Район «Зеро»
Шрифт:
Ревко задумался:
«Что мог значить этот звонок? Действительно случайное совпадение или?… Хотя какой интерес для милиции и тем более КГБ мог представлять пенсионер? А вдруг все же где-то допущена ошибка? Черт, я так скоро буду от каждого столба шарахаться. Нет у комитетчиков никаких зацепок по нашей агентурной сети, развернутой в Переславе. Иначе они работали бы по-другому, и я заметил бы это».
Ревко попрощался с гардеробщицей, выбрался в парк, прошел на аллею. Никифоров уже сидел на скамье и постукивал клюкой,
Ревко присел рядом.
– И что за дела? – тут же спросил Никифоров.
– Надо навестить господина Губарова-Кучера.
Пенсионер с удивлением посмотрел на агента американской разведки:
– Он-то вам зачем сдался?
– Если был бы не нужен, я бы тебя не посылал.
– Вы, наверное, забыли, Ефим Макарович, мне седьмой десяток идет, я вам не молодой жеребец, чтобы скакать туда и обратно.
Ревко достал двести рублей.
– А так, Иван Сергеевич?
– Это другое дело. За эти деньги можно съездить.
– Вот и договорились.
– Завтра с утра и поеду.
Ревко покачал головой.
– Нет, сегодня.
– Это что, в ночь?
– Ночью даже лучше. Меньше машин на дороге. И пост ГАИ в Верховске закрыт. В районе не хватает людей, инспекторов выставляют только до девяти вечера.
– Это я знаю. Ладно, в ночь так в ночь.
– В самом райцентре светиться тебе не стоит, там патрульная служба. На въезде в Верховске следует обогнуть колхоз и следовать по улице Коммунарской, на Окскую не выходить, за поворотом идти по грунтовке вдоль реки. В Баранино на улицы не въезжать, проехать по берегу и встать за огородом. Зайти от Оки во внутренний двор. Разговор с Губаровым вести в саду, чтобы жена не слышала. Понятно?
– Понятно. Что передать?
– А передать надо следующее. Закончилась спокойная жизнь, пора потрудиться на тех людей, которые из полицая Кучера сделали гражданина, даже товарища Губарова. В понедельник ему надо быть здесь, в парке, в тринадцать десять. Это все.
– Из-за этого ехать в село?
– По-моему, кто-то уже получил деньги за работу. За одну поездку столько, сколько рабочий, я уж не говорю о пенсионерах, в месяц не получает.
– Хорошо. Значит, в девять вечера закроется пост ГАИ в райцентре. Получается, что мне надо быть там где-то в десять. От Переслава до Верховска пятьдесят два километра, еще где-то три-четыре по городу. Перед мостом пост ГАИ областного отдела. Там меня, пенсионера, если остановят, то сразу и отпустят. Спокойной езды около часу. Выезжать в девять надо, так?
Ревко пожал плечами.
– Тебе виднее.
– Да, в районе девяти. Тогда в десять буду в Верховске, потом объезды, грунтовка и километр до Баранино. Стало быть, во двор я войду где-то в одиннадцать. На селе люди ложатся рано. Новости посмотрят, и отбой у них.
– Ничего, разбудишь. Кстати, у него собака есть?
– Гусар-то? Есть. Как раз во дворе
– Запомни, жена Губарова Зинаида не должна слышать вашего разговора.
– Не услышит. Матвей смекнет, в чем дело, не пустит ее.
– Тогда счастливого пути, Иван Сергеевич.
– По возвращении позвонить?
– С ума сошел? Это будет часа в два.
– Когда же тогда доложить о результатах поездки?
– Завтра с утра. Ты из дома не выходи, я сам тебе позвоню.
– Хорошо. Спокойной ночи, Ефим Макарович, – сказал Никифоров, встал и направился к выходу из парка.
Ревко покурил десять минут и двинулся следом. Он поймал такси и доехал до дома.
Жена встретила его в расстройстве.
– Что случилось, Ева?
– Звонила Маргарита. Макаров отверг ее предложение совместно отдохнуть в охотничьем домике. Видите ли, у него много работы.
– Он прав, – проговорил Ревко, снимая туфли и обувая домашние тапки. – Сейчас, когда русские задумали разместить в одном из районов области секретный объект и должны это сделать быстро, секретарю обкома не до отдыха.
– Но можно было хоть на день выехать на природу. Может, мы одни, без них? Возьмем палатку, продукты, удочки для тебя.
Ревко обнял супругу.
– У меня, Ева, тоже работа. И у тебя. Кстати, что у нас по препарату для Риты?
– Он уже готов.
– Вот как? Молодец. Покажи.
– Да что в нем интересного? Жидкость в ампуле.
– Я хочу посмотреть.
– Хорошо. Пойдем.
Они прошли в гостиную. Ева достала из комода небольшую стеклянную ампулу со снимаемым верхом.
– Смотри. Обычная, совершенно прозрачная жидкость.
– Ты уверена, что яд подействует не сразу?
– Конечно. Меня учили этому почти два года.
– Ну да, ты же специалист в этом деле. Значит, надо вылить содержимое ампулы в кофе. Через два дня у жены Макарова случится сердечный приступ, который приведет к смерти, и экспертиза не покажет ничего, так?
– Да, дорогой.
– Значит, в понедельник Маргарита примет яд и в среду умрет.
– Ты заберешь ампулу, или надо поставить ее на место?
– Зачем мне таскать ее с собой? Поставь в комод.
Супруги поужинали.
Ревко курил на кухне, пока чистюля Ева мыла посуду.
– Я получил инструкции от Гербера, – проговорил он.
Ева, не отрываясь от своего занятия, спросила:
– И что в них, могу я узнать?
– Конечно, мы же одно целое. Гербер задумал рисковую операцию. Пока идет подготовительный этап, но и он сопряжен с опасностью и привлечением местных уголовников. – Ревко рассказал жене и коллеге о планах Гербера.
Ева кивнула и произнесла:
– Согласна, план рисковый, но иначе не получится пробиться к объекту.
– Это да. Но что дальше?