Расплата
Шрифт:
– Может, нам повезет, и мы увидим на пленке что-нибудь интересное, – сказал Бенц, не веря собственным словам. Убийца наверняка скрылся задолго до того, как сонный сосед сосредоточился на адском зрелище, если только он не тащился, наблюдая за опустошением, вызванным его действиями. Такое иногда случалось, и полиции везло. Но это маловероятно. Сейчас наиболее серьезной зацепкой являлась Оливия Бенчет. Глаза Бенца сузились, когда он посмотрел на мокрые развалины, которые еще недавно были домом, и подумал о странной истории, рассказанной Оливией Бенчет, – голая
– Проверю списки пропавших людей, может, удастся выяснить, кто жертва, затем снова поговорю с госпожой Бенчет.
– Ты уже купился на эти вуду-экстрасенсорные штучки? – Монтойя проглотил ухмылку.
– Пока нет. – Они зашагали к своей машине. – Нам нужно выяснить, что ею движет. Ты поговори с Бринкманом. Вытяни из него все, что он о ней знает, все даже самые незначительные подробности. У него должны быть записи, или файл, или еще что-нибудь. И узнай, не говорила ли она еще с кем-нибудь здесь, в городе, или в соседних округах. Она ведет себя так, словно есть другие убийства, поэтому наведи справки, а я свяжусь с ФБР. Они могут пробить по компьютеру.
– Если что, они обязательно захотят прислать специальную группу.
– Прекрасно.
– Не думал, что тебе нравится работать с федералами. – Они обошли нескольких оставшихся пожарных и толстые шланги.
– Не-а. Не в этом дело. Главное, чтобы они под ногами не путались.
Они подошли к машине, и Бенц скользнул на пассажирское место. Дело каким-то образом связано с этой женщиной-медиумом, и он пустит в ход все средства и выяснит, чего ей, черт возьми, надо.
– Слушай, может, нам стоит проверить всех местных священников, – предложил Монтойя, садясь за руль.
– Наверное. И пока мы будем этим заниматься, может, нам удастся найти одного, которого судили за поджог и убийство, – пошутил Бенц.
Заводя машину, Монтойя фыркнул.
– Видение этой чокнутой оказалось точным на все сто, да?
– Да, или же она в этом участвовала.
– Думаешь?
Бенц покачал головой, вспомнив отчаяние в глазах Оливии, неподдельный страх на ее лице, то, как она кусала нижнюю губу, когда рассказывала свою историю.
– Не знаю, что и думать.
Монтойя дал задний ход и сманеврировал между другими машинами.
– Если она в этом замешана, то зачем же она пришла к нам? Не, это не катит.
Бенц тоже так не думал, но случались и более странные вещи. Он решил ничего не оставлять на волю случая.
– Посмотрим.
– Да, я наведу справки в департаменте транспортных средств, статистическом бюро, администрации социального обеспечения.
– Как только я получу предварительную информацию о ней и отчет патологоанатома, я снова с ней побеседую.
– Слушай, она действительно засекла это преступление. Засекла полностью. Десять к одному, что мы найдем сгоревшее радио и какое-нибудь ожерелье на головке душа, как она и говорила. – Темные глаза Монтойи на секунду встретились с его глазами. – С этой женщиной что-то не так.
–
– Эй, просто отныне я Диего, – отозвался Монтойя, сворачивая в переулок.
– С чего это вдруг?
– Получил наследство. – Он похлопал по видеокассете, торчащей из кармана куртки.
– Ну, конечно. – Бенц уставился в окно. – Диего – фыркнул он.
– Это просто хорошо звучит, тебе не кажется?
– Как тебе будет угодно. – Бенцу было все равно. Жуя свою безвкусную резинку, он бросил взгляд на видеокассету и стал гадать, что же они на ней увидят. Вероятно, ничего. Если только на пленке не зафиксирован убегающий подозреваемый или кто-то в толпе любопытных зрителей, кого никто из соседей не узнал и кто, возможно, был убийцей, наблюдающим за последствиями своих разрушительных действий. Это мог быть и один из соседей. В любом случае их лучшая зацепка – это Оливия Бенчет.
Глава 6
Открывая входную дверь, Оливия услышала, как звонит телефон. Бросив сумку на кухонный стол, она схватила трубку. Хайри С же тем временем пулей метнулся в гостиную.
– Алло? – сказала она, держа трубку между плечом и ухом и снимая чехол с птичьей клетки. Ее попугаиха Чиа взъерошила зеленые перья и пронзительно свистнула.
– Ливви? – Обычно веселый голос Сары был спокойным. Рассудительным. Это могло означать лишь одно. Какая-то неприятность с мужем. В очередной раз. Лео Рестин не мог хранить супружескую верность, и это было большой проблемой. В словарном запасе этого мужчины слово «моногамия» просто отсутствовало. Казалось, он не в состоянии не прикасаться к другим женщинам. Несколько месяцев назад он даже имел наглость заигрывать с Оливией, деловым партнером своей жены. Совершенно ненужное внимание Лео явилось одной из причин ее отъезда из Тусона. Она велела ему держаться от нее подальше, пригрозила, что расскажет об этом Са-Ре, но он продолжал докучать ей. Невыносимый бабник.
– Что случилось? – спросила Оливия, подмигивая Чиа.
– Опять Лео.
Какая неожиданная новость.
– Он снова исчез.
Обычно это означало, что он с какой-нибудь женщиной. Оливия обмотала телефонный провод вокруг руки и уставилась в окно на дымку, подымающуюся над рекой.
– Он просто не может остановиться, верно? – Подруга не ответила. – Сара, ты знаешь, что тебе нужно сделать.
Сара вздохнула.
– Я не верю в развод, Оливия. Знаю, это безумие, но я все еще его люблю.
– Он тебя использует.
– Мне просто нужно подождать, пока Лео повзрослеет.
На это может уйти целая вечность.
– Ему тридцать пять лет, – заметила Оливия. – Сколько, по-твоему, на это понадобится времени?
– Не знаю, но я действительно люблю его, – ответила она. Ее голос задрожал. – Знаю, я кажусь жалкой, как одна из тех неудачниц, которые мирятся со всем, потому что любят ничтожество. Но я действительно люблю его... и ты просто не представляешь, какой он, когда рядом больше никого нет. Он может быть таким милым.