Чтение онлайн

– Так, что у нас тут,тяжелые есть? –В кузов заглянул огненно-рыжий молодй парень в МЧС-овской форме и медицинскими шевронами. – Нетушки? Ну вот и хорошо, вот и ладушки, тогда пожалуйте за нами на сортировочку, осторожненько, здесь высоко… Ой, а что у нас с ручкой? Ой-ой как не хорошо, ну ничего, сейчас мы ручку починим…

– Слышь, балагур. – бесцеремонно оборвал его я. – Где здесь у вас старший сидит?

– Вот сейчас вас всех осмотрят, распределят куда следует, а потом с утра к вам обязательно зайдет самый старший, самый главный начальник госпиталя на утренний осмотр… - сбить парня с привычной волны оказалось нелегко.

– Ты не понял. – еще грубее ответил я. – Этот метеор нам почти на голову упал, половина

группы там осталась, у меня есть важная информация, веди к самому главному!

А вот теперь проняло – у парня в глазах наконец-то появилось сомнение.

– Хлопец, ты пойми – время дорого, там люди гибнут, у меня на глазах вертолет в воду упал… - устало продолжил я. – Вы сейчас поисковые группы туда выслали? А вы в курсе, какие там по лесу тварюшки бегают?

– Вертолет Ми-8 в желтой окраске был?! – напряженно переспросил МЧС-овец. – Чеееерт… там мой брат летел, я так надеялся, что он просто сел нештатно...

Рыжий прикусил нижнюю губу, потом быстро подозвал еще двоих медиков в форме, поручил им Алексея и Марата, а сам почти бегом повел меня в школу.

– Меня Антоном зовут, - скороговоркой представился МЧС-овец. – Слушай, а ты не видел – там из вертолета никто не успел выпрыгнуть? Точно? Да что же это за день-то такой!

Мы быстрым шагом прошли через школу, которая напоминала разворошенный муравейник – кругом сновали люди в форме и белых халатах. Поднялись на второй этаж и сходу вломились в обычный учебный класс. Сейчас, правда, все парты были сдвинуты к стенке, в центре классастояли раскладные столы и стулья, на столах мерцали экраны ноутбуков, несколько человек в синей форме сидели за компьютерами, один размеренно бубнил что-то в радиостанцию. Во главе составленных подковой столов сидел седой, подтянутый мужик и, сняв очки, устало тер глаза – видно было, что как и мы не спал всю ночь.

– Тащ подполковник, разрешите обратиться. – козырнул Антон и скороговоркой выпалил. – Пять минут назад подобрали троих гражданских, по их словам они пришли из эпицентра. Вот этот говорит, что видел как упал борт номер восемь!

Подполковник поднял на меня красные от недосыпа глаза и скривился, как будто лимон надкусил:

– Где и когда упал вертолет? На карте показать сможешь?

– Вот здесь, место приметное, как раз где два островка маленьких, метров пятьсот не долетел в воду упал, там мелко часть лопасти из воды торчит. Никто не выплыл. По времени часов пять назад. – ткнул пальцем в расстеленную карту я.

– Тля, что за ночь, третий борт потеряли! – с тоской протянул седой и воткнул в указанное место красный флажок. – Так, младлей, проводи гражданина в смотровую, а то видок у него – краше в гроб кладут…

– Вообще-то это не все. – невежливо оборвал его я и вывалил историю про драку с тварью, но уже на середине осознал, что меня слушают с нескрываемым скепсисом и осекся.

– Гражданин, сказочки венского леса будешь Штраусу рассказывать. – пренебрежительно отозвался седой. – Вы там, в лесу чем занимались, волшебные грибочки собирали?

– Какие грибочки? – растерянно переспросил я. – Я не принимал наркотики! Мы с этим существом инопланетным там, неподалеку от упавшего вертолета схестнулись…

– Мне некогда твой бред выслушивать, - зло оборвал меня подполковник.
– У меня три поисковых команды на связь не выходят, а ты мне тут про каких-то инопланетян баки заливаешь, мое время тратишь. Пшел вон, сказочник, мля!

