Чтение онлайн

– Да я и здесь на первом рубеже стою. – пожал плечами лейтенант.

– Да знаю я как вы тут стоите. – пренебрежительно отмахнулся капитан. – Сидишь, смотришь чтоб все эти мутанты не разбежались. Я по приезду с подполковником Яшином поговорю, мы тебя из этой клоаки вытащим – жди перевода!

– Ладно, потом поговорим. Сейчас у тебя много раненых, помощь нужна? – деловито поинтересовался комвзвода. – У нас с лекарствами не густо, сразу предупреждаю, но чем сможем – поделимся!

– Медикаменты есть, лекаря нашего убило. – раздраженно махнул рукой капитан. – ты мне фельдшера своего позови…

В

этот момент я с тревогой понял, что сосущее ощущение в желудке — это не голод, а вполне определенное и уже хорошо знакомое ощущение приближающейся беды.

– Тащ лейтенант, разрешите обратиться, – вмешался я в разговор офицеров. – Скоро будет выброс. Мощный выброс – гораздо мощнее предыдущего!

– Это что еще за чучело здесь панику наводит? – раздраженно повысил голос капитан. – Боец, ты чего, грибов зараженных наелся? Какой к бесу выброс?!

– Не пыли, Пашка, этот хлопец дело говорит, – мгновенно собрался Лютый. – Он здесь с первого дня и на эти дела у него чуйка просто феноменальная, проверено неоднократно.

– Глеб, сколько у нас времени?
– обратился он ко мне.

– Минут тридцать-сорок, вряд ли больше. – я нервно пожал плечами.

Столпившиеся вокруг нас солдаты разом возбужденно загалдели.

– А ну тишину поймали! – прикрикнул на них лейтенант. – Слушай мою команду: командиры отделений собрали личный состав, оружие, все что есть, собрали, и по моей команде готовимся передислоцироваться на мебельную фабрику! Леший ты пулей дуй к комроты и предупреди его, если он еще соображать способен… хотя это вряд ли, так что беги-ка ты сразу к командирам взводов непосредственно и предупреди парней, они знают, что делать, с ними план уже обсуждали…

– Да что за ерунда, - раздраженно вклинился в разговор раненый капитан. – Вы в ста двадцати километрах от корабля чужих, здесь выбросов никогда не было, я карты покрытия видел!

– Раньше не было, а сейчас вы осиное гнездо расшевелили, – скривился в ответ Лютый.
– Вот что, Пашка, поздно разговоры разговаривать, в темпе вальса чини свою шушлайку и вали отсюда, пока выброс не накрыл!

– Не успею я починить за это время. – белугой взвыл водитель. – Тут работы часа на два – минимум!

Капитан отвел душу длинной матерной тирадой и обратился к комвзвода:

– Игорь, выручай! У меня шестеро лежачих и трое ходячих – есть место, где их укрыть можно?

– Есть такое место, братишка – бывшая мебельная фабрика, там подвалы как бункер, мы их дополнительно укрепили! Сейчас людей дам, они помогут добраться!

В следующие пять минут расположение роты превратилось в разворошенный муравейник. Пока парни тащили из блок-поста оружие, воду и продукты в укрытие, мы, бойцы отделения Дэна, за две ходки перетащили раненых спецназовцев в просторные подвалы бывшей мебельной фабрики. Неожиданный бонус за это задание - в кузове автомобиля мы разжились еще двумя автоматами и гранатометом.

– Бесполезные трещотки. – скривил лицо капитан, когда их увидел. – Легкая стрелковка чужих не берет – только тяжелые пулеметы и то не сразу. Пришлось в рукопашную идти и саперными лопатками гадов крошить!

– Знаем, наслышаны – у нас один хлопец химеру мачете завалил. – хвастаясь хлопнул меня по

плечу Дэн. – Один на один вышел.

– Баки мне тут не заливай, сержант. – посуровел лицом спецназовец. – Мои бойцы целым отделением одну тварь рубали, и половина из них там, на месте осталась, а тут какой-то мутант якобы один тварь ножом завалил?! Дай ему в торец, сержант – он просто наглый балабол!

Явно задетый за живое его словами Дэн открыл, было, рот, но я подергал его за рукав и когда тот повернулся, лицом показал ему, что не хочу излишнего внимания к своей персоне. Дэн раздраженно махнул рукой и вернулся к носилкам с ранеными, которыми сейчас занимался наш фельдшер – его, как бывшего МЧС-овца прикомандировали к медицине. Я же поправил лямки огнемета и двинулся на выход с подвала.

– Вот и правильно, боец, чем байки травить, двигай-ка лучше наверх в дозор, – насмешливо хмыкнул мне в спину капитан. – Там есть шанс, что ты увидишь настоящую, а не придуманную химеру. Смотри только в штаны не навали, убивец, ха-ха.

Дернув плечом, я поднялся по разваливающейся лестнице на первый этаж здания. Второй этаж фабрики был развален и растащен давным-давно, от фабрики остался только первый этаж, который сейчас спешно укрепляли и герметизировали подручными средствами: дощатыми щитами, кирпичами, щели заделывали тряпками, одеялами и строительной пеной.

Потом я поднялся еще выше, на руины второго этажа фабрики и огляделся. Полуразрушенный цех стоял на восточной окраине села и пустые дома смотрели на меня слепыми темными провалами выбитых окон. Восточнее вздымались древние, низкие седые горы Алтая, густо поросшие кустарником и деревьями. На юге небо продолжало отсвечивать вспышки работающей артиллерии, и временами докатывался глухой гул – наступление продолжалось. Но мне показалось, что сверкать стало чаще и как-то нервнее что ли, как будто нарушился ровный размеренный ритм залпов, и на смену пришла беспорядочная стрельба. Горизонт окончательно затянуло облаками так, что солнце закрыло совсем, и установился непривычный для полудня сумрак.

Ощущение приближающейся беды заполнило каждую клеточку моего тела. Теперь я с уверенностью мог сказать, что выброс придет минут через пятнадцать, и будет такой силы, какой я не видел никогда. Я зябко поежился, поправил свалившуюся в очередной раз лямку огнемета, и собирался было спуститься обратно, когда все вокруг залило неестественно белым светом, источник которого был на юге. Я не успел еще ничего сообразить, но тело отреагировало само – упало на грязный пол, и перекатилось под защиту остатков стены. Через несколько секунд докатился и звук – грохнуло так, что я с полминуты не слышал ничего, кроме звона в ушах.

Когда через минуту я поднялся на ноги, отряхивая с формы пыль, мусор и мелкие камни, увидел на юге огромную, белую с багровыми прожилками сферу раскаленной плазмы, встающую над горизонтом. Как раз в том месте, где минуту назад были видны отсветы нашей артиллерии.

Когда я, дробно топоча сапогами, сбежал по разбитым бетонным пролетам лестницы на первый этаж, то застал всех своих сослуживцев столпившимися возле выбитых взрывной волной южных окон.

– Писец котенку, кончилось наступление. – глухо сказал кто-то из бойцов.