претесь сюда, а не идете по указателям за трудоустройством?

— Понимаете, они сказали мне, что я должен пройти нечто вроде электронной лоботомии, которая сделает меня настолько тупым, что я смогу занять должность регистратора или вахтера…

— Попридержи язык, болтун, — сказал охранник и выпихнул Мелдона в фойе. — Убирайся! И пока не получишь жетон, не устраивай своих грязных трюков. Понял?

Мелдон сидел в публичной библиотеке за полированным столом, отделанным под дуб, и листал брошюру, озаглавленную “Коррекция личности адаптирует человека к работе”.

“…Неврозы возникают из-за напряжения, которое человек испытывает на работе, — прочитал он на одной из страниц. — Таким образом, работник, подвергшийся коррекции личности, наслаждается глубоко заложенным удовлетворением, которое проистекает от того, что человек Выполняет Работу. Это удовлетворение свободно от непродуктивных импульсов, вызывающих внутренние конфликты, и лишено путаницы бесполезных умозрительных настроений…”

Март встал и подошел к столику, за которым сидела библиотекарша — крашеная брюнетка с безвольным подбородком и зеленым жетоном, болтающимся на плоской груди.

— Я хочу что-нибудь более объективное, — сказал он тем хриплым шепотом, каким принято говорить в библиотеках. — В этой брошюре нет ничего, кроме пропагандистских бредней.

Библиотекарша бросила колотить по клавишам и уставилась на брошюру в руке Мелдона.

— Книга издана самим Отделом трудоустройства, — резко заявила она. — В ней содержатся все необходимые сведения.

— Нет, не все. Ничего не говорится о том, кто оценивает результаты теста по трудоустройству и кто решает, чьи мозги нуждаются в промывке.

— Ну и ну! — Библиотекарша вздернула крошечный подбородок. — Я уверена, что никогда прежде не слышала, чтобы коррекцию личности описывали в подобных терминах!

— У вас есть какие-нибудь технические данные о коррекции личности… или что-нибудь о политике трудоустройства в целом?

— Они не предназначены для всяких тут… — девица замялась в поисках подходящего слова, — любопытствующих!

— Надеюсь, у меня есть право знать, что происходит в моем родном городе? — в полный голос поинтересовался Март. — Это что, заговор?..

— Вы — параноик! — Длинные тонкие пальцы библиотекарши вцепились в брошюру и выдернули ее из рук Мелдона. — Вы явились сюда, громко топая, и даже без жетона… взрослое здоровое создание…

Ее голос разрезал тишину, словно бритва, и привлек к Мелдону внимание других посетителей библиотеки.

— Мне были нужны только сведения…

— …живущие в роскоши, благодаря налогам, которые я выплачиваю! Вы должны быть…