Еще вчера, после такого бесцеремонного и пренебрежительного наезда со стороны облеченного властью я бы возможно и заткнулся, но эта ночь что-то изменила во мне, и изменила кардинально, потому что в ответ на такое откровенное пренебрежение во мне поднялась волна ярости, а рука сама потянулась за ножом. Судя по сузившимся зрачкам, седой подполковник это заметил, рука нырнула куда-то под стол. Я сделал два глубоких

вдоха-выдоха, чтобы успокоиться, потом полез в рюкзак.

– Грибочки волшебные, говоришь? – зло ухмыльнулся я ему в глаза. – На, полюбуйся, какие там грибочки в лесу выросли.

И с этими словами шлепнул перед седым подполковником башку инопланетной твари, пятная оранжевыми каплями какие-то бумаги и карты, что лежали у него на столе. Тишину, которая повисла в кабинете после моей выходки, можно было резать ножом. Секунд через десять Антон, который все это время стоял за моей спиной протянул:

– Ну что за день, что за день, твою мать…

На следующий день я проснулся уже после рассвета в мягкой больничной койке, стоящей в актовом зале. И пусть я был забинтован с ног до головы, но ощущение было таким, как будто я заново родился – я дышал полной грудью, я был жив, мне не надо было куда-то бежать, драться за свою жизнь неизвестно с кем и это было здорово, черт возьми! Я осторожно встал с койки и подошел к соседней – там под капельницей лежал Алексей. Его лихорадило, кожа пожелтела, профиль заострился. Парню здорово досталось, медики мялись, жались бормотали что-то на латыни, но обострившимся чутьем я понимал, что они не знают, что сказать – никаких серьезных повреждений тела они не нашли, но голова такая непонятная штука, которую никто толком не знает, что там и как происходит. Сегодня его вроде бы собирались отправить в Барнаул попутным вертолетом, чтобы обследовать на томографе, дай-то бог, чтоб все было в порядке.

Я тихонько перешел к дальней стене - там разместили Марата. Парень отлично себя показал той ночью, за все время я не услышал от него ни одного стона или жалобы, а когда пришли сюда сразу же слег. Рентген показал многочисленные переломы костей и ребер. Вся правая сторона тела превратилась в одну большую гематому. Парень сейчас спал, тяжело дыша, лоб покрыт испариной. Его тоже должны были забрать санитарным бортом сегодня-завтра. Кроме нас троих в импровизированной палате лежали пятеро местных жителей, которых придавило рухнувшей крышей и один МЧС-овец замотанный в бинты по самые брови, он лежал без сознания. Я так понял, что его вытащили из-под обломков упавшего вертолета.

Прихрамывая из-за побаливающей ноги я прошелся по палате к рукомойнику и с удовольствием отфыркиваясь умылся. Вытираясь казенным вафельным полотенцем, я услышал тревожные крики и беготню за дверью импровизированной палаты. «А где вообще дежурный медбрат?» подумал я и сердце забилось быстрее. В коридоре оказалось неожиданно пусто. Я, забыв про болящую ногу, рысью пробежался по коридору и почти уткнулся носом в спины стоящих плотной группой МЧС-овцев, медиков и всех остальных. Благодаря высокому росту мне удалось легко разглядеть поверх голов остальных что именно привлекло всеобщее внимание – обычный, старенький пузатый телевизор.

– Что случилось? – осторожно спросил я. На меня зашикали, я умолк и превратился в слух.

– Да, информация сейчас подтвердилась! – почти кричал в микрофон корреспондент в мятом, будто жеваном пиджаке. – Сообщение из Нью-Йорка повторяет такое же из Лондона, Парижа, Мехико и многих других городов – по городу из космоса был нанесен сокрушительный удар! Я напомню, мы сейчас находимся в Зеленограде, отсюда хорошо видны дымы, которые поднимаются из района Химок. По сообщениям очевидцев северо-запад столицы лежит в руинах, эпицентр удара находится в Тимирязевском парке! Дмитровское, Можайка, Ленинградка, Ярославское и Щелковское шоссе заблокированы для движения из-за множественных ДТП и разрушений! Мобильная связь не работает, поэтому я обращаюсь ко всем, кто меня слышит сейчас – не пытайтесь выехать на автомобиле берите рюкзак, документы, ценности, воду и пытайтесь пройти пешком! Мы до сих пор не знаем о судьбе президента, по последним данным на момент нанесения удара он находился в своей резиденции в Кремле!