Разношерстная... моя
Шрифт:
– А ты веришь, что получится у тебя? – напряженно о чем-то раздумывал Греоль.
– Я знаю, – Таймир кивком поблагодарил Плеть за наполненный бокал и дал ему знак налить себе: – У меня гораздо больше шансов, чем у герцога.
Немой сделал знак, мол, почему?
– А ты спроси у Греоля: смерть Лард`aвига гарантирует ему беспрепятственное восхождение на престол?
Плеть уставился на приятеля, и тот нехотя признал:
– Нет. Ему для начала придется успокоить гвардию. И тех баронов, что нынче во дворце. А их там сейчас немало.
– Скажи, Греоль, без своих воинов он
– Ты намекаешь, что ему будет некого послать за тобой? Хм… Выходит, что так. Гвардейцам придется объяснять, откуда он знает про убийц. А в одиночку он с ними нос к носу не останется. Лард`aвига щедро их подкармливал. Вот так, сходу их не угомонить. Могут сгоряча и пришибить. Да еще бароны. А там еще и герцог Бранон ошивается, – припомнил он, видать, лихорадочно пересчитывая всех, кто вставит свои палки в колеса хозяина.
– Тоже полагает, что будет отлично смотреться в короне? – сочувственно поинтересовался Таймир.
– Если дотянется до глотки К`aртона, уже не выпустит, – проворчал Греоль и втянул в себя половину бокала довольно крепкого местного вина.
– И ты все еще станешь утверждать, что беготня за мной встанет у герцога на первое место? – уточнил Таймир и сделал парочку глотков, смакуя напиток: – Или у него есть еще кто-то, кого он безбоязненно натравит на меня? И прежде, чем поминать всяких там вольных мастеров тайной расправы, вспомни о Югане. Уж ты-то знаешь, чем антанские разбойники отличаются от всех этих ваших...
– Он не знает нашей земли, – попытался, было, заработать очко Греоль.
– Кто тебе сказал? – удивился Таймир. – И с чего ты решил, будто ее не знаю я? А, понял. Герцог не сказал тебе, что я служу в Тайной управе Антании, – подпустил он в голос тщательно отмеренную издевку.
– Ты?.. – уже безо всяких кривляний изумился харанг.
– Я, – вновь посочувствовал ему Таймир. – Причем, как изволил выразиться твой господин, в свои молодые годы имею большой вес. У него это вызвало уважение. Поэтому он и пошел на риск воспользоваться предложением Крайлены стать новым королем.
– Зачем ей убивать родного брата? – уже больше из любопытства, чем сопротивляясь, спросил Греоль.
– Он же покушается на то, что принадлежит ее сыну. И ей, – ткнул его носом в очевидное державник, мол, дурака-то из себя не строй. – Ты думаешь, при таком раскладе правительнице Антании есть дело до их родства?
Плеть выудил откуда-то клочок бумаги. Дотянулся до чернильницы, взял перо и нацарапал: ей плевать на брата. Греоль хмуро бросил взгляд на писульку и выдул оставшееся вино.
– Ты бы не налегал, – посоветовал Таймир. – Тебе-то и вправду надо линять, не дожидаясь, пока все закрутится.
– Я успею, – Греоль вытер губы и уставился на проклятого варвара, что привнес в его жизнь сумятицу и разлад: – Чего ты хочешь?
– От тебя только одного: сиди, где сидишь. Или отправляйся собирать вещи. Делай, что хочешь, но забудь о своем хозяине. Если я узнаю, что ты его предупредил, я просто не стану убивать вашего короля. Мне он не мешает.
– И как же ты узнаешь? – настолько пришел в себя Греоль, что позволил себе издевку.
– Ты же не веришь,
– А она не позабудет, – не слишком-то поверил ему опытный интриган.
– Не сможет. Это небольшое дельце в столице лишь часть того, что я наобещал для нее свершить. Скажем так, проездом. У нее на меня более серьезные планы. Да, она очень хочет прикончить братца. Но разрешила мне плюнуть на него, если я почую, что все остальное под угрозой, – равнодушно врал Таймир, то и дело позевывая. – Что-то я устал, – потянулся он с хрустом, вытянув свои длинные ноги. – Пойду-ка спать. Да и, кстати, Плеть, дверь можешь закрывать. Наша милая собачка не вернется. Зная эту заразу, думаю, прошляется до утра.
– Такую собаку могут и украсть, – напомнил ему Греоль.
– Такую, – поднажал голосом Таймир, – не могут.
Он поднялся, сделал ручкой и отправился в отведенную им с Юганом спальню. О том, что Ялька сюда уже не вернется, он догадался только что. Просто вспомнил все ее выкрутасы в Стольнограде и сообразил: девчонка непременно залезет во дворец, чтоб на месте все разнюхать. Уж кем-кем, а легкомысленной в воровских делах она не была – Батина выучка. Стало быть, именно во дворце Ялька его и найдет – как-то неподобающе спокойно согласился Таймир и завалился спать.
Личная охрана герцога делилась на две части: окольчуженная при полном вооружении для разъездов, и умеренно, но толково вооруженная для передвижения по дворцу в одних гамбезонах. Лард`aвиг не строил иллюзий в отношении своих приближенных. И воины в полном вооружении – помимо гвардейцев – во дворец не допускались. Таймир вместе с шестью другими охранниками следовал за герцогом – тот направлялся к его величеству за последними перед отъездом распоряжениями. Они поднялись на третий этаж и остановились перед массивной дверью в королевские покои. Внутрь пропустили только Картона. А его охрана осталась ожидать господина в предбаннике под присмотром четырех гвардейцев.
А присматривать было за чем: служаки Картона сбились кучей в дальнем углу обширной залы и принялись что-то оживленно обсуждать. Потом двое из них куда-то вышли, но весьма скоро вернулись. Следом сбежали еще трое, но вскоре двое явились обратно. И поделились с товарищами чем-то весьма любопытным, отчего те воодушевились еще больше. Слегка расслабившиеся у обеих дверей гвардейцы лениво наблюдали за этой суетой, пытаясь прислушиваться к их гулкому шепоту. Вот еще двое сбежали, а вернувшись уже втроем – с тем, что пропал в прошлый раз – притащили что-то, страшно заинтересовавшее приятелей. Те разглядывали это что-то, о чем-то ожесточенно споря. И еще парочка унеслась-принеслась, и еще трое, а вернулись вдвоем. Все это продолжалось довольно долго. А когда герцог К`aртон, наконец-то, вышел от короля, ни один из четырех гвардейцев не смог бы с уверенностью утверждать, сколько охранников убралось вместе с ним.